Лина Джонс – Загадка Серебряного Змея (страница 21)

– Просто наитие.

– Ну, наитие так наитие. – Он наскоро записал что-то у себя в телефоне. – Просто для памяти, пометку сделал…

– И ещё кое-что, – сказала я. – Про те две картины из кабинета Шейлы…

Он кивнул:

– И что с ними?

– Ну, одна сотрудница подтвердила, что Шейла вешала репродукции на стенку, когда готовилась к выставкам. Сейчас она планировала выставку поп-арта, вот и повесила там картинки по теме. Но потом две заменила на другие – как раз на те, про которые я думаю, что это подделки. Наверное, Шейла тоже как-то это выяснила. – Вытащив мобильник, я показала Артуру фотографии решётки из её ноутбука. – Вроде всё сходится, как по-твоему?

Он приподнял бровь:

– Я торможу, да? Каким образом квадратики с символами доказывают, что Шейла волновалась насчёт подлинности картин?

– Прости… забыла объяснить! В этой решётке самое главное – иероглифы. Я считаю, это ключ к разным картинам. Например, цветочек символизирует «Подсолнухи»…

– …а перечёркнутая улитка означает «моллюскам вход воспрещён», – подхватил Артур.

– Да, тебя не так просто убедить – но ты всё-таки послушай. А что, если это символ коллажа Матисса, а то, что он перечёркнут, означает, что коллаж оказался подлинником?

– Вполне возможно, – наконец произнёс Артур. А потом замялся – точно никак не мог решить, сказать что-то или промолчать. – Слушай, меня кое-что беспокоит.

– Что?

– «Подсолнухи». Ну, вот ты же сказала, что они выглядят по-другому, а теперь, похоже, Шейла тоже считает, что с ними что-то не так.

– И на них стоит невидимая «В».

Он нахмурился:

– Невидимая «В»?

Я кивнула:

– Да. На них и на «Жёлтом доме» – такая вычурная заглавная «В», нарисованная невидимыми чернилами.

– Как, чёрт возьми, ты это выяснила?!

– Это не я, а Брианна – она водила по всему вокруг моим ультрафиолетовым фонариком.

– Вот это да… Ну, как бы там ни было, Лиана – одна из сотрудниц, с которыми я разговаривал, – сказала, что лорд Рэтбоун пожелал полюбоваться «Подсолнухами» перед открытием выставки в частном порядке. И вот теперь мне интересно – почему?

Настала моя очередь вытаращить глаза:

– Что, правда?! Артур, я же тебе не говорила – именно Рэтбоун организовал реставрацию «Женитьбы» в музее Соуна.

– Да ну?! Вот это совпадение! То есть у него был доступ к «Подсолнухам», и он проявлял особый интерес к «Женитьбе». И ещё кое-что… смотри, что я нашёл. Это было засунуто за «Подсолнухи», в день нашего знакомства.

Он вложил мне в руку что-то маленькое. Я разогнула пальцы и посмотрела на предмет у меня на ладони. Запонка. Золотая, с выгравированным белым грифоном.

– Это фамильный герб Рэтбоунов, – пояснил Артур.

Я пригляделась к мифическому существу.

– Смотри, на нём что-то вроде шарфа. – Порывшись в рюкзаке, я вытащила лупу. Под увеличительным стеклом «шарф» оказался… – Да это же змея! – Сердце у меня пустилось вскачь от волнения. – Змей!

– Правда?! – Артур выхватил у меня запонку. Я протянула ему лупу, и он, немного поизучав изображение, изумлённо уставился на меня. – Ты права!

– Артур, – почти шёпотом спросила я, – а вдруг лорд Рэтбоун и есть Серебряный Змей?

Взять хотя бы место, где Артур нашёл запонку. Валяйся она просто на полу – это бы ничего не значило. Но за картиной… Она никак не могла туда попасть, если лорд Рэтбоун не вешал картину сам или – учитывая его властное высокомерие, это куда вероятнее – не указывал кому-то другому, как правильно вешать. Я так и представила, как он путается у всех под ногами, пребывая в святой уверенности, что без него никуда.

