Лина Деева – Обманный брак с генералом-драконом (страница 36)

Глава 68

— Леди Кассия.

Разумеется, лорд уже был готов к встрече. Всматриваясь в его лицо, я находила, что черты приобрели большую резкость, однако никаких иных перемен не замечала.

И это был добрый знак.

А вот не менее внимательно изучавший меня лорд Ригхард вдруг свёл брови на переносице.

— Почему на вас нет амулета?

— Он сломался, — беспечно ответила я. — Разве сержант Карно не поделился?

Лорд поджал губы.

— В общих чертах. Он сообщил, что вы в полном порядке и что подробности мне лучше узнать у вас.

Поскромничал сержант. Не захотел рисовать себя героем-спасителем. Потому, наверное, и карьерный взлёт ему не грозит — если, конечно, авантюра лорда Ригхарда не увенчается успехом.

А она увенчается.

Я поняла, что сжала кулаки, и поспешила расслабить пальцы. Легко улыбнулась лорду и самым светским тоном начала:

— Вчера в окно библиотеки, где я читала «Завет», вломился наёмник. Очень похоже на покушение на вас, только шумнее и без помощников в доме.

— Человек? — резко уточнил лорд, и я кивнула.

— От моей магии его защищал специальный амулет, кинжал тоже был зачарован. Наверное, поэтому у меня получилось разобрать личный отпечаток лежавших на нём заклятий — слишком много их было.

— Не ведьмак, — уверенно произнёс лорд Ригхард.

— Нет, — подтвердила я. — И не Ковен.

Наши взгляды встретились.

— Император, — уронил лорд. — Чтобы никто не подумал на него.

Я согласно склонила голову, а затем с любопытством спросила:

— Как вы поняли? Давно подозревали?

— Подозревал наравне с остальными вариантами, — признался лорд. — А убедился вчера ночью, когда император пришёл сюда.

— Он лично разговаривал с вами?! — Почему же Карно об этом не доложили?

— Да. — Лорд Ригхард криво усмехнулся. — Это ведь его замок, а значит, не представляет сложности открыть проход куда угодно.

Получается, нас могут подслушивать? Я с тревогой посмотрела на собеседника, и тот молча развёл руками.

Кто знает?

Что же, учту.

— И о чём император с вами разговаривал?

— Он, — лорд Ригхард устремил ничего не выражающий взгляд мимо меня, — пытался надломить мой дух. Намекал на вашу злую гибель. Однако, — эта усмешка блеснула драконьим оскалом, — я хорошо знал, что ещё девять месяцев подобное невозможно. И потому император ушёл ни с чем.

Воображение отчётливо нарисовало мне этот разговор: осуждённый против осудившего здесь, в кромешной, давящей мгле подземелья. Остро захотелось обнять лорда Ригхарда — он выстоял, не позволил надломить себя. Но я лишь плотнее запахнулась в плащ и тихо произнесла:

— Получается, император уверен в том, что вы не дадите казнить себя просто так.

— Да, — подтвердил лорд. — И, что немаловажно, опасается этого поединка. Иначе не стал бы пытаться достать меня через Истинную.

Ах да, в глазах драконьего общества мы до сих пор Истинные! Тем лучше для моего плана.

— Тогда вы просто обязаны одержать победу, лорд Ригхард. — Я шагнула к нему и положила ладонь на широкую грудь прямо напротив сердца. — Оправдайте страхи Морхарона. И помните: тому, кто помогает себе сам, помогают боги.

Лорд нахмурился. Накрыл мою ладонь своей, и упорно пытающаяся сломить меня тяжесть стала легче.

— Что вы затеяли, леди Кассия?

Я улыбнулась ему тончайшей из улыбок.

— Всего лишь буду молиться за вас, лорд Ригхард. Как за своего супруга и отца нашего ребёнка.

Изумление во взгляде лорда густо мешалась с недоверием.

— Вы решились на такое?

Теперь в моей улыбке была укоризна: кто же говорит о подобном вслух?

— Ах вы… Ведьма!

Меня вдруг крепко прижали к груди. Наши лица оказались ближе, чем дыхание, однако я успела прижать палец к губам лорда.

— Сначала победа, муж мой.

И тогда лорд Ригхард расхохотался: как же странно, должно быть, прозвучал этот смех в глубинах безжалостного камня!

— Настоящая ведьма. Хорошо, леди Кассия. Я положу поверженного врага к вашим ногам, и тогда… — Взгляд его опалил таким пламенем, что сердце совершило невозможный кульбит. — Тогда я сделаю всё, чтобы искупить… несдержанность моей второй ипостаси.

Мне сделалось жарко, так жарко, будто я уже горела под его прикосновениями. И жар этот неуклонно плавил холодивший внутренности страх прошлой боли.

— Договорились, муж мой. Вы получите второй шанс.

— Ведьма! — в третий раз повторил лорд Ригхард, и я спрятала лукавую улыбку у него на груди.

Нет, я ни за что не признаюсь ему прямо в своей уязвимости. Но ведь есть множество способов выразить чувства не в лоб, верно?

Глава 69

За ним пришли в полдень.

Пускай в глубину подземелий Каменной утробы никогда не заглядывало солнце, врождённое чувство времени не давало Ригхарду потеряться в вечной тьме.

