Лина Джонс – Тайна привратников (страница 9)

– Значит, это не ты сделала?

Она с удивлением посмотрела на меня.

– Я? Я не умею складывать оригами.

– Дай-ка мне посмотреть. – Мы обе повернулись и обнаружили мистера Чжана, который умеет двигаться совершенно бесшумно. Я протянула ему цветок.

– Очень сложное оригами, – сказал он.

– Как вы думаете, кто его тут оставил? – озадаченно спросила я.

– Ты нашла его тут? – Учитель на миг задумался, и мне показалось, будто на его лице появилась тень беспокойства. – На нём что-нибудь написано?

– Только внутри. – Я снова принялась разглядывать цветок и вдруг заметила крохотный символ, нарисованный чернилами на одном из лепестков. – Ой, тут что-то есть – это по-китайски?

Баи взяла цветок у меня из рук:

– Это символ воды.

– Тогда принеси миску с водой, – распорядился её дедушка с нехарактерным для него нетерпением в голосе. Но я решила, что сейчас не лучшее время цитировать его же собственные поговорки про терпение.

Баи наполнила фарфоровую миску водой из-под крана и поставила на стойку. Мистер Чжан кивком велел мне положить туда цветок, но я замешкалась. А вдруг чернила расплывутся и я не смогу прочитать скрытое внутри послание? Однако учитель ждал, поэтому я вдохнула поглубже и бережно опустила закрытый бутон на воду.

Мы все не сводили с него глаз. Поначалу ничего не происходило. А потом один лепесток медленно развернулся. За ним, после короткой паузы – второй, потом третий, потом следующие, – и тугой бутон на глазах превратился в прекрасный цветок. В ресторане играла классическая музыка, и пробуждение цветка казалось неотъемлемой частью симфонии. Я вспомнила документальные фильмы, снятые интервальным методом, когда кадры делаются с большими промежутками времени: тогда побег вылезает из земли, а цветок расцветает словно бы в мгновение ока.

На плоской сердцевине цветка были выведены какие-то слова – такими крошечными буковками, словно их писали феи, обмакнув в чернила перо крапивника. А сверху, над посланием, виднелся рисунок: ключ, символ Гильдии Привратников. У меня задрожали руки. Наверное, это начало испытаний! Первый из трёх экзаменов… А я не готова! И ты ещё называешь себя детективом, Агата Фрикс?

Мы втроём склонились над миской. Я прочитала вслух: «Приходи ко мне в гости в нидерландские сады».

А снизу, всё такими же меленькими буковками – вереница какой-то бессмыслицы, которую я даже не попыталась прочитать вслух:

Хлоп-бах-вжих му-дзынь-гав-упс-бах-бряк бряк-ой-вау-фух-плямс-бах-фью-му-псст му-бряк, эй-му-бряк плямс-плюх-гав-эй-фью-плюх-бряк-плямс-пссст. Бах-вжих мяу-бах-уф-цок упс-уф-хрусть-вжих, бом-уф-бом фью кап-бряк-эй-вжих-хлоп-гав ррры-му-бряк кап-дзынь-бряк-фью – мяу-бряк-тьфу-плюх-бряк. Му-уф-бом ой-тук-плюх-бряк-цып-бряк-му цып-плямс-вжих, эй-му-бряк фух хлоп-бряк-кряк-гав плямс-бом-уф-мяу-уф-му-псст.

– Что это? – спросила Баи. Я лишь пожала плечами. Но у меня по спине побежали мурашки. Зашифрованное сообщение! Наконец-то возможность проверить в деле, на что я гожусь как дешифратор!

– Код? – спросил мистер Чжан. Я кивнула. – Давай-ка принесём девочке ещё чаю и дадим спокойно поработать.

Я уселась на высокий табурет за стойкой бара, положила рядом пенал, открыла блокнот на чистой странице. До начала работы ресторана оставалось ещё часа два, поэтому мистер Чжан с внучкой оставили меня одну. Я переключилась и полностью сосредоточилась на задаче. Думаю, это состояние можно сравнить с тем, что в гипнотерапии называют «войти в транс».

Я просмотрела послание. Судя по всему, код представлял собой простейший шифр, в котором каждое из коротких бессмысленных словечек соответствовало определённой букве алфавита. Хорошо, что в шифровке сохранялись знаки препинания и разбивка на слова, это очень облегчало задачу. Мне почти сразу удалось догадаться, что «фью» обозначает букву «и» – поскольку однобуквенное слово, стоящее между двумя другими словами и не после запятой, скорее всего, ничем другим быть не могло.

Следом я занялась короткими словами из двух и трёх букв. Трёхбуквенное «бом-уф-бом» с совпадающими первой и последней буквами могло означать «как» или «или», но букву «и» я уже знала, и её тут не было, а значит, это было «как». Я получила буквы «а» и «к».

Трёхбуквенное «эй-му-бряк», встречавшееся в тексте два раза и оба – после запятой, почти наверняка значило «что» – и дало мне ещё две буквы.

Одна за другой остальные буквы тоже вставали на место, и на листке предо мной начали проявляться слова. Каждая новая отгаданная буква тянула за собой следующие догадки и открытия. Это как заполнять пробелы в игре «Виселица».

