Лина Коваль – Дочь от лучшего друга (страница 3)

Руслан приближается, задаёт какие-то вопросы. Ничего не соображая, отзываюсь невпопад. Сама, будто бабочек сачком, ловлю бушующие во мне эмоции. Осталось ли обожание к своему кумиру?

По-моему, нет.

Нет.

Я исцелилась!

Вдумываюсь в смысл сказанных им слов. В меня словно оплеуха прилетает, а сердце устремляется куда-то в ноги. Он намеренно меня оскорбляет? За что?

Отправляю его ко всем чертям и сбегаю в детскую комнату к Мие. Дочь всегда меня успокаивает.

Ну почему?

Почему Вова сегодня не смог приехать со мной? Он мне так необходим сейчас.

Вскоре в толпе сталкиваюсь с Ксенией, подругой именинницы. Справляюсь, как подрастает их малыш, и делюсь советами, касающимися здоровья ребёнка.

Моя Мия – ласковый цветочек, мой мир и моя награда. Но какой же был трудный первый год! Если бы не мама и её поддержка, я бы с ума сошла.

В окно бы вышла.

В тот момент я до такой степени ненавидела Алиева, за которым, кстати говоря, непрерывно шпионила, рассматривая очередные загулы и вереницу разных женщин.

Я даже думала выкупить фотографа из его клуба, чтобы не было этих отчетов с очередных пятничных вечеринок. Тогда Руслан был мне настолько противен, что, наверное, именно это и послужило моему волшебному исцелению.

Глеб Константинович, муж Ксюши, подоспевает к нам вместе с Алиевым. Умышленно игнорирую его, испытывая на себя все тот же холодный взгляд. Какого черта я сюда приехала? Зачем нацепила это платье? Зачем ты вообще возник в моей жизни?

Проклятый бабник!

Ненавижу.

Совершенно не вовремя к Мие начинает привязываться Коржик. Вернее, аниматор в костюме Коржика, персонажа популярного мультфильма. Моя девочка – абсолютное мое отражение и жутко не любит, когда вмешиваются в ее планы. Поэтому она тут же начинает психовать и жаловаться.

Пока я обдумываю, как её успокоить и под каким предлогом, не демонстрируя лица дочери, улизнуть из ресторана, проклятый Коржик решает сделать, на его взгляд, классный комплимент.

– Какая чудесная девочка, – произносит аниматор. – И так похожа на папу.

Взгляд Алиева припечатывается к Миюше, его плечи в мгновение тяжелеют, а по лицу проплывает тень непонимания, мгновенно сменяющаяся лютым бешенством.

Твою мать!.. Этого-то я и боялась.

Глава 3. Элина.

Взгляды присутствующих устремляются к Алиеву, который нависает над трехлетней дочерью, а мое лицо мгновенно покрывается красными пятнами.

– Это не ее папа, – быстро поправляю, забирая Мию со стула.

– Простите, – выдает Коржик и смывается.

В сторону Руслана больше не смотрю, что я там замечу? Злиться на меня у него есть все основания. Это я во всем виновата. Но видит Бог, я ни секунды не пожалела о своих прошлых поступках. Пораженную Ксению с Глебом Константиновичем тоже стараюсь не замечать.

Мне кажется, я сейчас сгорю со стыда. Судя по тому, как внутри всё клокочет и дымится, я уже сгорела.

Бегу по коридору в сторону гардероба, держа в руках самое ценное. Он не должен был догадаться!

Но он ведь не дурак?

Руслан Алиев кто угодно: противный бабник, ненавистный обманщик. Но точно не дурак!

Мия как две капли воды похожа на него. Настя, моя подруга и сегодняшняя именинница, сразу все раскусила, я же видела. Всю жизнь ей буду благодарна за то, что она смолчала и не проронила ни слова Андрею, своему мужу. Они с Алиевым лучшие друзья ещё со школы.

Хотя, зная Настю, даже не представляю, насколько ей было тяжело что-то скрывать от самого родного человека. Моральная сторона вопроса слишком не однозначна.

У выхода моего плеча касается тяжелая ладонь.

– Уже уходишь, Элина? – цедит сквозь зубы Руслан.

– Да, нам пора, – отзываюсь дрожащим голосом.

Мне кажется, следующую фразу слышат даже в соседнем здании:

– Ты сказала тогда, что это не мой ребёнок?!

Его злость такая вязкая и ощутимая, что я проваливаюсь в нее с головой. Тону в собственном ужасе.

– Я сказала то, что ты хотел услышать! – произношу дрожащим голосом.

Он переключает взгляд на Мию, которая испуганно взирает на отца глубокими серыми глазами.

– Я тебя сейчас прибью, – сдавливает мощные кулаки.

За гулом в ушах я слышу треск его зубов. Пялюсь в вырез мужской рубашки, не смея поднять глаза. Ярости вокруг так много, она словно радиоволны отталкивается от его мощного тела. Мия тут же это чувствует, её розовые губы раздуваются, и она истошно вопит на весь коридор ресторана.

Чёрт.

– Ну ты чего, моя маленькая? Ш-ш-ш, – шепчу доче, стараясь успокоить, снова перевожу взгляд на взбешённого Алиева.

Во мне зажигается материнский инстинкт, разъяренная тигрица, у которой обидели ребёнка. От силы этих эмоций ступор моментально улетучивается.

– Ты нас пугаешь, Руслан! Остановись.

Он пялится на Мию, глаз не отводит. Лицо постепенно смягчается, но я знаю, что это только обманчивая уловка с его стороны.

– Пугаю? Дрожи от страха, Рихтер, – тянет сквозь лживую вымученную ухмылку. – Я тебя уничтожу.

Сердце сдавливает трепетом и обидой. Уничтожит?

– Не смей угрожать мне, – шепчу, крепче сжимая в руках дочь.

– Оставайся здесь, – выговаривает, с отвращением озираясь. – Я уеду. Иначе что-нибудь сделаю с тобой.

Распахивает дверь, но вдруг разворачивается:

– Я приеду завтра. Не надейся, что это тебе сойдет с рук.

– Не смей мне угрожать, Руслан! – воспроизвожу ещё раз чётче, чувствуя, как по щекам льются досадные слезы.

Он кружит по моему лицу глазами, словно упивается моим состоянием.

– Попробуй только не открыть дверь, – предупреждает грозно. – Я тебя теперь везде найду.

Да пошел ты!

Руслан удаляется, а я так и остаюсь стоять посреди коридора с Мией. Поглаживаю ее по спинке, приговаривая ласковые слова, которые вырастают сами по себе изнутри.

Вернуться сейчас в зал?

Да ни за что на свете!

Выходя из ресторана, встречаюсь с семейством Громовых младших. Сквозь слезы замечаю, что Настя сияет в милом платье для беременных, Андрей, как обычно, чуть мрачноват. Рядом шагает Мирон, их четырехлетний сын и главный обожатель моей дочери.

– Моя Ми-ия, – радостно кричит мальчик.

– Элин, что произошло? – обеспокоенно спрашивает именинница.

– Ничего, – мотаю головой. Слезы тормозить всё еще не выходит.

– Куда ты в таком состоянии? Я тебя не отпущу. Давай сюда Мию, они с Мирошей поиграют.