Лина Певзнер – Нити Тьмы. Книга I. Тарнодан (страница 7)

– Не д… думала, что храны столь… оптимистичны, – буркнула Ника, возвращая ему френч. – П… погоди. А это… не это… к… как его… дезертирство? Ты же не скажешь об этом своему к… командиру? И… – она нахмурилась, – вроде к… как… х… храны без чаров не очень-то… боеспособны?

– Отличные таблетки, – Кас как-то зло улыбнулся и повёл её в сторону общежития, – ты неожиданно озаботилась хоть кем-то, кроме себя.

– П… подожди-ка, – Ника остановилась, осознав и изумившись. – Ты – чар? – он молча улыбнулся, разведя руками в стороны. – С ум-ма сойти, – она смерила своего спутника ошарашенным взглядом, – я д… думала, вы чем-то отличаетесь от обычных людей… Н… ну, внешне.

– Конечно, отличаемся, – Кас снова настойчиво слегка подтолкнул её в сторону общежития. – Я просто хвост к ноге привязываю, а волосы у меня такие, – он показал на чёрную, как ночь, густую шевелюру длиной с ладонь, – чтобы рога скрывать.

– В… враньё, – фыркнув, пригрозила ему пальцем Ника.

– В каждом вопросе скрыт ответ, – усмехнулся Кас. Он обратил внимание – чем ближе они подходили к общежитию, тем медленнее пыталась идти девушка.

Ника остановилась, смотря вверх на здание общежития. Страх застил её взгляд, и никакие таблетки не могли его побороть. Расправы Дэрна она боялась куда больше любых иных последствий и устрашающего чара рядом.

– Хочешь быть где угодно, только не здесь? – услышала девушка тихий голос Каса.

– Точнее и не скажешь, – также тихо отозвалась она. – Оставишь меня здесь? Я утром з… зайду…

– Даже и не подумаю, – спокойно ответил Кас. – Пойдём, я живу неподалёку. За пределами восемнадцатого, но там рядом, дойдёшь.

– Что? – Ника не поверила своим ушам. – Ты меня п… пустишь к себе домой, хотя даже не знаешь толком?

– Уже кое-что знаю, – откликнулся Кас и всю оставшуюся дорогу молчал.

Шокированная его решением, Ника тоже молчала. На границе секторов Кас остановился, взял её руку и приложил к запястью своё, копируя электронный ключ.

– Вон тот дом, – он показал пальцем и холодно продолжил: – Квартира сто семьдесят вторая, сорок четвёртый этаж. Поговорим, когда проспишься. Я приду после дозора, утром. Всё, ступай.

– С… спасибо…– по-прежнему не веря в происходящее, поблагодарила Ника и направилась к указанному дому. Закрывая дверь, она увидела, как Кас развернулся и направился обратно, вглубь вверенного ему сектора.

Глава 4

Войдя в лифт и нажав на кнопку «44», Ника ощутила, что странное состояние от употребления таблеток новой волной стало накрывать её. Окружение расплывалось, медленно вращаясь вокруг, а на душе было как никогда безразлично на всё происходящее.

Двери лифта плавно открылись и Ника, держась за всё, что попадалось ей под руку, выбралась наружу. На площадке располагалось четыре квартиры: три с металлическими дверьми и одна обычная, типовая и пластмассовая, которые устанавливают при строительстве домов.

Именно на ней, маркером небрежно было написано «172». Ника приложила ключ к панели электронного замка, из последних сил навалилась на дверь и закрыла её за собой, повалившись на пол прямо у входа.

На потолке зажглась автоматическая тусклая лампочка, осветив минималистическую прихожую. Со сдачи дома, видимо, в ней прикрутили к стене несколько крючков для одежды и какой-то небольшой, в пару ладоней размером, металлический ящик.

Из арки, ведущей вглубь квартиры, бесшумно ступая по полу лапами, вышла пушистая кошка и села у дальней стены, внимательно смотря на гостью осознанным взглядом ярко-зелёных глаз. «Серая, невзрачная и беспородная, совсем как я, – вяло подумала Ника. – Вот так и верь слухам о жестоком Хампте… Какой-то чар добрее, чем все дневные жители, вместе взятые…»

– П… привет, – глупо улыбнувшись, зачем-то поздоровалась Ника.

– Привет, – недоверчиво ответила кошка и, увидев, как гостья изумлённо уставилась на неё, поспешила ретироваться в комнату.

– Стой! – окликнула её Ника и, не пытаясь подняться, поспешила за кошкой на четвереньках. – Ну п… подожди же ты!

– Мяу? – с надеждой мяукнула та, стоя посреди гостиной с выгнутой спиной и вздыбленной шерстью.

– Да я чётко с… слышала, что т… ты говоришь, – Ника примирительно подняла руки. – Не бойся, я т… тебе не н… наврежу.

– Он меня прибьёт… – обескураженно вздохнула кошка. – Ты нормальная? Кто в здравом уме здоровается с животными?

– Скажем т… так, я н… не совсем в здравом ум-ме, в особенности, с… сейчас, – нахмурившись, призналась Ника, опираясь спиной на стену позади неё и растирая виски пальцами в попытках остановить кружащий вокруг мир.

Гостиная была чуть менее минималистична, чем прихожая. Совмещенная с кухней и отделяемая от неё лишь длинной серой столешницей, она явно также не претерпевала особых изменений со сдачи дома – тёмно-серые крашенные стены, в тон им невысокий, по колено, тёмно-серый стол, напротив которого стоял простой чёрный диван. С одной стороны от него располагался невысокий белый комод, а с другой – широкий тёмно-серый шкаф. В кухонной части стоял простой обеденный стол, а вокруг него – четыре стула под стать ему.