В законченном виде послание читалось так:

«Мне трудно объяснить то, что случилось. Не знаю даже, как и почему это произошло. Так было – вот всё, что я могу сказать»[4].

Я сразу же узнала первую фразу из «В сумраке зеркала» Агаты Кристи. Это короткий рассказ из сборника «Последние дела мисс Марпл». Мама читала мне его вслух, когда я была маленькой. Мне всегда нравились книги, рассчитанные на более старший возраст. Но какое отношение этот рассказ имеет к делу сейчас? Я снова посмотрела на первую часть загадки. «Приходи ко мне в гости в нидерландские сады». Почему эта фраза вызывает у меня какие-то смутные ассоциации? Ну конечно же! Я же видела синюю табличку Английского Наследия, посвящённую Агате Кристи, на том доме, в котором она когда-то жила, по адресу Шеффилд-террас, 58 – в Холланд– парке!

Я отправилась на поиски Баи и мистера Чжана и нашла их за столиком в ресторане. Они склонились над какой-то карточной игрой.

Баи застенчиво посмотрела на меня.

– Мне сейчас, конечно, надо быть на кухне, но мы с дедушкой поспорили.

– О чём?

– Если я выиграю, он мне разрешит в субботу вечером взять машину.

– Удачи!

Мистер Чжан оторвал взгляд от карт.

– Она не выиграет, – спокойно заверил он. А потом внимательно посмотрел на меня. – Уже уходишь?

– Да. Спасибо за всё.

– Поняла, что тебе нужно?

– Ага.

Он улыбнулся и подмигнул мне. (На самом деле подмигнул! Он не перестаёт меня поражать!) Я зашагала к выходу.

Мне надо было доехать по Центральной линии метро от станции «Оксфорд-Серкус» до «Ноттинг-Хилл-Гейт».

Путеводитель говорит, что оттуда девять минут ходьбы до Шеффилд-террас. Я дошла за семь с половиной.

Номер пятьдесят восемь оказался белым четырёхэтажным домом. Ко входу вели ступеньки. При мысли о том, что тут жила Агата Кристи, меня охватила дрожь. Не в силах удержаться, я остановилась на мостовой перед домом, закрыла глаза и переключилась. Теперь я видела, как по чёрной лестнице спускаются две горничные с ворохом грязного белья и ночными горшками. Сама Агата сидит в кабинете в глубине дома с видом на сад. Перед ней пишущая машинка «Ремингтон», на которой она привыкла работать. Вот сейчас Агата обдумывает преступление, жертвой которого станет какой-нибудь очередной простак.

Вернувшись в настоящее, я сосредоточилась на испытании. Все здания по эту сторону улицы были обнесены высокой стеной, а синяя табличка висела высоко, примерно на уровне окна второго этажа. А значит, с тротуара толком разглядеть её я не могла.

Однако выходящая на улицу дверь была открыта. На пороге дома стоял прилично одетый мужчина: тёмный костюм, белая рубашка, аккуратная стрижка, лакированные туфли – лакей?

– Простите, можно мне подойти поближе? – окликнула я его.

Он улыбнулся и кивнул, а я прошла под аркой и подобралась к синей табличке как можно ближе – но от самого дома видно было ровно то же, что и с тротуара. Самая обычная синяя табличка, ничего странного, нового или подрисованного.

Я так сосредоточенно разглядывала табличку, что напрочь позабыла о человеке, которого приняла за лакея. И аж подскочила, когда он обратился ко мне:

– Что-то конкретное ищете?

Я улыбнулась:

– Простите… Я просто большая поклонница…

– Мисс Фрикс? – уточнил он. Я остолбенела.

– Э-э, да…

– Можете сказать мне название?

Я нахмурилась было, но тут поняла.

– «В сумраке зеркала».

Он кивнул и вытащил из внутреннего кармана пиджака конвертик.

– Благодарю вас, – сказала я.

– Ваша мать была потрясающей женщиной, – пробормотал он.

– Вы знали мою маму?

Но он лишь снова кивнул мне и зашагал прочь по улице. Никакой не лакей, а… агент Привратников. Агент, знавший мою маму!

Я посмотрела на зажатый в дрожащей руке конверт. Неподписанный – пустой белый прямоугольник из толстой дорогой бумаги. До смерти хотелось скорее открыть его, но не у всех же на виду! Я с сожалением засунула его в рюкзак и направилась домой, обдумывая короткую встречу. Этот человек знал мою маму! Как жаль, что я не бросилась за ним бегом вместо того, чтобы стоять столбом, сжимая в руке конверт.

Едва переступив порог нашего коттеджа, я достала конверт из рюкзака и надорвала его. Внутри оказался маленький квадратный листок с одной-единственной буквой «А». Я прикинула в голове возможные варианты. «А» может означать… да столько всего! Само собой, Агата – Кристи и Фрикс. А ещё – агент, и алиби, и аномалия…

Не было никакого смысла даже пытаться разгадать эту подсказку, пока я не получу дополнительную информацию. Наверняка это лишь часть послания, которое станет понятным, когда я пройду два остальных испытания. Первое я закончила успешно – расшифровала код и получила букву «А». Я продвигаюсь! Я скоро стану полноправным Привратником!