Лина Мак – Оживи меня (страница 10)

– У местного жителя, ― ответил так же Лесник. ― Здесь, километрах в тридцати, есть несколько домов с местными жителями. Небольшой хутор, если можно так назвать…

– В тридцати километрах… ― повторила я тихо, но он услышал.

– Да, – хмыкнул, понимая, что я подметила для себя. ― Я у них беру овощи на зиму, каждый год. Точнее, обмениваю.

– Молодец, ― ответила уже спокойнее и увереннее, но мыслительный процесс не сбавляла.

Значит, в тридцати километрах отсюда есть поселение, но не факт, что там будет электричество, если Лесник продукты у них обменивает. Ну ладно, с этим разберёмся потом или уже в бане, потому что каждый шаг для меня был наполнен сейчас болью.

– Ну так как? В баню идёшь? ― спросил, вскидывая бровь, а я опять замерла. В этот момент мне показалось, что я услышала в его голосе весёлые нотки? Но когда всмотрелась в глаза, решила – мне показалось.

– Иду.

Спокойно ответила и, прихватив полотенце за шторой у умывальника, двинулась к выходу. Но удивления на сегодня не закончились. Спустя несколько шагов, когда я уже почти достигла двери, меня подхватили на руки. Причём это вышло так естественно у него, будто я вешу не больше ребенка. Я даже дёрнулась в руках Лесника, вместо того чтобы ухватиться за шею. Никогда не могла выработать в себе правильный инстинкт, когда мужчина берёт на руки. Да меня и на руках особо-то и не носили.

Муж в одной со мной весовой категории. Только ростом выше меня на голову. Поэтому я по сравнению с ним всегда казалась сбитой пышкой с округлыми бёдрами, которые хорошо выделяли талию, что была моей гордостью, со средней грудью, «потрёпанной» двумя беременностями, а в остальном – с не особо яркими данными. Так что я не привыкла, чтобы меня на руки брали. А тут…

– Я помогу, ― прохрипел мне в ухо Лесник.

– Я сама бы справилась, ― ответила так же тихо, но напряжённо.

Ответа не получила. Но меня понесли целенаправленно в баню. Вот только вместо расслабления с каждым его шагом я начинала испытывать напряжение. Что-то меняется между нами, но что ― не могу понять.

Точнее, меняется его отношение. И в дополнение к непониманию добавилось ещё и раздражение. Мне это не нужно. Мне это не нравится.

Но когда он занёс меня в баню, и я вдохнула горячий влажный воздух, нервные мысли начали уступать место предвкушению.

– Спасибо, ― сказала твёрдо. ― Дальше я сама.

– Я буду рядом, ― ответил Лесник, а у меня брови поползли вверх в немом вопросе. ― На улице посижу, ― добавил, хмыкнув, после того как заметил, что я даже не шевелюсь, и вышел из бани.

И вот бы выдохнуть сейчас, но что-то всё равно не так. Не могу я найти тот баланс спокойствия, что был со мной бо́льшую часть времени, пока я здесь пребываю.

Постояв ещё несколько минут и прислушиваясь к звукам за дверью, я всё-таки начала раздеваться. Не спеша освобождалась от обычных серых спортивных штанов, футболки, трусов и топа. Вот в этом всё-таки поступила правильно, когда в поход взяла целую кучу спортивных топов и обычных хлопковых трусов.

Боль в мышцах замедляла мои движения сильно, да ещё и нога, которая постоянно отдавала болью, не способствовала ускорению. Но это всё померкло, когда спустя минут десять я всё-таки вошла в парилку.

Небольшое квадратное помещение с низким потолком, небольшим окном на одной из стен и двумя лавками для водных процедур. Почти возле глухой стены стоит печь с камнями. Но рассмотреть её не получается. В бане только одна свеча, и та в банке, чтобы не задувало паром.

Когда меня окутало горячим влажным воздухом, я испытала такой кайф, который не испытывала уже очень давно.

И кто бы ни говорил, что невозможно испытать возбуждение от посещения бани, вы просто не были мной, товарищи. Я пыталась вспомнить, когда последний раз была в бане, и не могла назвать точную дату. Но сейчас была просто в нирване.

Даже улыбнулась сама себе, когда поняла, что в печке ещё слышно потрескивание дров. Подойдя ближе, набрала воды из небольшого ведёрка и плеснула на камни.

Горячий пар окутал всё вокруг густым туманом, наполняя лёгкие приятным запахом трав и хвои.

И вот самое интересное, что меня это не удивило, такой же запах я чувствую от Лесника.

Сначала присела на лавку, чтобы дать телу привыкнуть к температуре, начиная поглаживать кожу. В углу заметила ещё два таза: в одном был веник, а во втором ― просто вода. Подойдя к нему, облила себя водой, а когда вернулась на место и подняла ноги, чтобы они выровнялись, воспоминания начали накрывать меня снова…

― Зай, давай сегодня вдвоём пойдём в баньку? ― спросил у меня муж, улыбаясь хитро.

― А Саша с Машей с кем останутся? ― спросила я абсолютно спокойно.

