Лина Джонс – Тайна привратников (страница 31)
Открыв глаза, я ещё несколько минут чувствовала мамино тепло. Камень в груди уменьшился до крохотного камешка. Я всё поняла. Мама разрешила мне бросить расследования – хотя бы временно – и просто быть самой собой. Но она права: мне всегда необходимы ответы – точно так же, как необходим кислород, чтобы дышать.
Я вернулась на автобусе к Мраморной Арке и прошла через парк в коттедж. Уже начало темнеть, но папа ещё не вернулся. Я набрала себе ванну с пеной и залезла в неё с томиком «Пуаро ведёт следствие». В компании детектива-бельгийца мне всегда становится легче.
Телефон я включила, только вернувшись в спальню и натянув пижаму. На экране появилось сообщение от Лиама:
Я написала в ответ:
Я снова отключила телефон и легла в кровать, уставившись в небо через потолочное окно. Неужели всего две ночи назад я увидела в нём конверт от Гильдии Привратников? Две ночи назад, когда я всё ещё мечтала стать Привратницей и выяснить, что случилось с мамой!
Вскоре папа вернулся домой. Он выглядел немного рассеянным. Мне тоже не хотелось разговаривать. Мы поели перед телевизором, и я вернулась к себе, где снова улеглась на кровать, поглощённая своими мыслями.
Я так и заснула, гадая, что было бы, останься я в рядах Привратников, не пропади мамины архивы и не загуби я всё с самого начала.
11. Наперегонки со временем
В воскресенье утром я проснулась несчастнее некуда. Часы показывали восемь утра – я проспала больше тринадцати часов. Телефон пискнул, уведомляя о сообщении от Брианны, но я решила, что прочту его попозже. Настроения идти смотреть фейерверки по-прежнему не было. Я села и засунула ноги в шлёпанцы.
– Мяу! – Оливер поднялся на ноги в кресле возле моей кровати. А я даже не заметила, что он тут.
– Привет, малыш. Ну что, пойдём вниз и поищем, что у нас есть на завтрак? Может, найдём дохлую мышку? Или твоё любимое блюдо – подбитую птичку?
Когда Оливер был помладше, он постоянно ловил маленьких птичек и грызунов и тащил их домой в подарок маме. Она всё испробовала, чтобы отучить его от таких проявлений любви, но тщетно. Теперь он повзрослел и стал не таким кровожадным. Нельзя сказать, чтобы я скучала по его старым привычкам.
Я натянула халат, и мы отправились вниз, на кухню. Через окно мне было видно папу – он копался в нашем личном садике, пропалывал клумбы и подвязывал цветущие растения. Как закончит, примется подрезать живую изгородь и косить лужайку. Папа не умеет сидеть без дела.
Когда я покормила Оливера и стала замешивать тесто на блинчики, телефон запищал, сообщая о новой эсэмэске. Я взглянула на экран. Это от Лиама:
Неужели он готов ради меня пропустить большой салют? Я написала в ответ:
Он отозвался немедленно:
Я не удержалась от смеха. Никто не умеет смешить меня так, как Лиам. Я напечатала в ответ:
Я снова взялась за готовку. Поставила на плиту сразу две сковородки, и вскоре на тарелке образовалась стопка горячих блинчиков. Я налила себе молока, прихватила кленовый сироп и перенесла всё в гостиную. Пора припасть к моему любимому сериалу. Лучшее противоядие от всех моих несчастий – драматичный сериал о цепочке невероятных событий, не поддающихся рациональному объяснению.
Когда этот сериал закончился, я включила новый, про зомби. Хорошо, что папа ещё возился на улице, – не думаю, что он одобрил бы мой выбор.
Около двух часов дня он сунул голову в гостиную:
– Чего это ты сидишь дома в такой чудесный день?
– Просто немножко устала.
– Всё в порядке?
– В полном. – Я выдавила из себя улыбку. – Просто нежусь с Оливером.
– И всё же выйди сегодня воздухом подышать, ладно?
– Ладно.
Но я так и продолжала валяться на диване. Оливер мурлыкал у меня на коленях. Я рассказывала ему про персонажей, кто они такие и почему ссорятся или дерутся. Котик был в полном восторге от общества и внимания. Ну хоть кто-то из нас счастлив.
Часов в пять папа снова вернулся. Мне было слышно, как он наполняет на кухне чайник и хлопает дверцами буфета на кухне. Через некоторое время он появился в дверях с дымящейся чашкой чая и пачкой диетического печенья. При виде меня, свернувшейся под пледом в обнимку с котом, он так и замер.
