Лина Мур – Королевство моих преступлений (страница 22)

– Остановите… – плачет моя мать, а мне не жаль её. Ни капли. Она заслужила смотреть на то, что сделала со своим ребёнком. Она сама привела Флор его к этому и теперь ей предстоит многому научиться. Хотя думаю, что она просто сбежит, трусливо бросив свою семью.

– Нет, пока рано, детка, – шприц из камеры исчезает.

– Что ты хочешь? Я могу доставить тебе удовольствие. Клянусь, что сделаю всё… всё… дай мне… – отворачиваю голову от экрана на несколько секунд, не желая смотреть на это неприятное и унизительное зрелище. Я не удивлена сказанному, потому что не верила ей, хотя внутри, где-то глубоко рождаются разочарование и горечь.

– И ты же должна была отомстить ей за то, что Эмиру ставили тебе в пример, да? Она была недостойна подобных слов и сравнений с тобой? Ты сделала это?

– Конечно… да, – наглая ухмылка появляется на лице Флор.

– И что именно ты предприняла?

– Лишилась девственности и заставила всех поверить, что меня изнасиловали. А там уже не нужно было ничего делать, этот придурок Раф сам за меня всё сделал. Написал заявление и настроил всех против этой дуры.

– То есть тебя никто не насиловал? А как же синяки, кровь и другое?

– Ну дай мне ещё, – хнычет Флор, подползая ближе к камере.

– Не получишь, пока не ответишь.

– Мне насрать на то, чем я расплачусь за удовольствие видеть эту наглую и страшную тварь Миру за решёткой. Никакая она не принцесса! Я должна быть на её месте! Только я, и мне плевать на то, что с ней сделают. Я сама сказала, чтобы меня ударили и оттрахали нормально. А кровь… она продаётся во многих банках крови. За деньги можно купить всё, даже диагнозы! Здесь мамочка постаралась, ей выгодно, чтобы папочка этой гниды Миры поплатился за то, что дал ей мало денег! Я хочу ещё… ещё, – человек с камерой отходит, а Флор, пытаясь поймать его за ноги, ползёт вперёд.

– То есть это ты подстроила всё, и Эмира Райз невиновна? Твоё заявление – фальшивка, как, в принципе, и ты сама?

– Да! Блять, ты тупой? Да! Это была я и… – имя второго зачинщика шипит. – Мы вместе придумали несколько способов, чтобы она исчезла! И только мой сработал! Мой! Потому что я лучше! Я заставила всех поверить в эту чушь! Я отлично отыграла свою роль, практиковалась и прекрасно подготовила почву в лице придурка Рафаэля! А когда вернусь туда, то займу место в сестринстве, и мать от меня отвалит! А потом я продолжу уничтожать их! Её пресмыкателей! С ними будет то же самое, что с Беатой! Они все окажутся или в психушке, или за решёткой! Но Рафа, наверное, оставлю… хочу трахнуть его, и он красавчик, тем более эти упыри так его слушают! Он может заставить их любить меня! И я добьюсь этого! Моя мать поймёт, что я лучше её! Лучше Миры! Все это увидят, а потом я и его уничтожу! Против этого идиота у меня тоже есть много интересного! А вот Оливер мне нужен. Он даст мне всё, что я попрошу, когда покажу ему наши фотографии! Они глупые, понимаешь? Они думают, что я простая дурочка! Ни хрена! Я лучше их! Лучше каждого! – Флор подскакивает на ноги и кричит, ударяя себя по груди, и её ведёт в сторону. Падает на пол и резко поднимает голову с безумными глазами.

– Давно планировали это?

– Да… очень давно… ещё летом, когда меня взяли в университет. И у меня получилось, ведь скоро Мира получит по заслугам и будет гнить за решёткой, только дай мне… мне плохо… мне очень нужно… хочу, чтобы хорошо было.

– А кто тебя трахал в тот вечер? Назовёшь имена, и я поощрю тебя «сладким», – говорящий показывает Флор шприц, и она жадно облизывает губы.

– Да, это… – снова шипение, и мне непонятно. Если этот человек хотел, чтобы все узнали о том, как на самом деле обстояли дела, то зачем скрыл имена?

Видео дёргается, а затем снова появляется, где Флор, видимо, уже получила дозу и, развалившись на кровати, лежит с закрытыми глазами.

– Теперь вы слышали то, что Эмира Райз не была участницей разыгранного изнасилования Флоренс Делон. И у тех, чьи имена она открыла мне, теперь есть основание признаться чистосердечно. Вы увидели лишь малость, не хочу терять время. Но у меня достаточно имён, чтобы начать собственное правосудие. Я буду мстить каждому, кто вынудил Эмиру Райз взять всю вину на себя, кто так легко и просто готов ради власти и популярности ломать людей. Возможно, ты будешь следующим, если не остановишься и не признаешься во всём. Ты станешь моей жертвой, и это будет продолжаться до тех пор, пока вы радуетесь боли друг друга.

Эти слова… они так глубоко въедаются в моё сознание. Этот человек защищает меня. Почему? Кто это? И зачем же он так жесток ко мне, пытаясь забрать у меня шанс вырваться отсюда?

