Лина Деева – Попаданка в Академии элементалей 2 (страница 19)

В таком случае одна надежда: что никому не придёт в голову этим поинтересоваться.

— Расскажите, — я на всякий случай понизила голос, — а как вообще проходит церемония? Я ведь не помню прошлый раз.

— Ничего сверхсложного, — тоже вполголоса ответил Редвир. — Вы входите в Зал Оракула, где уже присутствуют члены попечительского совета, господин ректор, деканы факультетов и я, как ваш куратор.

— А Черныша взять можно? — не совсем вежливо перебила я, и Редвир отрицательно качнул головой:

— Вы должны пройти испытание полностью самостоятельно, поэтому вашему фамильяру придётся остаться в Академии. Так вот, приближаетесь к оракулу, кладёте на него ладони и ждёте вердикта. Могут быть разные, м-м, ощущения, но ничего пугающего в них нет. В зависимости от цвета оракула и глубины распространения свечения присутствующие определяют вашу стихию и дают ей оценку. Когда церемония происходит при приёме в Академию, эту оценку переводят в проценты и соотносят с результатами вступительных испытаний. Но в вашем случае нужно лишь принципиальное подтверждение: вы не лишились дара, и после восстановления его будет достаточно для учёбы.

— А если восстановление продлится месяцы? — Ещё один мой страх.

— У господина Нортона есть решение для такого случая, — заверил Редвир. — Правда, он не вдавался в подробности, но я ему доверяю. Главное, получить оценку от оракула, чтобы замолчали те, кому хочется навести смуту в совете.

— Барон де Виткерс? — вспомнила я названное лекарем имя.

— Вы об этом слышали? — удивился Редвир.

— Его упомянула госпожа Торн, — призналась я. — Кто он, кстати, такой? И почему хочет выгнать меня из Академии?

Редвир слегка поморщился:

— Просто неприятный тип. Вы ему по большому счёту неинтересны — всё это затеяно ради того, чтобы насолить господину ректору. А по возможности даже сместить его с должности.

Ничего себе! Неужели у такой скалы, как Нортон, могут быть враги?

— Не очень-то приятно быть разменной монетой в чужих играх, — пробормотала я, и Редвир накрыл наши сплетённые пальцы свободной ладонью.

— Понимаю вас. Но поделать с этим, к сожалению, ничего нельзя.

Вздох. Кратчайшее объятие. И вот он уже стоял рядом с койкой, а я смотрела снизу вверх и отчаянно моргала, прогоняя некстати набежавшую на глаза влагу.

Упали последние песчинки в часах, и одновременно с открывшейся дверью прозвучало:

— Доброй ночи, Арс. Ни о чём не тревожьтесь и спите крепко.

— Очень хорошее пожелание, — наставительно прокомментировала вошедшая госпожа Торн. — Тем более завтра вас ждёт ранний подъём.

— Я постараюсь.

Плюнув на конспирацию, я смотрела только на Редвира. Как цветок ловит последний луч заходящего солнца, поймала его прощальную улыбку и вновь осталась в компании госпожи Торн и Черныша.

— Лекарства и отдых, — строго напомнила лекарь, и я послушно кивнула.

Но пока она отмеряла дозу микстур и эликсиров, никак не могла оторвать от двери тоскливый взгляд.

Это будет одна из самых длинных ночей в моей жизни. Причём не только из-за завтрашнего испытания.

Не знаю, сколько я спала: по воспоминаниям, всё время пролежала, пялясь в стену напротив. Однако госпоже Торн пришлось меня будить, да и в целом самочувствие было не таким ужасным, как после бессонной ночи.

— Завтрак и лекарства, Арс.

Я понимала, что надо съесть хотя бы немного, однако на этот раз организм категорически отказался принять даже мятный напиток. Потому и спаржевый суп, и воздушную булочку лекарю пришлось забрать почти нетронутыми. И хотя выражать вслух по этому поводу недовольство госпожа Торн не стала, головой она покачала без одобрения.

