Лина Алфеева – Цветана полная любовь лорда Арана (страница 3)

Однако намного интереснее был предстоящий эксперимент. Назвать как-то иначе задуманное Аран не мог. Не было никаких гарантий, что древний ритуал Драконара сработает как надо в этом мире. Аран даже не знал, получится ли его провести, потому что раньше он не использовался для связи дракона и эльфа.

И всё-таки ему придется рискнуть. Иначе его побратимы вообще не смогут приблизиться ни к столице, ни к главной академии магии Зангара, ни к одному святилищу.

Вблизи сильных магических источников их магия становилась и непредсказуемой, и разрушительной. Только ему, Арану, удалось взять проклятье под контроль. Лагар и Талион превратились в две ходячие зажигательные бомбы. Их просто нельзя было подпускать к другим драконам.

Друзья уже предлагали отпустить их в Пустошь, чтобы они могли славно погибнуть в бою и принести пользу всему Альгару. Но Аран был не готов использовать этот способ. Сначала он хотел убедиться, что иного пути нет.

Для этого он нашел практически лишённое магии место и переместился в него вместе с друзьями. Стае объявил, что у него святое паломничество ради осознания, к чему же ему вести их народ. Звучало бредово, но кто бы возмутился. Для всех в Зангаре слово вожака было законом.

И вот вдалеке и от драконьих гнезд, практически в полном уединении Аран изучал немногочисленные книги, которые взял с собой из Драконара.

Младший жрец природы, он не был вожаком, когда летел через межмировой портал. Всего лишь доверенное крыло истинного вожака, которому поручили роль маяка для других драконов. Аран должен был выбрать место для поселения, пробудить огонь земли и, наметив святилище, вернуться в Драконар, чтобы провести через портал других изумрудных драконов.

Но день, который должен был даровать всем драконам надежду, превратился в кошмар. Межмировой переход захлопнулся, высосав жизни больше половины переселенцев, а выжившие на долгие годы утратили связь с родным миром.

И лучше бы они ее не восстанавливали.

Аран был уверен, что его и Ларга с Талионом прокляли, когда они смогли приоткрыть дверцу в Драконар. Теперь их попытка связаться с родиной и выяснить хоть что-нибудь об оставленных там сородичах могла погубить и их, и тех, кому не посчастливится оказаться рядом.

Но Аран не сдался.

Изучив младшие расы этого мира, он пришел к выводу, что только эльфы близки к драконам природы энергетически.

— А я все равно думаю, что надо было звать орков, — упрямо гнул свое Талион. — Заключили бы союз, пригласили бы несколько шаманов…

— Шаманок. Могу специально для тебя добыть самую активную.

Глава 2

Талион с таким красноречивым возмущением посмотрел на вожака, что Аран понял: кое-что от субординации в его друге осталось. Он даже не выругался, когда услышал, что ему в пару могут выдать шаманку. Или же субординация была ни при чем, а Талион всего лишь выдавал чудеса самоконтроля.

— Итак, подытожим: я открываю портал, мы проверяем девушек…

— Как это проверим? — переполошился Ларг. — Ты же уже и так больше пятидесяти забраковал.

Верно. Все эльфийки прошли особый отбор. Аран собрал их анкеты и табели успеваемости, запросил слепки ауры и даже провел личные собеседования. И выбрал двух идеальных, которые подошли бы его друзьям. А Алдрак просто взял и навязал ему третью девушку!

Какую-то Сарэль.

Аран не жаловался на память и точно знал, что среди эльфиек, получивших достойное образование и являющихся при этом младшими дочерьми, такого имени не значилось. Так что старый друг либо пытался подсунуть ему недоучку, либо подложить свинью. В том смысле, что к нему явится дева чистая, но чья невинность дорогого стоила.

А жениться Аран не собирался.

Ни на эльфийке, ни на ком-то другом.  

В академии Эльгара была всего лишь одна арка портала, действующая на дальние расстояния. Переходы попроще, перебрасывающие между землей и парящими островами, могли помочь сократить путь до Драконьего приюта или вывести на главную взлетную площадку, но портал, связывающий академию с миром за внешним кольцом гор, был только один.

И к нему меня не пустили.

Точнее, я успешно прошла через магический барьер, а дальше мне заступила пусть охрана и грозно вопросила, кто я такая, откуда взялась и какого ушастого тут делаю.

В общем, так и узнала, что некоторые драконы в самом деле ощущают себя старшей расой. И задирают носы выше неба. Забавно, но, пока я была в теле Цветаны, ко мне, как к дочери вожака, относились соответственно. А тут такой контраст, и это я еще и родной Эльгар не покинула.

О моей трансформации было известно только членам семьи, в остальном же мне предоставили полную свободу действий и в составлении легенды, и в плане налаживания контакта с эльфийками, которые должны будут отправиться со мной в Зангар.

Папа Алдрак явно собирался проверить меня на прочность еще до вылета из Эльгара. И тут он был прав. Если я не справлюсь в родных стенах, то на новом месте мне будет еще сложнее.