— С вашего позволения, лорд маршал. Пора.

Он оценил: и заметную неловкость, и почтительное обращение, сказанное, несмотря на то, что ещё вчера императорская воля лишила его всех регалий и званий.

Но у солдат было иное мнение, и пускай они никогда не пошли бы на мятеж (такова уж драконья природа), запретить его выражать им не могли.

— Едем на площадь Правосудия? — больше для порядка уточнил Ригхард и услышал:

— Да, лорд маршал, только… Только вам придётся пройти пешком. И в оковах.

Ригхард равнодушно повёл плечами.

— Да, я понимаю. Выполняйте приказ.

Тогда солдаты надели на него ритуальные каменные кандалы — ужасно тяжёлые и стесняющие движения. Однако Ригхард всё равно сумел нести их так, словно это была жалкая бутафория, а не древний артефакт.

В конце концов, он был готов к этому.

Более того, он был даже готов к улюлюканью и глумлению толпы, подзуживаемой наёмными подстрекателями. Морхарон должен был отыграться по полной — за все те годы, что Ригхард завоёвывал ему победы, а себе — авторитет и уважение в народе и армии.

Однако зеваки — целое море зевак, затопившее улицы, — хранили угрюмое молчание, в котором попросту тонули единичные возгласы наймитов. Под серым пасмурным небом Ригхард спокойно и твёрдо шёл через притихший город в окружении солдат, и только неестественно прямая спина выдавала его невозможное напряжение.

Вот и площадь, полная таких же притихших зрителей. Два помоста: на одном восседал император, на втором стояла плаха. Рядом — палач в закрывающем лицо клобуке, а у самого края помоста…

Ригхард сжал зубы до булыжников желваков.

Кассия. Вся в белом, красно-рыжие распущенные волосы окутывают тонкую фигурку янтарным плащом.

«Кто позволил?!»

Нелепый вопрос. Правильнее было спросить, кто бы ей запретил? Ей, вооружённой формальным званием Истинной и браслетом императора?

Взгляды Ригхарда и Кассии встретились, и он мог бы поклясться, что ведьма улыбнулась.

«Я буду молиться за вас. Как за своего супруга и отца нашего будущего ребёнка».

Ригхард и сам спрятал усмешку: это станет самой крупной его авантюрой за всю жизнь. Но главное, чтобы не последней.

Пять деревянных ступеней. Королевский глашатай прочистил горло.

— Ригхард, бывший маршал империи Даркейн, бывший лорд-протектор Полуночных земель и Инеистого архипелага! Вы признаны виновным в укрывательстве важных для империи сведений и покровительстве бунтовщикам протектората Виккейн. За это справедливый суд императора Морхарона осудил вас на казнь через усекновение головы. Ваши земли и прочее имущество, за исключением положенной вдове доли, отойдут под руку императора. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит! Однако…

Глашатаю не хватило воздуха, и он сделал невольную паузу.

—…Однако по закону Первопредка вам положено последнее слово вызова. Решайте.

Он замолчал, теперь уже окончательно. И над всей площадью повисла такая тишина, что пряжка упадёт — звон покажется громом.

Ригхард неторопливо повернулся к императорскому помосту. Выдержал тянущую за душу паузу и отчётливо произнёс:

— Властвует сильнейший — таков Завет. Морхарон, император Даркейна! Докажи свою силу или погибни в безвестности! Ибо таков Завет: властвует сильнейший.

По толпе прокатился единый выдох — на время краткой речи Ригхарда зрители дружно затаили дыхание.

А император величественно поднялся с трона, окинул площадь долгим взглядом и, остановив его на Ригхарде, сказал:

— Я не сомневался, что вы выберете, маршал. Как и вы, полагаю, не сомневались: я приму бой.

Пурпурная императорская мантия мягко соскользнула на помост, и одновременно с ней с грохотом упали сковывавшие Ригхарда кандалы.

— До смерти! — бросил император и взмыл в воздух сверкающей адамантовой стрелой.

И одновременно с ним на крыло поднялся Ригхард.

Каждый высший дракон — идеальное оружие. Когти его рассекают любую броню, шипы пронзают любую плоть, острые зубы рвут в клочья любого противника, а огонь выжигает врага дотла. Но когда сталь встречается со сталью, а адамант с адамантом, решающую роль играют опыт и удача.

Морхарон неспроста восседал на троне — он сражался, как опытный и сильный полководец, и уже дважды Ригхард буквально чудом уходил из-под смертельного удара. Густые тучи скрывали противника, усложняя бой, однако Ригхард не спешил подниматься туда, где сияло обжигающе холодное солнце, а воздух не насыщал лёгкие.

Он не был уверен, что устоит в битве «лоб в лоб».

Зато, прячась в серой мгле и во все глаза всматриваясь в хмарь, он мог неожиданно нападать и так же неожиданно исчезать, и сочившиеся кровью раны на боку Морхарона были тому подтверждением. К несчастью, сам Ригхард тоже не избежал ловушки и теперь ощутимо заваливался на левое крыло.

Следующая стычка, вполне возможно, станет последней. Надо быть внимательным, очень-очень внимательным.