Лина Деева – Подменная невеста графа Мелихова (страница 3)
Я прочистила горло. Так, пора соскакивать с этой истории.
— Но Марфа Ивановна… Меня ведь узнают, поймут, что я не Лиза. На венчании.
— Покуда в фате будешь, никто тебя не узнает, — отмахнулась Кабаниха. — Ростом и фигурой вы с Лизкой схожи, волосы убором закроем, лицо набелим да насурьмим — не по моде, ну да и ладно. С Божьей помощью продержимся, пока Лизку не воротят.
— Но… — Это был полный бред, совершенно идиотская афера, которая просто не могла закончиться успехом!
Барыня поднялась со стула и вперила в меня тяжёлый взгляд.
— Смотри, Катька. Не будешь стараться, навлечёшь позор на нашу семью — со свету сживу. Уж ты меня знаешь.
Выдав эту угрозу, Кабаниха взяла подсвечник и слоновьей поступью вышла из комнаты. Щёлкнул замок, и я осталась одна.
В темноте и полнейшем шоке.
***
«Надо валить».
Да, но как? Куда? Где я вообще? Сплю? В коме? Умерла?
Ладно, пусть всё вокруг реально, но что это за место? Очень похоже на девятнадцатый век и Российскую империю, однако точно сказать пока ничего нельзя.
«Хорошо хотя бы, что все на русском говорят».
Да, языковой барьер мне вроде бы не грозил, однако ситуацию это упрощало самую малость. Потому как я понятия не имела, что и кого встречу, даже просто выйдя из этой комнаты. Как тут сбежишь?
«И денег нет. И понимания, как здесь всё устроено. И вообще, я до сих пор стою в темноте у умывального столика в мокром платье. Так и заболеть, кстати, недолго».
Последняя мысль была не просто здравой — она озвучивала проблему, которую я могла решить прямо сейчас. Вот только…
«Свет. Мне нужен свет».
Увы, огарок благополучно покоился в тазике с водой, да и спичек, чтобы его зажечь, у меня не было. Значит, приходилось либо действовать на ощупь, либо попросить ещё свечу. Например, у мужичка, которого оставили стеречь Катю.
«Попробую».
Я подошла к двери (очень удобно, что мебели был самый минимум — не налетела ни на что) и, собравшись с духом, постучала.
«Блин, позвать же ещё надо, а я имени не знаю».
К счастью, мужичок всё понял и без зова. Скрежетнул замок, и я совой заморгала от света свечи, которую держал стоявший на пороге «охранитель».
— Звали, барышня?
— Д-да. — Как бы выяснить его имя? — У меня свечка погасла.
Мужичок понятливо кивнул и протянул свою:
— На-ка, держите. А я ещё за одной схожу.
— Спасибо, Демьян! — вырвалось у меня с чувством.
Тут же захотелось прикусить язык: что за имя я ляпнула? Однако судя по реакции мужичка (точнее, её отсутствию), у меня получилось угадать верно.
— Да не за что, барышня. Будет ещё что нужно — зовите.
Он закрыл дверь, и я, стараясь не обращать внимания на звук вновь запираемого замка, твёрдым шагом донесла свечку до окна и водрузила на подоконник.
Переодеться, забраться в постель и хорошенько всё обдумать. Этот план был более, чем выполним.
Глава 5
Я потратила добрых десять минут, чтобы разобраться с крючками и пуговицами платья. Зато не только сменила его на ночную сорочку, но и согрелась.
«Капля мёда в бочке дёгтя», — невесело переиначила я известное выражение и забралась в кровать. Жёсткостью матраса и тонкостью шерстяного одеяла она напомнила мне студенческие годы в общежитии, и я, здраво рассудив, встала, достала из шкафа длинный стёганый халат и надела его поверх сорочки. Повторно улеглась в постель, закуталась в одеяло и крепко задумалась.
Завтрашний день начнётся «весело». Если Лизу не найдут (а я была почти на сто процентов уверена, что так и будет), меня станут наряжать невестой. Затем повезут в церковь на венчание. Там всё, разумеется, откроется и…
И что дальше? Скандал? Кабаниха попытается соскочить, обвинит во всём меня, и фиг я что докажу.
Ладно, в тюрьму, надеюсь, за такое не сажают. Репутации, правда, трындец, но я сильно сомневалась, что для бедной приживалки Кати это был принципиальный момент.