– Агата, ты же с места не сошла. Что случилось?
Я пожала плечами. Он сел рядом со мной на диване, обнял и притянул к себе. От него пахло землёй и немножко потом. Такой привычный папин запах, до странности успокаивающий.
– Что происходит? Ты что, не слышала телефон?
– Телефон?
– Домашний, не мобильник. Я только что проверил, там полно сообщений от Лиама и Брианны, просят тебя позвонить. Ты с ними не ссорилась?
Я покачала головой:
– Наверняка они звонили насчёт салюта.
– Ну, разумеется. Разве ты не идёшь? – Папа обеспокоенно всматривался в моё лицо. – Я думал, ты ждёшь не дождёшься фейерверков.
– Немного устала сегодня. Решила пропустить.
– Это всё из-за Корнуолла?
Я усмехнулась и поспешила заверить папу, что Корнуолл тут ни при чём.
Он несколько секунд внимательно разглядывал меня.
– Что ж, дай знать ребятам, что с тобой всё в порядке, ладно? Не хочу, чтобы они в панике объявились у нас на пороге.
– Хорошо, пап.
– Тебе принести чего-нибудь?
– Нет, спасибо.
– Брианна очень просила тебя ответить на эсэмэс.
Мобильник лежал в кармане моего халата. Включив его, я увидела умопомрачительное количество уведомлений – часть от Лиама, часть от Брианны.
Я открыла сообщения от Брианны.
Следующее послание состояло всего из трёх знаков:
Третье было более информативным:
И последнее:
Наверное, первым делом стоило позвонить Брианне, но в голове у меня уже начал складываться пазл. Я бережно сняла Оливера с колен и усадила на диван.
– Агата, что происходит? – обеспокоенно спросил папа.
– Надо кое-что выяснить, – бросила я и помчалась на кухню. Там схватила карандаш и конверт из груды непроверенных писем (надо напомнить папе оплатить счета) и уселась за стол, записывая по порядку разные и, возможно, не связанные друг с другом соображения.
1. Линия «Ватерлоо-Сити» работает ежедневно, кроме воскресений. Сегодня воскресенье.
2. Ещё сегодня фейерверки лорд-мэра.
3. Сотрудника Британского музея, скорее всего, убили потому, что он обнаружил тайный проход к заброшенной станции метро.
4. Заброшенная станция «Британский музей» соединяется рельсами с ближайшей станцией «Банк», прямо у Банка Англии.
5. На станции «Британский музей» устроен склад взрывчатых химикатов.
6. Линия «Ватерлоо-Сити» начинается рядом с Банком Англии и заканчивается к югу от реки, близ найденного нами с Брианной дока контрабандистов.
Я откинулась на спинку стула, начиная понимать, что к чему.
Вот же она, связь! Кто-то планирует ограбление. При помощи термита они взорвут подвалы банка, а потом выберутся через линию «Ватерлоо-Сити» и подземный порт. В день салюта никто не обратит внимания на звуки взрывов. И поскольку сегодня воскресенье, грабители смогут воспользоваться веткой «Ватерлоо-Сити», где не будет других поездов.
Я помчалась к себе в комнату – нельзя было терять ни минуты. Наскоро пролистала послания от Лиама – все до одного про фейерверки, – и отправила им с Брианной одно и то же сообщение:
Я окинула взглядом вешалку с одеждой. Сейчас надо выбрать что-нибудь попрактичнее, например тёмно-синие джинсы и тёмно-синий джемпер с капюшоном. Вытряхнув на кровать содержимое рюкзака, я задумалась, что мне понадобится. И вдруг замерла. До меня наконец дошло: ключа Гильдии у меня больше нет. Как же мне расстроить заговор, если я не сумею попасть в тоннели? Разве что…
В прошлый раз я попала в музей через тоннели. А на этот раз могу сделать ровно наоборот – попасть в тоннели через ту жуткую дыру за бойлером. Я посмотрела на часы. Британский музей закрывается в половине пятого, сейчас уже без двадцати шесть. Значит, придётся проникнуть туда под прикрытием. Я вытащила фартук, который обычно носят уборщицы, такого отвратительного фиолетово-коричневого оттенка, сунула его в рюкзак вместе с бейджиком и налобным фонариком.
Папа сидела в гостиной.