Так что я улыбнулась стражникам и объяснила, что вышла к арке встречать других эльфиек, которые вот-вот прибудут в Эльгар. Защита пропустила, потому что мне выдан соответствующий доступ. А обсуждать размеры ушей девушек так вообще неприлично.

— Да и в целом обсуждать размеры, длину и вес в приличном эльфийском обществе не принято.

— А о чем вы обычно на свиданиях говорите? — неожиданно поинтересовался стражник.

Не знаю, что меня удивило больше: его вопрос или взгляд. Дракон смотрел на меня так, словно точно знал, что белья у меня под штанами нет. Или он просто эльфиек в теле не видел.Но это же не причина так смотреть!

— Когда я ношу братьям передачки в тюрьму, мы мало разговариваем, — внезапно для всех объявила я.

Себя тоже удивила. И Угольда, который тоже вышел во дворик, где находила арка портала.

— Так вы, Сарэль, из семьи с плохой репутацией? — насмешливо спросил брат, когда осознал услышанное.

— О! У меня семья, в которой надо быть готовой ко всему. Скажу по секрету: один мой брат, настолько суров, что даже сжег приют для детей.

— Н-да… А у нас тоже приют как-то горел, — уныло произнес стражник. — Господин Угольд, а вы сюда по делу или…

— Или девушку сопроводить и развлечь интересным разговором, — твердо объявил Угольд и подхватил меня под руку.

Собственно, вести меня особо было некуда. Портальный дворик был небольшой. Со всех сторон окруженный и стенами, и магической защитой для тщательной проверки прибывающих.

И все-таки Угольд смог меня удивить:

— Хочу посмотреть на друга, о прибытии которого упоминала мама. Надо убедиться, что он в самом деле будет тебе другом.

— А почему нет? Я ссориться точно ни с кем не собираюсь.

Я вопросительно посмотрела на брата. И что на него нашло?

Угольд опустил взгляд и почему-то покраснел. Нет, я определенно ничего не понимаю. Мне казалось, что зелье превратило меня в полное страшилище, а окружающие почему-то реагировали так, словно увидели чудо природы. Наверное, дело в ушах. Не могут они расти из настолько пухлого тела.

Да и остальные части, точно росли не из меня. Походка стала другой, о приседаниях и прыжках так вообще упоминать грустно. Хорошо еще, что в целом мое тело было крепким и подтянутым, просто в нем было чересчур много объема. А если точнее, то я всего лишь спрятала в нем слишком много магии.

Но превращение было обратимым. Вот как только магия начнет понемногу высвобождаться — так и начну худеть. Или наоборот…

Даже подробнейшее описание зелье не исключает индивидуальные особенные реакции организма. Так что в Зангаре меня могут поджидать всевозможные нежданчики, приятные и не очень. Зато сюрприз, появившийся из портала, оказался чудеснейшим.

Я как увидела орка, что вышел из туманного марева перехода, так и бросилась к нему с воплем:

— Холл!

Лесной орк Холл был старым знакомым мамы Алоры и сыграл важную роль в ее обучении до попадания к драконам. Выйдя замуж за Алдрака, мама нашла время слетать в Таравию и встретиться с тем, кого считала своим учителем. С тех пор Холл так часто бывал в Эльгаре, что мы считали его своим названным дедушкой.

И вот этот дедушка явно был в шоке от незнакомой ушастой, повисшей у него на шее. Я четко ощутила его напряжение, а потом орк принюхался и уверенно объявил:

— Ну здравствуй, Цветана.

Я от него отлепилась и сделала два шага назад, давая Холлу себя рассмотреть. Вердикт был однозначен:

— Хороша!

— Точно-точно хороша? — с подозрением уточнила я.

— Так хороша, что я бы тебя из дома не выпустил, — проворчал Холл.

— Вот! — тут же подскочил Угольд. — И я об этом родителям твержу. Но кто ж меня слушает, может, мы вместе…

— Вместе в Зангар и отправимся! — нагло перебила Угольда я. — Холл за мной и присмотрит, и защитит, и домой в случае чего отправит. Да, Холл?

Я старательно захлопала ресницами.

— Выросла козочка, — многозначительно выдохнул Холл, пожал руку Угольду и попросил отвести к вожаку.

Оставалось надеяться, что не для того, чтобы убедить папу не пускать меня в Зангар.

Итак, эльфийские девы по обмену опытом и магией должны были отправиться к изумрудным драконам в сопровождении дуэньи в лице двухсотлетнего лесного орка, который последний сто лет жил, как лесной отшельник. Его образ жизни не мог не сказаться на характере. Холл тяжело сходился с новыми людьми и нелюдями, много ворчал и поучал, зато был мудрейшим и добрейшим дедушкой во всем белом свете. Мы с сестрами его обожали, братья уважали. В общем, я в очередной раз подивилась уму мамы, догадавшейся пригласить Холла поучаствовать в моей эльфийской авантюре.