– Что ж ты мне раньше-то не показал?!

– Не думал, что это важно. Собирался просто отдать дежурному на входе, но забыл. А теперь ты мне говоришь, что «Жёлтый дом» подделка и неизвестно, не подделка ли и «Подсолнухи», раз их репродукция попала на стенку к Шейле…

– В голове не укладывается, – пробормотала я. – Лорд Рэтбоун…

– А я думал, ты его терпеть не можешь.

– Я и не могу – но и поверить, что он замешан в подделке и воровстве картин, не могу тоже. – Я вздохнула. – Ладно, давай всё доложим профессору и послушаем, что она об этом скажет.

Мы двинулись вперёд, и тут из-за угла навстречу нам показалась знакомая фигура с забранными в аккуратный хвост тёмными волосами.

– София! – окликнула я.

– Привет, Агата!

Она подошла к нам и словно хотела что-то сказать, но потом передумала.

– Так и застряла тут? – спросила я.

– Ага. Опять здесь, как и вчера. Штабная работа, сбор и обработка информации. – Она понизила голос. – Скука смертная.

– А как же твоё расследование?

– Ой, у нас так не хватает людей, что мы все по очереди занимаемся бумажной волокитой. А на полевой работе сейчас мой партнёр, а после обеда мы поменяемся. Дождаться не могу! Не создана я для сидячей работы!

– Профессор Д’Оливейра у себя? – спросила я.

– Должна быть. Вчера у неё было отвратительное настроение – хорошо, что вам хватило ума держаться подальше.

У кабинета профессора мы с Софией простились. Наше начальство сразу же отозвалось на стук, и мы вошли в кабинет.

– Ну наконец-то! – воскликнула она, переводя взгляд с Артура на меня и обратно. – Вы помните, что доктор Макдоналд ждёт результата уже завтра? – Она посмотрела на часы. – Ведь уже середина утра последнего дня расследования!

– Мы бы пришли к вам с докладом вчера, но вы были заняты, – сказала я.

Профессор нахмурилась:

– В какое время вы заходили?

Я замялась:

– Во второй половине дня… Но нам сказали, что у вас проблемы с поставками…

– О! – она осеклась и нахмурилась. – Вы слышали про это глупое недоразумение? Да, я потратила уйму времени, пока всё не уладила. – Она жестом пригласила нас садиться, и мы сели бок о бок напротив неё. – Так что у вас с исчезновением куратора в Национальной галерее?

– Мы говорили с дежурными в залах и администратором и посмотрели записи с камер наблюдения, – сообщила я. – Похоже, Шейла Смит ушла в пятницу, как обычно, – в пять тридцать.

– Она вернулась в район Вестбурн-парк, где живёт, – продолжал Артур. – Это подтвердил хозяин местного магазина.

– Хорошо, – кивнула профессор. – А в квартиру она вошла?

– Вот тут след теряется, – ответила я. – Её не было в шесть тридцать, когда привозили продукты, и в доме нет никаких следов её прихода. И её покупок в холодильнике не обнаружилось.

– Но мы нашли вот что. – Артур положил на стол пред профессором флешку в полиэтиленовом пакетике.

– Флешка? Где вы её взяли? – Профессор стала натягивать латексные перчатки, чтобы достать флешку.

– Она была спрятана в вазе в гостиной, – сказал Артур.

– Сначала мы подумали, что это флешка мисс Смит, – добавила я, – какое-то тайное послание. Но когда мы вставили её в ноутбук, выяснилось, что это угроза нам…

Пока я рассказывала, профессор Д’Оливейра вставила флешку в свой компьютер, и все замерли в ожидании.

– Ничего нет, – наконец произнесла профессор, вопросительно глядя на нас.