Лина Джонс – Загадка Серебряного Змея (страница 27)

– А теперь твоя очередь. Справишься?

Как оказалось, обширные познания Артура на узлы не распространяются, и мне пришлось с помощью уже развязанной верёвки учить его, как завязывается, а главное – как развязывается констриктор.

В замке снова повернулся ключ. Мы оба замерли. Мои руки были ещё недоразвязаны, а вот верёвка Артура валялась за полу рядом со мной.

– Руки за спину! – торопливо проговорила я.

Теперь, когда узлы ослабли, держать руки в правильном положении, было ещё мучительнее. Я посмотрела на Артура. Он бросился на пол, скорчившись в том же полуэмбриональном положении с заведёнными за спину руками, в каком был вначале. Верёвка же его осталась валяться на полу на самом виду.

В помещение снова вошли наши похитители. Оба были в масках, и это не позволяло увидеть не только их выражение лица, но и сами лица. Женщина осталась стоять на страже у двери, а мужчина зашагал к нам. Я торопливо заелозила по полу, двигаясь к брошенной верёвке – как была, сидя, маленькими рывками, задерживая дыхание и отчаянно надеясь, что он ничего не заметит. К тому времени, как он оказался рядом со мной, я уже сидела на верёвке, надёжно прикрыв её собой. Он посмотрел на меня, потом на Артура – и вернулся к своей спутнице.

– Вы знаете, почему тут оказались? – спросила она. Из-под маски голос её звучал глухо.

– Вы работаете на Рэтбоуна? – спросила я.

– Догадалась, значит?

– Это же очевидно, – пожала плечами я.

– Поэтому нам надо временно убрать вас с дороги, – заявила она. – А уже потом решим, что с вами делать.

Они вышли и опять заперли нас на замок. Хотя в нашей тюрьме было холодно, по мне катил пот. Взглянув вниз, я обнаружила, что конец верёвки всё-таки торчит.

– Чуть не попались, – сказала я Артуру.

– Я был уверен, что они заметят, что руки развязаны.

– Можешь доразвязать меня?

– Попробую.

Не знаю, сколько прошло времени, но пока он возился, пытаясь развязать узел у меня на запястьях, он только всё сильнее его затягивал.

– Брось, – наконец сказала я. – По-моему, становится только хуже.

– Прости. Узлы и правда совершенно не моё.

– Да ладно.

Я стала разбираться со своим узлом сама, а Артур тем временем потягивался и разминал мышцы. Наконец последний рывок – и верёвка у меня на запястьях ослабла. Я застонала от облегчения, что снова могу шевелить руками и плечами. Верёвку я сразу спрятала в карман.

– А ты действительно спец по развязыванию узлов, – ухмыльнулся Артур.

– А то. Это один из моих многочисленных талантов. – Я тоже улыбнулась, давая понять, что просто шучу, а не хвастаюсь всерьёз.

– Как думаешь, что они собираются с нами сделать? – тихо спросил он.

Я ответила не сразу. Он нуждался в ободрении, да мне и самой не хотелось воскрешать в памяти предыдущий опыт. Несмотря на навыки в боевых искусствах, мне становилось не по себе от воспоминаний, как Максвелл хотел убить меня и моих друзей. И как Уоллес Джонс пытался утопить меня в подземном озере.

– Не знаю, – наконец произнесла я. – Но если бы они хотели нас убить, то, верно, уже убили бы.

– И что, по-твоему, нам теперь делать?

– Для начала поискать, не найдётся ли свидетельств того, что Шейлу тоже держали тут.

– Шейлу?!

– Наверняка это те же самые люди, что похитили и её. Так что только логично предположить, что это обычное помещение для заложников перед тем, как их перевезут куда-то дальше.

– Заложников… – вздрогнув, повторил Артур.

– Вообще-то, мне кажется, что сейчас нам очень повезло, – заявила я, заставляя себя встать вопреки протестам верхней половины туловища.