– А сейчас я предлагаю вам продолжить наблюдать за тем, как в данный момент Флоренс Делон развлекается. Мне уже пора, поэтому местоположение этой девушки я напишу только к вечеру, а до тех пор ищите, но вряд ли найдёте её в многочисленных отелях Женевы, – картинка вновь меняется на ту, что была в самом начале, на которой происходит безобразная оргия.

– И да, все эти люди немного больны. Вру, они очень больны, есть даже ВИЧ-инфицированные. Перечень их заболеваний пойдёт титрами. Лечение, от которых, как и от наркотической зависимости будет долгим. И подобное будет с каждым, обещаю, кто ещё хоть раз использует наркотик, чтобы изнасиловать девушку или парня, или же совершить с ним нечто очень неразумное. Подобное наказание настигнет вас. Осторожнее со своими желаниями, они порой играют против вас самих. Я приду за вами, и кара настигнет вас. А теперь можно начинать признаваться, – голос затихает, и слышатся только стоны и неприятные причмокивания.

Наверное, я в небольшом шоке от услышанного и увиденного, как и все остальные. Никто не произносит ни слова, а только молча сидят и в ужасе переваривают информацию. Если честно, то я потрясена. Не могу сейчас даже понять, как относиться к этому. Слова Флор о том, что она будет уничтожать приближённых мне людей, вызывают желание бороться за них, ведь перед глазами предстаёт образ Сиен. Она слаба, и её легко можно сломать, а Белч вряд ли успеет помочь. А как же другие? Те девочки, что остались со мной и боятся ярости студентов не меньше моего? Что будет со всеми ними?

Вероятно, весь туман, в котором я жила последнюю неделю, рассеялся именно из-за понимания того, что я поступаю эгоистично и жестоко с теми, кто, независимо от обстоятельств, остался со мной. Имею ли я право предать их? Могу ли мечтать о свободе, когда приручила их и затем решила бросить? Вообще, достойна ли я вот такой жестокости и наказаний за моё правление? Нет. На все вопросы ответ один – нет. И именно этот человек показал мне, что я, действительно, бегу от всего из-за собственных страхов. Снова. Я не представляю, что теперь будет с Флор и с теми, чьи имена у него в списке, но зато ясно представляю, что мои «сокамерники» зависят от меня.

Стук в двери зала заставляет всех повернуться в их сторону и увидеть, как два парня, один из «Омеги», а другой первокурсник входят, сотрясаясь от страха.

– Мира, прости, – виновато шепчет, не глядя на меня, тот, кого я видела на многих вечеринках. Тот, кто ещё некоторое время назад стоял внизу со своим главой.

– Молодые люди, это означает, что слова с видео правда? – Изумляется один из членов правления.

– Да… да… мы были теми, кто занимался с Флор сексом. До этого тоже. Только анальным. У неё есть компромат на нас, на то… что мы курили…, и мы не хотим, чтобы с нами было то же самое. Мы… мы раскаиваемся и приносим свои извинения. Пожалуйста… мы…

– Немедленно в мой кабинет. Марджори, проводи их и вызови родителей, – месье Леду обрывает дрожащую речь второго парня, и секретарша быстро проходит мимо нас, даря мне слабую улыбку. Она выводит их.

– Скажи мне… скажи, где она? – Слёзный голос матери обращается ко мне, и я смотрю в её глаза, полные ужаса и страха за жизнь Флор. А мне всё равно. Мне не жаль. Ни одну из них. Я даже немного рада, что ей тоже больно, как и мне было в ту ночь. Если не сейчас, то совсем скоро будет больно Флор, когда начнётся ломка.

– Эмира непричастна к случившемуся. Чтобы устроить нечто подобное, необходимо, как минимум иметь шанс выйти в город, как и заставить вашу дочь выйти из университета. А у Эмиры не было такой возможности, так как она постоянно находилась на территории дома для престарелых, это может подтвердить и мистер Леду, и сотрудники, как и камеры слежения. Я бы посоветовал вам начать поиски прямо сейчас в местах, удалённых от центра. Не теряйте времени, миссис Делон, ведь к вечеру эта девушка может быть мертва по вашей вине, – с долей наслаждения и даже удовлетворения от созерцания бледного лица женщины, советует Грог.

– Да как ты смеешь? Это вы! Ты, эта стерва, и её папочка! Это вы сделали с моей дочерью! Я засужу вас! Вы все сядете! Вы…

– Мадам, остановитесь. Вы делаете только хуже. Нам необходимо связаться с вашим мужем и рассказать всё, – тихо на французском перебивает её адвокат, не позволяя натворить глупостей, помогая подняться и обойти стол.

– Если ты думаешь, что не поплатишься за это, Эмира, то ошибаешься. Я отомщу тебе за мою дочь и твоему отцу тоже, – шипит мать, останавливаясь напротив меня.

– Если ты думаешь, что я боюсь тебя, дура, то сильно ошибаешься. Мне насрать на тебя и на твою шлюху дочь. Вы одинаковы, как я и говорила. И теперь я так счастлива, а она подохнет, она… – не успеваю завершить предложение, как женщина с криком бросается на меня, выставляя руки вперёд. Грог незамедлительно отталкивает меня назад, отчего я лечу в стену, и следом раздаётся громкий выстрел, а затем визг, возмущения и крики мужчин вокруг. Удивлённый взгляд Грога, обернувшегося ко мне.