Лина Джонс – Тайна привратников (страница 34)
Он снова просиял и наклонился ко мне:
– Я очень хорошо умею убеждать. У меня – дар.
Я продолжала сыпать вопросами.
– Скажите… а как вам удалось устроить, чтобы дату фейерверков перенесли с ноября на сегодня? Тем более ещё на воскресенье!
– А-а-а! – Он постучал себя по носу. – Хорошо иметь друзей на самом высшем уровне.
– Что… как… Сам лорд-мэр?!
Он покачал головой и улыбнулся:
– А вот про это, знаешь ли, я тебе сказать не могу.
– А про маму мою рассказать можете?
Он изумлённо уставился на меня:
– Про Клару? Что ты хочешь знать?
Я пожала плечами:
– Вы её хорошо знали?
– Твоя мама была совершеннейшим уникумом. Для такой нежной с виду малютки – удивительно стойкой. И очень, очень смышлёной!
– Что вы имеете в виду?
– Любые шифры и головоломки решала за секунды. Быстрее самых опытных дешифровщиков. Они её просто ненавидели! – Он засмеялся. – Даже придумали для неё специальное имя, то есть… – Он глубоко задумался.
– Прозвище? – подсказала я.
– Да-да. Щелкунчик-Всезнайка. Понимаешь, это такая шутка. Их раздражало, что она щёлкала любые коды как орешки, и они полагали, что она считает себя самой умной.
– Вы тоже так думали?
Он снова удивился:
– Отнюдь. Да я других таких скромниц, как она, в жизни не встречал. Вечно недооценивала свои таланты. Собственно, именно скромность её и погубила…
Поймав на себе мой взгляд, он резко умолк.
Мне показалось, что моё сердце сжали в ледяной кулак.
– Вы знаете, как она умерла? Расскажите!
Он покосился на стоявшего в проходе Байрона, который зловещей тенью нависал надо мной.
– Ты уверен, что она надёжно связана? Мне кажется, верёвки можно затянуть потуже.
Байрон нагнулся ко мне и исполнил приказ Уоллеса. Я заскрипела зубами от боли.
– Надёжно-надёжно, – заверил он. – Я умею вязать узлы.
– Ничуть не сомневаюсь, – рассеянно согласился Джонс. – Мы, наверное, уже подъезжаем.
Мне очень не хотелось, чтобы мы и в самом деле «уже подъезжали». Очень не хотелось достичь следующего этапа путешествия и выяснить, какие у Джонса планы на мой счёт. Не хотелось, чтобы меня убили или бросили в какую-нибудь чёрную яму, откуда нет спасения. И ещё не хотелось упустить шанс узнать, что же на самом деле случилось с мамой.
– Ну расскажите же! – воскликнула я. – Что случилось с мамой?!
Это был мой последний шанс. Поезд начал потихоньку замедлять ход. Сердце моё, напротив, понеслось вскачь. В обычное время я бы с удовольствием проехалась на частном поезде. Наслаждалась бы быстрой ездой, размытыми очертаниями за окном. Считала бы, что мне повезло. Сегодня же пустые вагоны вокруг лишь напоминали мне о моём одиночестве. На несколько мгновений я поддалась этому ощущению, вдруг снова вспомнив, что никто не знает, где я.
Мобильник! А вдруг тут есть сеть? Вот только как мне до него дотянуться со связанными руками? Глянув себе под ноги, я с разочарованием осознала, что мой рюкзак остался далеко, в пещере. Ну вот, значит, всё. Оставалось только надеяться, что на самом деле Уоллесу Джонсу вовсе незачем меня убивать – если мне повезёт, он предпочтёт бросить меня где-нибудь связанной, пока сам с сообщниками пустится наутёк.
Я возобновила расспросы:
– Кстати, почему вам пришлось перенести фейерверки с ноября на сентябрь? Вы что, не могли подождать и ограбить банк позже?
Водянистые глаза Джонса снова сфокусировались на мне.
– В Англии меняются кое-какие финансовые законы, – расплывчато отозвался он. – Надо успеть вывести золото из страны, пока не вступили в силу новые поправки.
– То есть… вы преступили закон, чтобы не преступать закона?
Лицо Уоллеса Джонса залилось пугающим багрянцем. Я тут же пожалела, что спровоцировала его. Мистер Чжан не учил меня, как защищаться, когда у тебя связаны руки и ноги. Если удастся выжить сегодня, непременно попрошу научить. И заодно – как уворачиваться от пуль. Может, он мне и какие-нибудь супергеройские способности подарит?
Джонс так яростно и сердито зашипел, что в лицо мне полетели мелкие брызги слюны:
– Мне бы не пришлось нарушать никаких законов, если бы руководство Гильдии не держало бы всех остальных в нищете!