Он потрясённо уставился на меня:

– И что во всём этом ты называешь везением?

Я пожала плечами – и поразилась, какой болью отозвалось в костях это движение.

– Мы попали в нужное место. К тому же всякий раз, как меня похищают, это означает, что расследование движется в правильном направлении.

Артур засмеялся:

– Агата, только ты способна говорить о том, что тебя похищают, как о везении!

Я принялась исследовать пол в поисках следов других узников.

– Пойми меня правильно. Попадать в плен всегда неприятно. Но знать, что мы потрясли чью-то клетку достаточно сильно, чтобы её обитатель вылез и пустился за нами в погоню, – это хорошо. Если нам повезло – мы настолько вывели Рэтбоуна из душевного равновесия, что он может совершить какую-нибудь глупость.

Осмотрев помещение в целом, я стала обходить его маленькими кругами, чтобы не пропустить ни одного сектора. Из-за зарешеченных окон в амбаре царил полумрак. Вот бы сейчас иметь Артуров налобный фонарик!

Впрочем, как оказалось, свет мне был и не нужен. На грубом бетоне всего в паре метров от меня отчётливо выделялся белый прямоугольник. Подойдя ближе, я увидела, что он прикреплён к чёрной ленте, на которой белыми буквами напечатано «Национальная галерея». Ни латексных перчаток, ни пакетиков для вещественных доказательств у меня с собой не было, и я, присев, взяла бейджик через подол платья, чтобы не касаться рукой.

Ко мне подошёл Артур:

– Что это у тебя?

Я показала ему бейджик с фотографией Шейлы и её должностью «Старший куратор».

– Вот это да! Она и в самом деле была здесь!

– Она была здесь, – повторила я.

В этот миг в замке опять заворочался ключ. Я запихнула бейджик и ленту в карман пальто и завела несчастные болящие руки за спину. Артур тоже успел принять прежнее положение на полу.

Наши похитители вошли в амбар и прикрыли за собой дверь. Я подумала, что вряд ли справлюсь с ними двумя без помощи Артура. На этот раз к нам подошла женщина. Остановившись так, чтобы видеть нас обоих, она сказала:

– Это предупреждение. Если продолжите расследование, то не только вы, но и ваши семьи окажутся в большой опасности. – Она молча разглядывала меня, но и я тоже смогла рассмотреть её во всех подробностях.

Я посмотрела на её сообщника. Он тоже держался с военной выправкой.

– А почему вы оба ушли из армии? – спросила я.

Несмотря на хорошую подготовку, она себя выдала – плечи у неё слегка вздрогнули. Совсем крошечное, незаметное движение – но его хватило, чтобы я убедилась: интуиция меня не обманывает. Она не только служила в армии, но и не хочет, чтобы пленники это про неё знали (или вообще хоть что-то знали).

– Я уже сказала: продолжите расследование – навлечёте опасность на ваши семьи, – повторила она. На этот раз в голосе её явственно слышалась злоба. – В твоём случае, Агата Фрикс, в опасности окажется… – Она вытащила из нагрудного кармана записную книжку и прочла: – Руфус Фрикс, главный садовник Гайд-парка.

– Хорошо, – я понурилась словно в испуге, но не удержалась от последнего укола, способного вывести её из душевного равновесия: назвала её имя: – Хорошо, Сэлс.

– Агата… – прошипел Артур. Он всё ещё лежал на полу.

Я ступила на тонкий лёд: зайду слишком далеко – она выместит злость на мне.

Сэлс шагнула в мою сторону.

– Не надо! – тревожно окликнул её сообщник.

– Она знает моё имя! Она слишком много о нас знает!..

– Она блефует, – заявил мужчина.

– Он прав, она блефует, – подтвердил Артур.

Я метнула на него сердитый взгляд.

Сэлс развернулась и удивительно плавным движением схватилась за его шею. На его лице отразились страх и оторопь.

– Это правда? – спросила она у меня. – Ты блефуешь?