Лина Филимонова – Две полоски после вечеринки (страница 8)
– Где? – делаю непонимающее лицо.
– Везде.
– Нашел? – я все еще прикидываюсь дурочкой.
– Нашел.
Он внимательно вглядывается в мое лицо.
– Все в порядке?
– Ага.
– А где Платон?
– Где-то здесь. Только что его видела. А ты уже вернулся? – задаю самый дурацкий из вопросов.
С одной стороны, я благодарна брату. Потому что именно в тот момент мне очень хотелось все прекратить. Но я не знаю… Я не уверена, что Платон бы меня услышал и понял. Он казался таким невменяемым!
А с другой стороны… Если бы не Ваня. может, все бы наладилось. Мне бы снова стало горячо и хорошо. И мы бы…
Уф.
Наверное, я все же еще не готова.
А Платона нигде не видно.
Куда он подевался? Остался в домике и… занимается этим сам с собой?
* * *
Гости требуют моего внимания. Я всем улыбаюсь, принимаю поздравления, обнимаюсь и фотографируюсь. Это же мой день рождения.
Здесь много детей друзей моих родителей, я их всех знаю с детства. И все либо старше, либо младше меня. Вот Ване повезло: друзья родителей нарожали целую кучу его одногодков. Им всем сейчас по двадцать три.
А моего ровесника нет ни одного!
– Вашей маме зять не нужен? – раздается рядом.
– Ты где раздобыл этот древний подкат? В телепередаче “Кому за пятьдесят”?
– Ксюш, я стебусь.
Это Димка, младший сын дяди Паши, которого в байкерской тусовке зовут Кабаном.
Ему семнадцать. И я вдруг вспоминаю все, что мне буквально вчера рассказывал об этом возрасте Ваня.
– Платье у тебя такое… Я просто в ахуе. То есть это… в шоке. Короче… пойдем, потанцуем?
Еще один озабоченный! Да… после рассказа Вани я немного иначе смотрю на парней.
И тут сильная рука оттаскивает Димку за шкирку. И раздается совсем взрослый бас:
– Малой, иди пососи чупа-чупс. А насчет платья полностью поддерживаю. Пушка бомба петарда.
Это Димкин старший брат Саша, по кличке Слон.
– Спасибо.
– Потанцуем?
– Слушай… Мне надо с подругой пообщаться.
Отмазываюсь от него. Благо, рядом появляется Регина.
– А где Платон? – спрашивает она.
Я пожимаю плечами.
– Что случилось?
– Ничего…
Чистая правда. Ничего не случилось. Хотя могло. Очень даже могло…
– Зачем ты позвала Катьку Ерофееву? – задает подруга вопрос.
Как будто сама не знает!
– А что мне оставалось?
Катька, как и Регина, из тех девчонок, с кем я дружила с первого класса. Наши мамы водили нас вместе в художественную школу, папы – на айкидо. Мы бывали друг у друга в гостях и нередко устраивали веселые ночевки. Мы поступили в один универ. Мы всегда приглашали друг друга на дни рождения. И я была на днюхе у Катьки пару месяцев назад.
Но тогда она еще не лезла к моему парню на колени!
В общем, я пригласила всех, как обычно. И ее не позвать не могла. Это было бы слишком демонстративно. Все бы сразу поняли, что я ревную.
А я не хочу…
– Сучка она, – выдает Регина. – Кстати, что-то ее не видно.
– Да все разбрелись, кто куда…
* * *
Платон входит в зал, когда я уже начинаю волноваться.
– Привет, – он улыбается мне той самой улыбкой, которая неизменно заставляет мое сердце биться чаще. – Ты как?
– Нормально, – я улыбаюсь в ответ.
– Ксюш, извини, что я так…
Я смущенно отвожу взгляд.
– Ты не обиделась?
– На что?
– Я был слишком настойчив. И, может, даже груб.
– Ты был… страстным.
– Тебе не понравилось?
– Сначала да. Потом… как будто не очень…
– Я слишком разогнался, да?
Я киваю.
– Прости, малыш. Просто я так хочу тебя. Мне так трудно себя контролировать, когда ты рядом. Ты же просто… ты чистый секс! Особенно в этом платье.
Да уж. Папа был прав. Надо было надеть паранджу.
Но Платон… Он такой хороший… Такой заботливый, трогательно виноватый и понимающий....
Что я уже жалею, что сбежала.