– Ты кто вообще такая? – недоверчиво поинтересовалась кошка, с вызовом смотря на гостью.

– Ника, – ответила девушка. – Кас р… разрешил побыть мне здесь до утра. А тебя как з… зовут?

– Мейлина, или просто Мей, – представилась кошка, садясь на пол возле Ники и заглядывая ей в глаза с ещё большим подозрением. – Дай угадаю, ты из-за каких-то личных проблем оказалась на улице ночью, а мой сердобольный братец решил тебя приютить, вместо того, чтобы сдать по регламенту?

– Ого, а к… как ты д… догадалась? – изумилась девушка. – П… постой… братец?

Мей фыркнула и выругалась. Выдохнув, она спросила:

– Где твой сплитфон?

Ника порылась в кармане и достала из него связанные нитью металлические кольца. Кошка выцепила их зубами из рук девушки и шустро унесла куда-то в сторону входной двери. Вернувшись, она села на то же самое место и пояснила:

– За дневнесами обычно не следят, но ты – здесь, так что осторожность не помешает.

– Дневнесами? – свела брови Ника.

– Это жаргон хранов. Они так называют дневных жителей, – хмыкнула Мей. – Так вот, Ника, хочу тебя предупредить, – она подняла лапу и показала ей когти, – у меня есть когти, а у тебя – сонная артерия. Если кому-то проболтаешься обо мне, я тебя убью.

– Д… допустим, с… страшно, – безучастно сказала Ника. – А в чем, с… собственно, п… проблема?

– Если обо мне узнает хоть кто-то, а тем более – Хампт, Каса расстреляют или промоют ему мозги препаратами. Первый вариант даже лучше…

– Аргумент, – кивнула Ника. – Объяснишь?

– Это сложно, лучше у него спроси, – Мей замялась, раздумывая, стоит ли делиться самым сокровенным с неожиданной ночной гостьей. – Я могу только рассказать, как так вышло… Если ты не боишься, что, когда проболтаешься, мой брат тебя убьёт, – она вновь одарила девушку угрожающим взглядом.

– Не боюсь. Не п… проболтаюсь, – уверенно заверила её Ника.

Мейлина какое-то время молчала, колеблясь. Терять было уже нечего – она оплошала и сдала себя с потрохами незадачливой девчонке, казавшейся ей вполне себе честной. Вздохнув, Мей решила: раз обратной дороги нет и просто заставить Нику забыть у неё не получится, есть смысл доходчиво всё разъяснить и сыграть хотя бы на сочувствии. Разместившись на полу пушистым комком и спрятав под себя лапы, кошка неспеша рассказала гостье необычную историю:

– Я не знаю, была ли я чаром, не успела об этом узнать… при нормальной жизни. Да и обо всём, что происходит за пределами этой квартиры, а тем более – с Хамптом, знаю только по рассказам брата. Наша семья жила в Лейнте, маленьком городке на севере от Тенериса. Мама сильно болела, сколько себя помню. Отец не мог работать, проводя с ней всё время, поэтому работали мы с Касом. Он – на металлургическом заводе, а я после школы подрабатывала в продуктовом магазине, заполняя полки товарами. Платили мало, но, когда ты – подросток, будешь радоваться любой оплате и возможности помочь семье. Нас не бывало дома днём… Однажды, когда мне было четырнадцать, а Касу – двадцать, он встретил меня после работы и мы пошли домой, но нашего дома больше не было… Он наполовину провалился в червоточину, а всех, кто был вокруг, пожрали повылезавшие из неё нелюди.

Опустив глаза в пол, она провалилась в грустные воспоминания, но собралась и продолжила:

– Как мы потом узнали – и наших родителей тоже. Нам даже похоронить было некого… Жизнь в Лейнте больше не имела смысла, поэтому Кас решил переехать в Тенерис вместе со мной. С работой не ладилось: в столице большое значение имело образование, которое брат не смог получить, пытаясь прокормить нашу семью. Тогда он и решил пойти в Академию Хампта. Я отговаривала, плакала, но всё тщетно – если Кас что-то решает, переубедить его практически невозможно. В Академии брат узнал, что он – чар. Стипендии хватало, чтобы снимать квартиру, а по окончании обучения ему выдали эту.

Поёрзав, Мей подняла на Нику виноватый взгляд и тихо призналась:

– Знаешь, я до сих пор чувствую свою вину. Уверена, не будь на его шее меня, Кас ни за что бы не сунулся в Хампт… Дальше – хуже… Когда мне исполнилось шестнадцать лет, я пошла отмечать день рождения к подруге. Засидевшись, я слишком поздно возвращалась домой, совсем немного не успев до начала комендантского часа. Я уже подходила к дому, когда прямо передо мной разверзлась червоточина и из неё вылез арпел. Кас тогда был дома, а не в дозоре, он почувствовал её и спустился вниз, но меня спасти не успел. Я не помню, что именно со мной случилось. Помню только, что было очень больно и последнее – отчаянье в глазах брата. Пришла в себя я уже в этом теле. Впоследствии я узнала, что Кас использовал очень древнюю магию по переселению душ, ныне запрещённую Хамптом. Моё тело отвезли в морг, но сознание и память он сумел сохранить в теле кошки, видимо, убежавшей у кого-то и прятавшейся в кустах у подъезда в ту ночь. Вот уже пять лет я живу так, стараюсь поддерживать брата хотя бы как-то… Ника, если кто-то об этом узнает…