Ну не было у меня желания идти в баню с мужем, хоть она и была на одной улице с нашим домом. Знала я, что ещё муж захочет от меня. И вот желания никакого не было.

Последние пару лет я уже даже не старалась просить, чтобы муж перед «началом» просто «разогрел» меня. Наши такие разогревы заканчивались после лишь двухминутным проникновением.

Семи лет, прожитых бок о бок, оказалось вполне достаточно, чтобы выучить все наши предпочтения. Хотя, как оказалось, выучила их только я. Но это уже не так и критично, как-нибудь переживу.

― Алин, ну что не так? ― захныкал Андрей. ― Я же и так стараюсь, а ты даже не можешь надеть один из своих комплектов, которые ты покупаешь себе раз в год. Для чего только?

И вот вроде понимаю его возмущение, но мне по барабану. Я уже не хочу наряжаться в красивое бельё для мужа, это никогда не способствует моему оргазму. Это только для его удовлетворения. Можно бы закатить сейчас скандал, ну или хотя бы истерику, но я просто молча домываю посуду и иду собираться.

Действительно, что мне стоит. Тем более Андрей у меня заботливый, внимательный, любит меня и детей. Голос он никогда не повышал, даже маты он не произносит дома, мы и это обсуждали в своё время. А недавно муж даже курить бросил, когда заметил, как сын начал поглядывать на него и копировать в этом.

Он даже когда выпьет, становится тем мужиком, который всех любит и обожает, готов к разговорам и потанцевать. Я уже привыкла к его спокойному характеру и терпеливому отношению к моим некоторым заскокам.

И что мне не так? Вот. Правильно. Я уже как молитву прокручиваю в голове всё то, что я не хочу видеть в своей семье, ведь у меня есть пример, чем заканчивается такая жизнь и для родителей, и для детей.

Да, я уже знаю, что муж договорится сейчас на час в баню, и мне легче просто сходить с ним, сделать приятно, во всех смыслах, а после прийти домой, где, если останутся силы и желание, сделаю и себе.

― Идём, Зай, ― вышла спустя десять минут с сумкой, собранной для бани нам двоим, и с милой улыбкой позвала мужа.

И его расплывающиеся к верху уголки губ уже были подтверждением, что он в предвкушении…

Ну вот после таких посещений бани я старалась быть в ней либо с подругами, либо брать детей с собой. Причем дети парились достаточно быстро, после поедая пиццу в прилегающем кафе, а я уже допаривалась по полной.

Сейчас же была немного другая ситуация. Я находилась в бане совсем одна. Но воспоминания посеяли тоску по дому. Такую противную тоску, что слёзы начали выступать на глазах.

Всё-таки сильно правы были те, кто придумал пословицу: «Имеем ― не ценим, а потеряв ― плачем».

Но нужно успокоиться. Я дала себе возможность привыкнуть к температуре, постепенно растирая тело руками и переключая внимание на ощущения. А после достала веник и, легко похлопывая себя им, легла на спину. Выровняла дыхание. Прикрыла глаза, наслаждаясь жаром и тем, как он проникает в меня.

Каждым движением рук отметила для себя, насколько изменилась за этот месяц, и в первую очередь – в весе. И это не особо радовало. Кожа теперь висела там, где я старалась держать её в тонусе.

Значит, будем исправлять. А сейчас нужно расслабить себя. Я полежала ещё так полчаса: растирая и наслаждаясь паром. Дважды добавляла воды на камни. А вот после решила… «пошалить».

Руки сами опустились к животу, а после ниже. Отработанными за последние годы движениями погладила себя, надеясь, что так смогу отвлечься. Дам себе толчок, чтобы заставить быстрее соображать. Многие утверждают, что после хорошего оргазма женщина начинает мыслить по-новому.

Но как только я прикрыла глаза, перед ними встал образ… не мужа.

А когда за дверью парилки послышался приглушённый скрип открывающейся двери, я резко села. Оглядевшись быстро, поняла, что забыла полотенце в предбаннике. Да и в почти полной темноте не особо увидишь.

Дверь в саму парилку начала не спеша открываться, но никто не заглянул внутрь.

– Тебе помочь? ― хрипловатым голосом спросил Лесник, и вот в этой ситуации сложно было бы не понять, почему он хрипит, да и вопрос вышел двусмысленный, учитывая, чем я хотела сейчас заняться.

– Нет, ― ответила и даже сама удивилась, как так вышло спокойно. ― Я уже выхожу.

Ответа не последовало, но дверь закрылась. Я же начала сразу подниматься и прошла в предбанник. На столе у подоконника стояла свеча, которая осталась здесь, когда я заходила в парилку. А вот на моих вещах лежало большое одеяло, которое я не брала.

Ну что сказать? Спасибо за заботу.

Надела на себя чистые вещи, успев сполоснуть и бельё в тазу.

Да, кстати, ещё одно подтверждение, что Лесник из вояк – у него немереное количество брусков хозяйственного мыла. Хотя это только добавляет ему плюсов, потому что таким мылом можно отстирать всё что угодно.