А потом мне принесли платье, зимний плащ и ботинки. Пришлось побороться с многочисленными крючками и пуговицами (от волнения пальцы плохо слушались), волосы же я и вовсе собрала в простейший пучок. Как по мне, внешний вид получился вполне приличным, однако у зашедшей за мной госпожи Торн было иное мнение. Она окинула меня критическим взглядом, молча закатила глаза, и вокруг вдруг взметнулся магический вихрь. Он опал раньше, чем я успела досчитать до трёх, однако после него каждый крючок оказался застёгнут нужным образом, каждая лишняя складка расправлена, а причёска уложена, словно парикмахером.

— Прилежно учитесь на бытовой магии, — наставительно сказала лекарь, и я, покраснев, отозвалась:

— Х-хорошо. Спасибо вам.

Госпожа Торн лишь рукой махнула и распорядилась:

— Идёмте, Арс. Ваша справка готова. Не стесняйтесь тыкать в неё всех, кому вздумается взвалить на вас больше, чем можете вынести.

— Обязательно, — невольно улыбнувшись, пообещала я.

Взяла на руки Черныша и вышла следом за лекарем из таких знакомых и надёжных стен больничной палаты.

Глава 26

Как и обещал, в светлом холле лечебницы меня ждал Редвир.

— Доброе утро. Готовы?

Я кривовато улыбнулась в ответ.

— Доброе. Наверное.

— Постарайтесь не переутомиться, Арс, — строго напутствовала госпожа Торн. — И не нервничайте так. Нервное возбуждение замедляет восстановительные процессы.

— Постараюсь, — это был самый честный ответ, какой я могла дать.

Распрощавшись с лекарем, мы вышли на крыльцо, в пасмурно-серый зимний день.

— Сначала отнесём Черныша в фамильяриум, — сказал Редвир, когда мы спустились со ступенек, — а потом через магополитен отправимся в столицу. Там уже должен ждать экипаж, который отвезёт нас в Главный храм.

При воспоминании о своём первом и пока единственном путешествии через магический портал магополитена я передёрнула плечами.

— Теперь всё будет хорошо, — успокоил меня Редвир, вновь удивив своей чуткостью. — Идёмте, я уже вижу госпожу Флави.

И мы быстрым шагом двинулись к ожидавшей нас на перекрёстке парковых аллей руководительнице фамильяриума.

— Здравствуйте, Арс. Как выше самочувствие?

— Здравствуйте, — отчего-то было сложно уложить в голове, что вся Академия (преподаватели уж точно) в курсе со мной случившегося. — Самочувствие хорошее.

— Рада слышать, — улыбнулась госпожа Флави. И в отличие от ректорского, по её тону этому действительно можно было поверить. — Ну что, малыш, — обратилась она к лий-си, — подождёшь хозяйку здесь?

Фамильяр повернул ко мне мордочку и посмотрел так умоляюще, что камень разжалобить можно.

— Прости, Черныш, — я почесала его за ушком, — но тебе правда нельзя со мной.

И, буквально от сердца отрывая, отдала зверька.

Черныш печально чирикнул.

— Ну-ну, — погладила его госпожа Флави, — не огорчайся. Скоро вы снова увидитесь.

«Надеюсь», — вздохнула я. Поймала проницательный взгляд руководительницы фамильяриума и через силу улыбнулась.

— Удачи, Арс, — по-доброму пожелала госпожа Флави. — Уверена, у вас всё получится.

И с этим напутствием мы с Редвиром направились в сторону магополитена.

Я понимала, что это сродни вьетнамским флешбэкам, но от мирного вида зала с колонной перехода у меня взмокла спина.

— Давайте руку, — сказал Редвир, и я с огромным облегчением вложила пальцы в его надёжную ладонь.

А когда в колонне открылся портал в туманное нечто, колебалась не больше трёх секунд, прежде чем добровольно туда шагнуть.

Круговерть без верха и низа, приступ паники из-за потери координации, ударивший по глазам свет.

И громкий голос, знакомо и торжественно объявивший:

— Ферсон, столица Оренверна!

— Вот мы и на месте, — мягко произнёс Редвир, помогая мне сойти с низкой платформы, на которой стояла колонна. — Всё в порядке?

— Д-да.