Лина Кайлас – Где не останется следов (страница 3)
Добрую половину комнаты занимала печь – огромная, сложенная из камней и глины. На ней повисли какие-то железные котелки, сковородки – все такое старое, будто из музея. Никаких тебе индукционных плит и микроволновок. И никаких IKEA или дизайнерских стульев. Все сделано будто из того, что под рукой было. Лавки вдоль стен из цельных досок, без всяких там подушек. Грубый деревянный стол, покрытый царапинами и следами от ножа. Хижина маньяка, ей богу.
По спине вновь пробежал холодок. Пора прекращать сравнения с той тьмой ужастиков, что я пересмотрел за всю жизнь. Так и спятить недолго!
Покидав в сенях обувь и рюкзаки, мы наконец расселись вдоль стен – кто где. Как только я плюхнулся на лавку, обессиленный донельзя, меня тут же пронзило острое, назойливое покалывание. Орудие пыток, а не место отдыха! Дерево оказалось с характером – каждая неровность, как злая иголка, впивалась в ягодицы. Пришлось ерзать, как на раскаленных углях, пытаясь найти хоть какой-то островок комфорта. Это вам не йоги с их иголками, это настоящее «гвоздесидение»! Задница моментально превратилась в блин, а потом пришло ощущение такой жесткости, что казалось, будто я сел на камень. Честное слово, если бы пришлось на этом спать, я бы предпочел холодный пол и свой новенький спальник из «Спортмастера».
– В ночь – оставайтесь, – бросил Михалыч, рассматривая Курагу исподлобья. Видимо, все-таки признал ее лидером нашей вылазки. – Утром уходите.
– Мы вас не потесним, – замша расплылась в улыбке, приторной, как засахаренный мед.
– Долго не задерживайтесь, – Михалыч деловито пошарил кочергой в топочной камере печки. Стало заметно теплее. – Здесь деревья не любят чужих. Они запоминают.
– Бу-у-у, – загробным голосом протянул Глеб, уже успевший укутаться в спальник.
– Кретин! – презрительно отозвалась Таня. Они с Лесей уже успели обустроить себе «дамский уголок» – место, где, по их замыслу, можно было бы сменить наряды в относительной тишине. Ну, и конечно, они попытались сделать это максимально незаметно. Да-да… Конечно. Сама незаметность! Японские ниндзя! Да я лично видел танькино розовое белье с рюшками!
Левон и Шин сжались так, что почти скрылись под лавками, напоминая каких-то неуклюжих, раздувшихся гусениц. Под низкими деревянными перекрытиями они казались еще более громоздкими.
– Не беспокойтесь! Мы ни в коем случае не нарушим местной экосистемы, Виктор Михайлович, – напомнил о себе ЭсЭс. – Я уж прослежу за этими сорванцами, чтобы ни дай бог не разбросали фантики от конфет!
Он за кого нас вообще принимал? За первоклашек?
– Фантики от тех «конфет», что я с собой прихватил, он точно не захочет собирать, – шепнул мне Глеб, мерзко оскалившись.
Он что, решил, что я тут ему вместо друга? Вот уж хрен!
Не дождавшись реакции, «оператор» повернулся ко мне спиной и почти моментально захрапел.
Стало тихо. Размеренное дыхание спящих, то и дело простреливающий в тишине храп Глеба, рокочущий гром, что извергал из себя ЭсЭс.
В этой оглушительной какофонии, где каждый звук стремился разорвать тишину, я вдруг уловил нечто чужеродное. Вкрадчивый, почти невозможный шорох, тонкий и острый, как царапина на нервах. Резкое шуршание, похожее на то, как если бы кто-то, скрываясь в тени безлунной ночи, медленно, с пугающей методичностью, водил по стеклу свежесрезанной веткой с еще живыми листьями.
Это точно дерево…
Отчетный день № 1. Долгая прогулка.
– Алавердян! Иванькович!
ЭсЭс выстроил нас, злых и сонных, в шеренгу и нервно расхаживал взад-вперед, выкрикивая фамилии и заложив руки за спину, словно прапорщик на смотре (или зэк на выгуле, как кому больше нравится. Я лично за второй вариант). Ну да, конечно, у кого-то ведь был шанс сбежать этой ночью, ага. С голой задницей по темному лесу, без компаса, связи, карты, мозгов и шанса выжить. Да в этой глуши сто процентов волки обитали! Стаями! И таким «смельчаком» они радостно отужинали бы.