Я окинула взглядом его одежду. Невозможно посещать школу для богатых детей и не научиться отличать дорогие шмотки от дешёвых. Костюм на Уоллесе стоил по меньшей мере тысячу фунтов, а ботинки – добрых пятьсот. Мистера Джонса явно не назовёшь бедным. Я подумала о папе, о его старом, уродливом и колючем костюме – а ведь папа никогда не жалуется, что у него так мало денег на себя. По щеке у меня покатилась слеза: я вдруг осознала, что, если я пропаду здесь, он никогда не узнает, что стало с его единственным ребёнком.
Мы прибыли на станцию «Британский музей». Золото распихали по ящикам, погрузили в кузов грузовичка и повезли к тайному доку. Глядя, как золотые слитки покидают поезд, я ощущала, как с каждым из них уменьшаются мои шансы остаться в живых. Уоллес Джонс вышел из вагона. Байрон снова закинул меня на плечо и бодро затрусил к доку, обогнав своего босса.
– Ладно уж тебе выпендриваться, Байрон, – бросил Джонс. – У тебя – мускулы, зато мозги-то у меня.
Байрон лишь хмыкнул в ответ. У меня создалось впечатление, что он не слишком-то высокого мнения об Уоллесе. Будь у меня побольше времени, возможно, мне удалось бы перетянуть его на свою сторону – но мы уже почти добрались до пристани, время стремительно подходило к концу.
– Мистер Байрон, – всё же попробовала я. Он хмыкнул, что я восприняла как обнадёживающий знак. – Не очень-то уважительно он с вами обходится, а? В смысле, мистер Джонс. – Очередное хмыканье. – Почему бы вам не отплатить ему той же монетой? Золото уже похищено, всё идёт по плану… – Никакого ответа. – Конечно, мистер Джонс наверняка был полезен благодаря своим связям, но неужели он и теперь вам нужен?
– Ты когда-нибудь затыкаешься? – скучным голосом спросил Байрон.
– Не часто, – призналась я.
– Попробуй хоть сейчас, тогда, может, я подольше оставлю тебя в живых.
Я решила последовать его совету.
13. Ледяная ванна
На причале, когда двери были заперты, а двое Привратников выставлены охранять пещеру, Байрон снова развязал меня. Я потёрла красные запястья.
– Только попробуй убежать, – предостерёг он.
Мы стояли, сбившись в кучу за грузовиком с золотом, и ждали. Джонс разговаривал с кем-то по рации. Через пару минут вода перед нами взметнулась вверх, и из глубины вынырнула белая подводная лодка. Несмотря на всю бедственность моего положения, я невольно ощутила восторженный трепет. Многие ли могут похвастаться тем, что видели, как подводная лодка всплывает на поверхность? Она напоминала маленький частный самолёт, только без крыльев. Наверху, словно плавник, торчал высокий кусок металла. Не лимузин, конечно, но всё равно классно.
– Что скажете о нашем транспорте, мисс Фрикс? – спросил Джонс. Вид у него был ещё самодовольнее, чем прежде, хотя дальше, казалось, уже некуда.
Я замялась. Лесть не помогла мне освободиться, поэтому я решила попробовать открытую конфронтацию.
– Малость заржавело. – Я показала на коричневое пятно на борту подводной лодки. – Вы уверены, что не протекает?
Джонс посмотрел на меня и нахмурился, а потом повернулся к Байрону:
– Почему она развязана?
Байрон пожал плечами:
– А что толку держать её связанной тут, ей всё равно некуда бежать.
– Свяжи обратно, понял?
Байрон снова пожал плечами и начал вытягивать из кармана верёвку. Одним глазом поглядывая на него, я следила, как грузовик едет к подводной лодке. За рулём сидела рыжеволосая женщина. В пещере, где всё было серым и чёрным, её волосы сверкали, точно маяк.
Клешни установленного в кузове грузовика подъёмного крана ухватили первый ящик со слитками и потянули его наверх.
Мне вдруг пришла в голову идея, как можно замедлить этот процесс. Когда Байрон шагнул ко мне, я рванулась с места, обогнула его и подлетела к подъёмному крану ровно в тот миг, когда он качнулся, начиная опускать ящик на подводную лодку. Из люка на крыше лодки тем временем вылез человек и протянул руки, готовясь принять груз. Под потрясённые вопли грабителей я одним ловким прыжком взлетела к рыжеволосой женщине-водителю и дёрнула рычаг, которым освобождают захват на грузе. Ящик с золотом выпал из клешней подъёмного крана, ударился о корпус подводной лодки и свалился в воду, забрызгав всех, кто стоял рядом.