Лина Николаева – Пока боги спят (страница 61)

Вечерело. Из окна трамвая Фай увидел, что на небе уже показалась привычная Иннектио и её редкая подруга Иннерио. Близилась ночь двух лун. Опять со всей округи соберутся торговцы, циркачи, актёры и фокусники. Устроят большую ярмарку и разные представления. «Амая должна это увидеть», - с улыбкой подумал Фай.

Они выскочили из трамвая, преодолели первую защитную стену и пошли вдоль неё. Если повернуть налево, можно пройти через ряд городков, таких крошечных, что их можно исходить меньше, чем за полчаса. В одном из них вырос Фай.

Он вспомнил, как давно не был дома, совесть тут же зашептала, какой он неблагодарный сын. Фай легко успокоил её: ещё в школьные годы ему приходилось жить вдали от родителей, они куда больше радовались, когда он учился, нежели был дома. К тому же в семье подрастали ещё двое младших шаловливых сыновей, за которыми нужен был глаз да глаз.

Фай взял Амаю за руку и повёл направо, вдоль заросших полей.

- Вот бы сбежать отсюда! – сказала Амая. – Я помню совсем другой мир, он был так прекрасен.

- Чем он был лучше?

- Не было всех этих ваших, - Амая замялась. – Изобретений. Они портят воздух и так шумят. Наши дома были ниже, меньше, не такие яркие, из дерева или серого камня, но жилось в них приятнее. Даже в городах властвовала природа, а сейчас я не увидела ни одного деревца.

- Это только Кион такой да Норт, быть может. Торлигур, где я родился, совсем другой. Если бы ты видела горы! Какой там воздух! И сколько садов, и птицы поют так громко. Знаешь, однажды школа и весь Кион стали мне так ненавистны, что я сбежал.

- Что ты делал в это время? – с интересом спросила Амая. – И почему вернулся?

- Бродил по улицам, познакомился с двумя ребятами, братом и сестрой. Сначала мы подрались, но потом стали лучшими друзьями. Они тоже не любили Кион, мечтали сбежать навстречу приключениям. Вместе мы спасли собаку, которую избивали мальчишки. Она была такая огромная! И рыжая, в лучах солнца её шерсть словно горела огнём. Она не умела лаять, но была самой доброй и верной. Вчетвером мы пробрались в поезд и отправились на юг, за пределы города. Через несколько станций нас, безбилетников, поймали и высадили. Пешком мы отправились обратно в Кион. Мы шли долго, устали, изголодались. Но как же я люблю вспоминать те дни!

Оскур был ужасным выдумщиком и спорщиком, в какие только ситуации мы не успели попасть. Марса оказалась такой смелой и упрямой, не хуже любого мальчишки. Я тогда решил, когда вырасту, женюсь на ней. Мы скитались по улицам, воровали кошельки у прохожих, скупали сладости, ночевали на лестницах. Но вот Оскура и Марсу отыскали родители и забрали домой.

Перед расставанием мы пообещали друг другу увидеться за второй стеной. Мы хотели уйти так далеко, чтобы нас уже никто не нашёл. Я ждал, сколько мог. Ни Оскур, ни Марса не пришли. Однажды вместо них появился хмурый черноволосый парнишка на пару лет меня старше. Он молча накинулся на меня. Он был худ, как сама смерть, а дрался, точно бес. Я лежал так долго, что уже засомневался: жив ли я? Наконец, стражники нашли меня, подлечили и отправили в школу. Учителя, конечно же, придумали строгое наказания, но это того стоило. Меня до сих пор мучает вопрос: куда пропали Оскур и Марса и почему черноволосый так на меня ополчился?

- Может, сбежим? – Амая с надеждой заглянула в карие глаза Фая. – Я не Оскур и не Марса, но, как и ты, не люблю этот город и хочу убежать навстречу новому. И снова быть живой.

Фай на миг остановился, но тут же пошёл вперёд. Он медлил с ответом. Сколько раз он рисовал выдуманный мир, покрывал страницы книг чудовищами из легенд. Можно сбежать, и ему откроется куда более чудной, чем в фантазиях, мир. Фай взлохматил чёлку и выдавил:

- Не могу. Я должен познать магию, затем освободить героев книги. Побег будет трусостью и предательством. Извини. Если Шир не против, оставайся в этом мире столько, сколько сама захочешь. Вы можете отправиться в любую сторону, я не стану возвращать вас в книгу.

Фай боялся огорчить Амаю. Он искоса глянул на неё, но девушка выглядела не расстроенной, а озадаченной. С тревогой она спросила:

- Фай, зачем тебе магия? Ты действительно хочешь сделать то, о чём говорил Ткач? Я знаю Резора. Он опасен. Он мог внушить что угодно, лишь бы ты доверился ему.

- Да не знаю я, чего хочу! – Фай заорал. – Вы все твердите о судьбе, о разных дорогах, о каком-то будущем мира. А я просто хочу жить, понимаете? Почему я не могу вернуться домой и расписывать дурацкие горшки, как это делает отец? Знаю, глупо, и пусть! Мне горшки дороже всего этого мира, – Фай выдохнул и уже спокойнее сказал: - Ладно. Я погорячился. Просто я боюсь, - он отвёл взгляд. – Я всегда мечтал о приключениях, но, когда дошло до дела, испугался. Я бы хотел стать сильным, как любой из героев книги, чтобы сделать то, о чём говорил Ткач, но где взять эти силы? И справлюсь ли? Когда я расписывал горшки, мои узоры были красивы, но их самих я по неосторожности ломал. Так всю жизнь. И речь уже не только о горшках.

