Лина Николаева – Пока боги спят (страница 25)

Наверху метнулась тень. Она легко перепрыгнула через перила и с удивительной грацией приземлилась на земле в полуметре. Кириан отступил назад и медленно поднял руки. Он стиснул зубы, сделал суровое выражение лица, но мысль, как же он слаб, как слаб весь Норт перед севером и лесами испуганно металась в голове. Можно сколько угодно бросаться в бой, но одно движение этого монстра – и ты убит.

Тень оказалась то ли зверем, стоящим на двух лапах, с прямой спиной и ловкими руками, то ли человеком, покрытым шерстью и со звериной мордой. Больше двух метров ростом, мощного телосложения, с серой косматой шерстью и собачьей мордой, которая скалилась, показывая белые и очень острые, словно специально заточенные, клыки. Одет человеко-зверь был в простую тунику коричневого цвета, сливавшуюся по цвету с древесным стволом, и кожаный нагрудник.

- Кто ты, путник, и зачем пришёл сюда? – голос у пса был чистый и звонкий, но с заметным подрыкиванием.

В голове у Кириана быстро летали мысли. Кудрявый говорил, что нари, если это были они, могли дать ответы на вопросы, но стали бы они принимать чужака? Требовать от них ничего не стоило, человек не соперник таким существам. Что можно предложить в обмен?

Кириан закатал рукав, чтобы показать языки пламени, окольцевавшие правую руку.

- Я – человек, дракон, и мне нужна ваша помощь.

Пёс округлил глаза, в удивлении приоткрыл пасть. Хвост, закрученный в кольцо, заметался из стороны в сторону. Наконец он произнёс:

- Я не вправе принимать такие решения. Идём, с тобой поговорят нари-старейшины. Но прежде оставь оружие, - с удивлением Кириан понял, что пасть у пса оставалась неподвижной. Его слова как будто сразу проникали в разум. Да неужели и это возможно? Кириан замешкался, удивлённый, но ответил:

- Я безоружен.

Пёс оставался неподвижен и молчалив. С минуту они смотрели в глаза друг другу. Кириан сдался и достал из сапога кинжал, бросил его на землю. Пёс не реагировал. Тогда Кириан из внутреннего кармана плаща достал пару метательных ножей и тоже кинул их на траву. Человек-зверь кивнул и двинулся в лес. Голоса, уже больше напоминавшие рык, становились всё громче.

За домом стояли два дерева поменьше, они склонились друг к другу и переплели ветви, образуя арку. На миг показалась беличья мордочка и тут же скрылась.

Лес поредел, а затем сменился огромной поляной, залитой солнечным светом и усыпанной цветами ярчайших красок, между которыми мелькали широкие тропинки. Вокруг неё росли деревья, и среди листвы ютились огромные деревянные дома, украшенные лентами, рисунками животных, растений и светил, цветами. Стены покрывали мох и лишайник. Окна и крыши обвивали ползучие травы. Дома так сливались с деревьями, что казались частью природы.

Повсюду были нари самого разного вида: псы и кошки, медведи, волки, тигры, леопарды, шакалы, змеи и многие, многие другие. Несколько нари поменьше ростом стояли под одним из домов и кидали друг другу мяч, громко смеясь. Чуть подальше нари-лисица сидела за шитьём. Одни спешили, другие стояли за разговорами. Кто-то шёл с пустыми руками, а кто-то нёс корзины, книги, инструменты. Вокруг шутили, болтали, спорили, выясняли отношения, менялись, платили и покупали – точно люди на главной городской площади. Всюду слышал4сь рык, шипение, визг. Отдельные звуки напоминали слова, но они сливались в общем гомоне.

Первым на поляну вышел пёс. Кириан выглянул из-за его спины, и сначала замолчали те, кто были ближе всего, затем следующий ряд, и так всё дальше и дальше. Послышалось несколько взволнованных криков, некоторые поспешили уйти, а другие, наоборот, придвинулись поближе.

Пёс прорычал. Несколько нари разбежались и, легко цепляясь за ветви, забрались в дома. Одновременно из разных углов поляны медленно спустились четверо нари и неторопливой походкой подошли к Кириану – старейшины? Шерсть у них поседела, кожа обвисла, тело потеряло стройность и лёгкость. Одеты они были в такие же туники, как у пса, но украшенные золотой и серебряной вышивкой.

Они оценивающе посмотрели на дракона и стали переговариваться между собой. Из их рычащего разговора он не мог понять ни слова. Изредка из народа слышались выкрики. Кириан молчал и косился по сторонам.

Сквозь толпу пробралась нари-птица. Вместо рук у неё были крылья, по сравнению с другими она казалась совсем маленькой и худой. Одетая в лёгкое белое платье, с венком из цветов на голове, она выглядела изящной, но величественной.

Послышался птичий клёкот. Один из старейшин что-то сурово возразил ей, зарычал. Другой положил руку ему на грудь, словно пытался успокоить, и поклонился птице. С гордым видом она подошла к Кириану, крылом коснулась его руки и повела через толпу. Кириан, точно заворожённый, покорно двинулся следом.

