Лина Мур – Небеса всё знают (страница 17)

– Меня еще не будили ледяной водой. И что за черт? Почему ты их кормишь? Они работают на тебя и должны быть во дворе, а не в доме.

– Странный ты, Флинт. Они мои друзья и уже больше года помогают папе. Один развозит заказы, когда они есть, другой иногда подсобляет по дому, третий…

– О-о-о, радушие глубинки, как же я забыл?! И как они благодарят тебя? Опускаются на колени? Или ты? – Взглядом, полным отвращения, смеряю ее с головы до ног – полуголую, в излюбленных шортах-трусиках и топике.

– Когда как.

– Джесс! – Хватаю ее за локоть, не позволяя увильнуть от разговора.

– А тебя-то почему это волнует? Ревнуешь? – Прищуривается и издает издевательский смешок.

– Ревную? Я забочусь о тебе и твоей репутации! – Дергаю ее, чтобы хоть как-то избавить себя от жгучего желания разогнать всех к чертям.

– Чтобы заботиться о чьей-то репутации, для начала надо иметь свою не подмоченную. – Подмигивает мне и вырывается из рук.

Стерва. Вот может же выводить из себя одним только словом! Как ей это удается? Постоянно. Раздражает.

– Что найдешь в холодильнике – твое. А я в душ, – бросает Джесс и скрывается в гостиной. Но через секунду возвращается и нацеливает в меня палец.

– И скажи им правду, Флинт.

– Не понял?

– Ребятам скажи, что ты пошутил по поводу высокой оплаты их труда.

– Нет. Я сдержу обещание, если они сделают все так, как у тебя на чертежах, – складываю руки на груди. Еще чего, выполнять приказы девчонки!

– Неужели? Ну хотя бы одно. Вау, – наигранно восхищается, затем лицо снова становится серьезным. – А теперь пораскинь своими пропитыми мозгами. Они не видели таких заработков. Как отец потом будет с ними расплачиваться? Они ведь не станут больше помогать бесплатно. Хочешь разрушить нашу жизнь, вперед, Флинт, ты же любишь сорить деньгами для других.

– Джесс, я предлагал тебе деньги и продолжаю это делать! – взрываюсь. Она снова мне об этом напоминает, постоянно давит на болезненную точку.

– Мне они не нужны, как и им. Поэтому признайся парням в своей богатой фантазии. – Джесс упрямо поджимает губы.

– О, у меня очень богатая фантазия. К примеру, ты закроешь свой рот и как хорошая девочка поднимешься к себе, примешь душ и начнешь мне улыбаться. Затем прекратишь это издевательство над собой и надо мной. Как тебе? – Ехидно улыбаюсь.

– Я никогда не была хорошей девочкой, Трахни меня. – Смеясь, она выходит из кухни.

Я опять готов заорать. Она просто невыносима! Как в ней уживается столько личностей? То мегера, то соблазнительная стерва, то нежная нимфа. И чаще всего – заботливая дочь. Одуреть. Но я не собираюсь следовать ее приказам. Парням поощрение не помешает, а Скотта как-нибудь уломаю, чтобы он принял мою помощь. Но сначала уломаю Джесс. Все девушки любят дорогую одежду, духи, подарки, и она не исключение. Куплю ее внимание, отношение ко мне… М-да, только проговаривая слова про себя, уже понимаю – неправдоподобно. Нереально. У нее тяжелый характер, признаю, хотя и у меня был когда-то не самый простой. Стал мягче, ослабел. Все из-за женщин. А сейчас именно женщина в лице Джасмин вытаскивает из недр сознания другого, забытого человека, желающего добиться цели.

Не помню, когда ощущал такое желание противостоять этому миру и противоположному полу. Да, я жалкий, и жалею себя, и чувствую отвращение. А началось все очень давно, даже точку отсчета не запомнил. В эту секунду, наливая себе в хлопья молоко, вдруг осознаю, как гадко выгляжу со стороны. Вся моя жизнь была полна жалости к себе и к своим неудачам в любви. Любовь для меня – самое желанное на этом свете, я искал ее. Подбирал даже объедки, чтобы упрочить самомнение. Когда же я потерял свои яйца?

За короткое время невозможно измениться, но я попробую благодаря Джесс. У нее есть все недостатки, которых я избегал. Максималистка, готовая бороться. Уже давно не смотрю на нее как на подростка, поставил на один уровень с собой и анализирую ее жизнь, но… никак не свою. Трус. Мне страшно заглядывать глубже в сердце и разум. Вытащить из себя всю грязь и разобраться в ней. Без этого не обойтись, чтобы иметь власть над единственной женщиной, которая никогда не будет мне принадлежать. Над собственной племянницей. Нет, я не думаю о ней как о спутнице жизни, это даже не обсуждается. Хочу ей показать, что такая жизнь ни к чему хорошему не приведет. Только к полному разрушению и постоянным метаниям. Терпение. Для начала стоит поучиться ему.

Позавтракав и приняв, как мне кажется, верное решение, поднимаюсь на второй этаж и стучусь к Джесс. Она открывает. Волосы собраны в непривычно тугую косу, сама все в таком же полуголом виде, но я улыбаюсь. Молодец.