В общем, завтра будет треш, его надо пережить и одновременно «смекать», как любила говорить бабушка. Помалкивать, хлопать ресницами и запоминать любую информацию, которую на меня могут вывалить.
А как только появится возможность, по-тихому исчезнуть отсюда на фиг.
«Я сейчас в комнате Кати, — размышляла я. — Значит, утром, при нормальном свете надо тщательно осмотреть её вещи. Может, найду какой-нибудь дневник. Может, деньги, документы. Может, письма. Нехорошо, конечно, копаться в чужих вещах, только вариантов-то у меня нет».
Конечно, ничего не мешало заняться всем этим сейчас — свечу я до сих пор не погасила. Но на меня вдруг накатила совершенно неподъёмная усталость, и если думать она не мешала, то шевелить хотя бы мускулом страсть как не хотелось.
«Эх, мне бы какую-нибудь газету раздобыть, — вздыхала я. — Чтобы хоть дату увидеть, хоть понять — это и вправду прошлое или просто место, очень похожее на девятнадцатый век».
Но читала ли Кабаниха газеты? Насколько вообще здесь была глубокая провинция — может, сюда и прессу не завозили?
«Она сказала, что Мелихов — герой войны. Какой? Крымской? А ещё какие-нибудь войны были в то время? Мда, то чувство, когда ты знаешь историю исключительно в рамках школьной программы».
С другой стороны, классиков же я читала? Тоже неплохое подспорье: вон, «Евгений Онегин» — энциклопедия русской жизни, например. По крайней мере, считается ею.
«Блин, это же от меня захотят, чтобы я по-французски разговаривала? И танцевать всякие забубённые танцы умела, и на музыкальных инструментах играла. Причём на клавишных, а не три блатных аккорда на гитаре».
Хотя кто захочет? Кабаниха? Граф? Неизвестные люди, с которыми мне предстоит столкнуться в дальнейшем?
Много ли вообще должна уметь приживалка своевольной барыни?
«В общем, план тот же. Не болтать, строить из себя дурочку и держать в уме цель: свалить отсюда как можно скорее. Пусть Кабаниха сама разгребает историю с побегом дочки».
Я широко зевнула и повернулась на другой бок.
А если честно, самый крутой вариант будет: проснуться завтра дома, или у Татки, или даже в больнице. В родном и привычном мире, где никакой левой тётке не придёт в голову надавать мне пощёчин, а затем приказать играть роль невесты.
«Вот бы так получилось!» — с тоской вздохнула я. Подумала, что хорошо бы задуть свечу, но лишь укрылась одеялом с головой, закрыла глаза и почти сразу провалилась в темноту сна без сновидений.
***
Увы и ах, утром я проснулась всё в той же аскетично обставленной комнате. Причём разбудил меня холод: несмотря на халат и одеяло, я порядком продрогла.
«И ведь это ещё не зима», — вздохнула я и тут же села от пришедшей в голову мысли.
Точно не зима? И вообще, светает же. Можно разглядеть, что творится снаружи.
Подбадриваемая любопытством, я накинула одеяло как плащ, сунула ноги в стоявшие у кровати домашние туфли и подошла к окну. Оставленная на ночь свеча превратилась в застывший комок воска, и в сердце толкнулось не моё предчувствие: Кабаниха браниться будет. Мол, не берегу чужое добро.
«Мелочная тётка», — припечатала я и выглянула на улицу через не самое прозрачное оконное стекло.
Нет, меня не ждали «поутру побелевший двор, куртины, кровли и забор». Точнее, ждали, но во вполне осеннем антураже. Причём осень, судя по зелёной листве деревьев, которую едва-едва оттеняли жёлтые мазки, была ранней. А так я увидела пока ещё пустынный двор, тёмные хозяйственные постройки, высокую изгородь, а за ней — луга и нивы, зелень и сжатое золото. Над ними ещё держалась кисея лёгкой дымки — солнце только-только готовилось показаться над горизонтом. Поддавшись порыву, я распахнула окно, и в комнату ворвался чистый прохладный воздух, пахнувший влагой, травой и дымом.
«В кухне затопили», — мелькнула мысль, не знаю, моя или нет.
Где-то во дворе заливисто пропел петух. Стукнула дверь — имение просыпалось, и я поспешила отпрянуть от окна.
Времени не так много, надо заняться осмотром вещей.
Я подошла к шкафу, распахнула его и только окинула содержимое хозяйским оком, как чуть не подпрыгнула от раздавшегося стука в дверь.
Глава 6
«Кто там?»