Нари пытались дотронуться до человека: то тыкали пальцем в тело, то трогали волосы. На него смотрели с удивлением, точно на чужеземца, но уже не боялись. Птица издала высокий гортанный звук, и толпа отступила. Маленькая нари-кошечка уцепилась за край плаща и не хотела отпускать. Кириан протянул ей руку. Мягкой ладошкой, покрытой короткой шерстью, она ухватилась за неё и довольно замурлыкала. Так втроём они прошли через всю поляну, а затем крошка отпустила руку, в улыбке показала клыки и убежала.

Птица ловко проскользнула между кустарником, остановилась у одиноко стоящего дома на дереве. К нему вела короткая лестница. В корнях дерева сидело трое маленьких нари. Они окунали коготки в чернильницу и чертили на больших деревянных дощечках. Работа продолжалась, но малыши то и дело косились на Кириана.

- Пойдём. Ты же не боишься, дракон? – зазвучало у него в голове.

- Я догадывался, что найду на севере, - голос звучал уверенно, но живот сводило от волнения.

Обстановка внутри оказалась простой: невысокий стол, вокруг которого были расстелены выцветшие коврики, множество полок, заваленных книгами, бумагами, коробочками и письменными принадлежностями, да циновка вместо кровати. Комнату освещало сияние, исходящее от цветов, росших прямо из стены. Они были огромными и испускали мягкий тусклый свет того же оттенка, что лепестки. В комнате – единственной на весь дом – пахло чем-то сладким и пряным.

Птица провела крылом по столу, смахивая скомканные бумажки и пыль. Она села на коврик и поджала под себя ноги.

- Присаживайся. Должно быть, устал после долгой дороги? – не дожидаясь ответа, птица проклекотала. Кириан присел. В комнате появился один из сидящих у дерева – медведь с бурой шерстью. Должно быть, когда он достигнет зрелых лет, то станет внушать трепет своим видом и мощью. Пока же Кириан улыбался, наблюдая, как толстенький мишка на двух лапах суетился по комнате, доставал с полок то чашки, то ложки, то мешочки, пахнущие травами. Он подал Кириану и птице два разных напитка. У неё чашка пахла мятой и лимоном, что было у него, Кириан не понял. От одного лишь запаха клонило в сон.

- Тебе надо отдохнуть, поспи. Утро вечера мудрее. Некуда спешить.

- Нет, - Кириан заупрямился. – Вы знаете что-нибудь о драконах? Расскажите! – с неохотой он добавил: - Пожалуйста. Что вообще происходит с этим миром? Где я и кто вы? И почему ваши слова в моих мыслях?

- Не волнуйся, ты ещё узнаешь о наших народах и найдёшь и друзей, и врагов. Пока ты среди нари. Нас мало, и поселений у нас немного. Это называется Север, по той части света, где мы находимся. Меня зовут Крылья, и я – ведунья, – птица подняла руки так, чтобы стало видно внутреннюю сторону крыльев. На каждом из них, на самом кончике, было по глазу. Левый казался глазом опасного хищника, а правый мог подойти невинному ребёнку. Кириан дёрнулся назад. - Один, чтобы помнить прошлое, один, чтобы предвидеть будущее, и два, чтобы знать настоящее. Я дам ответы, которые нужны сейчас. Пей, ты должен набраться сил.

Кириан помедлил несколько секунд и, наконец, покорно, почти залпом, выпил напиток до дна. Он подумал, что не стоило доверять незнакомцам, особенно на этой стороне, но подкравшийся сон быстро изгнал из головы беспокойные мысли.

Кириан несколько раз просыпался, но ему так не хотелось вставать, и он снова засыпал. Он лежал на циновке, накрытый тонким одеялом, иногда дрожал от холода. Это было так знакомо, что несколько раз ему казалось, будто он вовсе не покидал школу.

Кириан поднялся, лениво потягиваясь, нашёл свой плащ и накинул на плечи. Сквозь окно виднелось небо, которое заволокли тяжёлые нахмурившиеся тучи. Накрапывал мелкий дождь. Север снова стал собой.

Кириан не сразу заметил, что в углу комнаты сидел медведь, который помогал Крылья. Он быстро выскочил из дома и через минуту вернулся с тарелкой с печёными овощами. Они уже остыли, но Кириан быстрым кивком поблагодарил медведя и тут же набросился на еду.

Ребёнок уселся по другую сторону стола и уставился на дракона, подперев голову руками.

- Ну чего тебе? – пробурчал Кириан с набитым ртом.

- Ты – человек?

Кириан не мог с уверенностью сказать, действительно медведь чувствовал трепет, или он сам в голове так озвучил слова нари.

- Да. Вы можете не лезть в мою голову?

Медведь смущённо отвёл взгляд.

- Мы не лезем, а передаём то, что сами думаем и чувствуем. Другие народы не в силах выучить наш язык, мы не можем говорить на вашем. Мама считает, что боги не хотели нашего общения, поэтому сделали такими разными. Крылья думает, что у нас разное строение горла.