– Чего надо? – недовольно спрашивает.

– Хотел поинтересоваться о твоих планах на сегодня, – отвечаю мягко, вежливо. В голубых глазах вспыхивает недоверие.

– Как мои планы касаются тебя? – ехидно усмехается, прислоняясь плечом к косяку.

– Напрямую. Могу помочь, могу быть полезным.

– Нет, ты мне не нужен. Я собираюсь в мастерскую, тебе там делать нечего, – отрезает она, собираясь захлопнуть дверь перед моим носом. Упираюсь ладонью в створку, не давая ее закрыть. Не позволю, чтобы меня и дальше щелкали по носу.

– Конфетка, не будь букой. – Растягиваю губы в соблазнительной улыбке, обычно от нее тают все женщины. Увы, кроме прищурившейся Джесс. – Давай поедем вместе. Хоть я не умею пилить и строгать, но прекрасно сведущ в основах бизнеса и могу что-то посоветовать, чтобы дела улучшились. Я ведь не чужой. Не хочешь денег – не надо, но мои знания могут пригодиться. – Склонив голову набок, не мигая удерживаю ее взгляд.

– Ладно. Уговорил. Но запоминай правила – делаешь то, что я попрошу. Ни больше, ни меньше. Согласен?

– Идет. Дай мне минуту, я возьму вещи. Встретимся у машины Скотта.

Посвистывая, направляюсь к себе. Получилось! Немного настойчивости, и все пойдет как по маслу. Опыт общения с женщинами мне определенно поможет.

Пихаю портмоне в карман джинсов, приглаживаю отросшие светлые вихры и… забываю о наличии мобильного. Я и раньше так делал время от времени, но сейчас иная причина: он мне не нужен. Связь с миром, от которого убежал, – лишнее. И, черт возьми, меня это радует.

Пролетаю мимо пустой спальни Джесс и сбегаю по ступеням, подхватив ключи от машины. На влажном воздухе рубашка моментально липнет к коже, душит, и от желания сорвать ее расстегиваю верхние пуговицы.

– Губки подкрасил? – насмешливо спрашивает Джесс.

– А как же, и реснички заодно. Нравится? – строю гримаску и слышу громкий смех.

Опускаюсь в салон и завожу мотор, наслаждаясь изменившимся отношением.

– Тушь потекла, и не видишь дорогу? – хрюкает от смеха Джесс, указывая на выезд.

– Ты не пристегнулась.

– Я и не пристегиваюсь. Смысл? – Пожимает плечами, пристраивая на коленях рюкзак.

– С ума сошла? Это правила безопасности…

– Боже, Флинт, не нуди, – раздраженно закатывает глаза, – я не пристегиваюсь. В этом городе невозможно развить высокую скорость. Тем более что в обеих наших машинах ремни изношены и заедают. Оставь нравоучительные тирады очередной жене и двигай. Не нарушай моего условия, а то поеду одна, – машет в сторону дороги.

– Тогда пересаживайся на заднее сиденье, – выключаю мотор.

– Флинт, давай не будем снова выяснять отношения, – шипит Джесс. – Ты тратишь время, а его остается все меньше и меньше до приезда родителей. Так что побудь плохим, Трахни меня, каким я тебя и помню, – пихает меня в плечо, – стань тем, кто рулил ногами.

– Что? Откуда такие познания?!

– Мама по вечерам часто рассказывала о твоих проделках в юности. У меня целое досье на тебя. А еще она вспоминала, как ты после вечеринки взял ее машину, и наутро она там обнаружила…

– Все! Мы едем! – сдаюсь я, торопливо завожу мотор и резко газую, уши режет смех Джесс.

Поверить не могу, что Зои это сделала. Да-да, я был таким вальяжным парнем, который ходит как в замедленной съемке и сверкает белоснежной улыбкой. Внешность всегда помогала мне затащить очередную красотку в постель или на заднее сиденье машины. В тот день мою забрали родители, пришлось влезть в автомобиль Зои, и на сиденье остались презервативы. Использованные. Глупо, конечно, но кто думает головой в шестнадцать лет? Парнями точно иное место двигает.

По памяти доезжаю до неприметной мастерской. Джесс выходит первой и отпирает ключом пыльную, даже какую-то мрачную дверь в небольшое захламленное помещение, пропахшее деревом, краской и лаком.

– Ничего не говори, Флинт. Я и без твоей оценки знаю, что здесь просто воняет безысходностью.

Мебель накрыта грязными чехлами, полки пусты. Интерьер больше напоминает склад, чем магазин. Под ногами толстый слой пыли и опилок, разорванная бумага – заброшенное место, где давно никто не работает.

– Расскажи, что у вас происходит, – прошу, прочистив словно скребущее наждаком горло.

– Это помещение папа купил шесть лет назад. Сначала было хорошо, он набрал достаточно заказов, пропадал здесь днем и ночью, – говорит она и проходит между столами, я следую за ней. – Но уже три месяца, как мы закрылись. Дела идут хреново, мало кто заказывает мебель, потому как появилась возможность сделать это по интернету. Люди предпочитают эксклюзивные и именитые бренды, чтобы хвалиться ими перед гостями и друзьями.