– Лягуша! Пак! Томенчук!
Нет, точно солдафон! Не просто солдафон, эсэсовец, который, казалось, упивался своей временной властью. В каждом его движении, слове чувствовалась эта надменность и жестокость, присущая тем, кто внезапно получил возможность распоряжаться чужими судьбами. И он явно наслаждался своим положением, что было по меньшей мере отвратительно. Эсэсовец ЭсЭс.
Насколько это было смешно даже в моей голове! Я еле сдержался, фыркнув и пытаясь неуклюже выдать это за чих, чтобы не рассмеяться в голос. Похоже на щекотку изнутри, которую невозможно остановить, пока не выплеснешь ее наружу.
– Шмидт! Я что-то смешное сказал?
– Я чихнул, – оставалось только огрызнуться. И что за идиотский вопрос?
– Просто отзовись, когда я называю твою фамилию. Не нужно из себя клоуна строить, – в голосе ЭсЭса снова зазвучали те самые, до боли знакомые, назидательные нотки, от которых меня бросало в нервную дрожь. Потому что раздражало до жути!
– Только не отвечайте, если кто-то позовет вас ночью из леса, – пророкотал бас Михалыча, возникшего у нас за спинами.
Его вид был устрашающим: старик напоминал медведя-шатуна, пробудившегося от зимней спячки в самый неподходящий момент, со вздыбленной шерстью и глазами, полными дикой настороженности. Он обогнул шеренгу и обвел нас тяжелым взглядом, словно оценивая, кто из нас наиболее уязвим для той неведомой силы, что обитает в лесной глуши. Жертву выбирал.
Да, блин! Если я с утра начинаю вспоминать о маньяках, пора записаться на психотерапию, не иначе. Хотя, среди нас определенно был тот, кому сеанс с опытным специалистом намного нужнее – нет, серьезно, у Михалыча что стиль такой: зловещий бомж, несущий всякую дичь, чтобы напугать чужаков? Не сработало, дядя! Мы тут пуганые! Особенно после той дичи, что мне мерещилась перед сном. Это все нервы и усталость.
– Боюсь-боюсь, – гаденько растягивая звуки отозвался Глеб, направив камеру на Михалыча. Старик смерил его неодобрительным взглядом и скрылся в темноте сеней.
– Раз все готовы, – Оксана Эдуардовна выплыла откуда-то из-за избушки, поправляя флисовую куртку. – Направляемся на увлекательные поиски древнего славянского капища! Вперед!
Курага залихватски присвистнула, вскинув руку к сияющему утренним солнцем небу, и бодрым шагом двинулась в строну леса. Вот уж передовик труда! Настоящий локомотив, только вот, кажется, уже на грани списания.
Ребята медленно поплелись за ней, едва передвигая ноги под весом рюкзаков. Я же немного задержался и бросил короткий взгляд на окно, под которым устроился этой ночью. Странно. Со стороны улицы вокруг царила абсолютная пустота – ни единого исполинского сорняка, ни одного жалкого деревца. Лишь выжженный, словно опаленный огнем, участок травы.
– Алекс, пойдем, – Леся, замершая посреди тропинки, проложенной сквозь высоченные сорняки, приветливо улыбнулась и поманила меня за собой.
Да к черту мои ночные глюки! Здесь меня ждет что-то намного интереснее!
* * *
Как только мы ступили под сень вековых деревьев, мир вокруг преобразился. Воздух стал плотнее, прохладнее, наполнился запахом влажной земли, прелой листвы и чего-то еще – терпкого, незнакомого, даже вызывающего легкую тошноту.
Каждый шаг по мягкому, упругому мху казался пружинящим шелестом, нарушающим вековую тишину. Ветки, словно костлявые пальцы, тянулись в разные стороны, переплетаясь над головой, создавая причудливый, полупрозрачный купол. Свет пробивался сквозь густую листву лишь редкими, дрожащими лучами, рисуя на земле призрачные узоры. Казалось, сам лес затаил дыхание, наблюдая за нами. Стволы деревьев, покрытые мхом и лишайниками, напоминали древние колонны, уходящие в бесконечную темноту. Их причудливые формы, изгибы, словно застывшие в вечном движении, рождали в воображении образы мифических существ. В моем воображении – всегда жутких. Химер там всяких. Чупакабр. Стрыг. Последние, кажется, уже что-то из «Ведьмака». Вот сколько раз повторять, что я не глубинный знаток фольклора?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.