- Но…

- Идём, - Фай вздохнул. – Пора назад, если мы хотим вернуться в город. На ночь ворота запирают.

- Ты справишься. Магия станет твоим другом. А мы – все герои книги – уже твои друзья. Помни об этом.

Дальше Фай и Амая шли молча. Вдруг девушка вцепилась ему в рукав и испуганно взвизгнула:

- Смотри, смотри, мир рушится!

На небе крошечными серебряными искорками одна за другой падали звёзды, оставляли за собой едва видный след и таяли в ночной темноте. Фай рассмеялся:

- Это же всего лишь звездопад. Такое бывает, особенно в середине и конце лета.

Амая посмотрела на него строгим и чуть насмешливым взглядом:

- Я знаю этот мир лучше, чем ты. Смотри, что сейчас будет.

Амая не отпускала Фая и только ближе жалась к нему. Он неуютно переминался с ноги на ногу. Прошла минута, другая. И вдруг из-за горизонта, один за другим, стали выплывать киты. Огромные, величественные и печальные. Голубовато-серые, с белым брюхом, шкура их казалась гладкой и упругой. Они медленно скользили по небу, взмахивая плавниками и хвостом, и скрывались за горизонтом. Фай стоял, заворожённый, но вот последний из них исчез, и он отскочил, вырвавшись из рук Амаи, и воскликнул:

- Что это было, чёрт возьми?

- Небесные киты, разве ты не видел? – Фай непонимающе уставился на Амаю. – Они живут в Инфере, как и мы. Если мир в опасности, киты переплывают небо, чтобы покинуть наш мир, и возвращаются, только когда становится спокойно. Так было перед Огнём.

- В опасности?

- Ткач не соврал. Инфер рушится. Нет больше драконов, фениксов и грифонов. Так многие не знают, кто они, не принимают свою суть и мучаются. Магия осталась без внимания, и она страдает. Инфер долго терпел, но больше не может. Если ничего не сделать, начнётся новый круг жизни, в котором для нас уже не будет места.

Амая так по-доброму улыбалась и выглядела такой беззащитной. Фай наклонился к ней и легко коснулся губами её губ. Она не успела ответить, он уже снова шёл к городу.

- Пусть рушится, мне снова нечего терять! – Фай рассмеялся и взъерошил волосы.

Послышалось рычание Шира:

- Ещё раз подобное вытворишь, я откушу тебе то, что не даст ни об одной больше подумать.

Амая добежала до Фая и взяла его за руку. Фай чуть слышно вздохнул. В какую историю он опять вляпался?

Прогулка заняла больше времени, чем ожидал Фай. Прохожие исчезли с улиц. Трамваи перестали ходить, резкие извозчики запрашивали неимоверно много. До дома пришлось добираться пешком. Фай помялся: идти по тёмным переулкам, чтобы сократить дорогу, или выбрать путь длинный, но по центральным улицам? Он свернул в закоулок между домами и крепко сжал руку Амаи.

Они прошли несколько улиц. Неожиданно из тени выскользнуло трое рослых парней. Длинные неопрятные волосы делали их старше. Кожаные куртки со стоячими воротниками, прикрывавшими лица, тяжёлая обувь на высокой подошве: наверняка такой удобно пинать упавшую жертву. У двоих в руках поблёскивали ножи, один крутил цепь. Они как будто не замечали Фая и Амаю и переговаривались между собой:

- Посмотрите на этого сопляка, у него в карманах пусто, зуб даю.

- Вечер тихий, и такой сойдёт. Может, его девчонка нас порадует.

- А говорят, встреча с рыжим к несчастью. Но несчастье пока грозит только ему, - послышался дружный хохот.

Фай быстро заслонил Амаю, пошевелил пальцами, нащупывая нити, которыми магия опутывала мир. Потянуть, задеть такую ниточку – и творить заклинания будет легче. Желудок свело судорогой. Да он же едва научился этому!

- Ну что скажешь, рыжий? Что у тебя есть для нас?

- Пожелание хорошего вечера и только, - голос подрагивал. – Пропустите, так будет лучше для всех.

Парни опять захохотали.

- И он нам ещё советы раздаёт!

- Да сколько их у нас было, этих смелых сопляков!

Третий сплюнул, крутанул цепь, но Фай оказался проворнее: сначала он оттолкнул Амаю назад, затем хватанул ртом воздух и выкрикнул заклинание. Один запнулся за невидимое препятствие и упал, челюстью ударился о землю, простонал, схватившись за неё. Двое других не медлили. Один подскочил к Амае, схватил её под руки и потащил в тень. Второй оказался рядом с Фаем, мелькнуло лезвие, и он схватился за живот, отступил, застонал.

Краем глаза Фай заметил, как Амая, вдруг обретя невиданные силы, легко выскользнула из рук парня, схватившего её. Она вся выгнулась, и вот уже вместо неё появился Шир. Без единого звука он рванулся к ближайшему парню, легко повалил его на землю и вцепился в шею. Второй не успел и рукой пошевелить. Шир всем весом обрушился на него и запустил когти в грудь, разрывая её. К третьему монстр подошёл медленно, сделал круг вокруг него, точно играл. Присел, склонил голову на бок. Парень попятился. Шир сидел на месте. Парень побежал. Шир позволил ему отдалиться, затем догнал за несколько больших прыжков, повалил и клыками и когтями разорвал его.