Лина Алфеева – Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» (страница 37)

— Какой это?!

— О…

Темные глаза девушек уставились на меня. Не сожги Эрн ту петлю, ее бы сейчас точно затянули на моей шее. Градус ревности и зависти зашкаливал, хорошо еще что ко мне проклятия не липнут. Конечно, если кто-то постарается, мне придется задействовать защиту посерьезнее, чем врожденный иммунитет от народного сглаза.

Эрн же невозмутимо обошел девушек, крадучись приблизился ко мне и… крепко сцапал под локоть.

— А как же кольцо? Я думала, что ты сейчас упадешь на одно колено и попытаешься надеть его мне на палец.

 — Абриэль, я терпеть не могу массовые представления. Все игры в надевания и раздевания останутся только для нас двоих. Хм… — глухо выдохнул Эрн.

А все потому, что я от души наступила ему на ногу.

— Хотел, чтобы ты проверила мою печать. Там что-то с рисунком. Кажется, надо обновить руны. Ногу тоже теперь будешь проверять. И лечить.

— Эрн, ты совершенно невозможен!

— Сочту за комплимент, моя Прелесть.

— Прекрати меня так называть.

— Не могу ничего с собой поделать. Ты в самом деле прелесть, Абриэль Райн. Настолько очаровательна, что я с большим удовольствием отправил бы тебя домой и позвал, когда рядом со мной станет безопаснее. Но ты же не уедешь…

— Нет, — твердо обозначила свою позицию я.

— В таком случае тебе придется серьезно поработать над защитой.

— Это несложно.

— Тогда ты присоединишься к тренировкам у некромантов вместе с Гвейном и Тобором.

— Эрн! Ты невозможен!

— Повторяешься, Прелесть. А я просто всегда получаю, чего хочу.

Я решила, что Эрн хочет всего лишь покрасоваться, а он в самом деле заставил меня изучить печать, руны которой я столь импульсивно вывела у него на груди, чтобы позволить встречаться во сне.

Едва мы очутились в домике смотрителей и расположились на кухне, так он и прояснил ситуацию.

Оказалось, что темные лорды его уровня никогда не обзаводятся невестой на словах. И раз уж мы объявили себя парой, эта парность должна была найти отражение и на наших аурах, иначе первый же светлый жрец, который на нас взглянет поймет, что мы не провели обряд.

— А дальше возможны варианты. Либо нас попытаются вынудить прекратить заниматься притворством, либо потребуют, чтобы довели начатое до ума. Ещё и возомнят, что мы настолько несамостоятельные, что даже не знаем, как дети делаются. То есть, как помолвочные ритуалы проводятся. Абриэль, ты так мило краснеешь.

— Эрн, я уже говорила, что ты идиот?

— Я до дрожи боюсь, что тебе навредят, чтобы ударить по мне. Так что если я и идиот, то тот, что боится за свою невесту. Не понимаю, как тебя только из Гиблой долины отпустили.

— Я не сказала братьям, что меня вызвал герцог. И потом тоже не сказала…

— Тебе повезло, что я не твой брат.

— Почему это?

— Получила бы по попе.

— Братья никогда меня не били! — возмутилась я.

Да, братья меня баловали. Брали с собой в походы, учили магии, которую могло принять мое тело, раскрывали тайны леса и его обитателей. Райны никогда не покидали долину, были её вечными стражами и узниками наказания, наложенного герцогом Аверданом.

Но герцог был не вечен. И его может сменить Эрн. И тогда для нашей семьи могут наступить другие времена.

Кажется, у меня появилась серьезная причина желать увидеть на голове Эрна герцогский венец. Мне нужен был герцог, с которым я смогу договориться.

— Братья тебя не наказывали, родителям не было до тебя никакого дела. Так? Прелестно, теперь тебя буду воспитывать я. Сугубо на правах жениха, — нагло добавил Эрн и с трудом увернулся от оглушающей руны, которую я запустила ему в лоб.

А потом в изумлении уставилась на свои пальцы…

Я создала свою первую боевую руну магией! Сама! Значит, мои старания и теоретически изучения не были напрасны!

— Позволяю, Абриэль. Вижу, никак не можешь поверить. Разрешаю тебе стукнуть меня прицельно в лоб…

— Дурак.

— Что не сделаешь ради счастья невесты.

— Прекрати называть меня невестой.

— Как скажешь, моя Прелесть.

— И Прелестью не смей называть!

Я угрожающе поднесла палец к носу Эрна, но кто бы впечатлился. Он только усмехнулся в своей несравненной ленивой манере, а потом спросил:

— Но целовать тебя хотя бы можно?

— Зачем тебе это? Нет! — я протестующе взмахнула рукой, чтобы Эрн с упорством наглобыка не принялся мне показывать, с чего это ему приспичило меня поцеловать. — Я чувствую, что ты что-то недоговариваешь. И это злит.

— Близится твой день рождения. Тебе исполнится восемнадцать.

— Ага. Замуж сразу можно.

— Заметь, это сейчас не я сказал. Ладно! — Эрн примиряюще вскинул руки. — Я намекаю на твою магию. Ту самую, которая запечатана. Восемнадцать лет — сложный возраст в становлении каждого мага. Мы не знаем, кто и почему поставил тебе ту печать, но с твоим совершеннолетием все может измениться.

— Ближе к делу.

— К этому времени ты должна взять от меня столько, сколько сможешь усвоить: научиться ставить щиты из тьмы, атаковать…

— Эрн, у меня нет тьмы. Даже если я получу невероятную магию, в которую ты так веришь, мне еще понадобится время, чтобы научиться ею пользоваться. С удовольствием изучу теорию под твоим чутким руководством, но…

— И практику, Абриэль. Со мной и благодаря этому…— Эрн довольно постучал по своей груди, — ты сможешь начать практиковаться уже сейчас. Так что до встречи во сне, моя Прелесть. И попробуй только отправиться в очередной дозор. Если что, то я предупредил Тобора и Гвейна, что ты мне нужна спящая. Сладких снов, Абриэль.

И Эрн коснулся моих губ коротким поцелуем. Он проделал это так быстро, что я ни возмутиться, ни насладиться касанием не успела. И еще неизвестно, что обиднее! Зато, когда Эрн ушел, я обнаружила, что он-то все успел. И поцеловать, и кольцо надеть на палец.

Глава 14

Учеба во сне и наяву

Эрн наказал мне поскорее ложиться спать, но сон, как назло, не шел. Мне не давали покоя слова Эрна о моем скором совершеннолетии. Помнится, ведьму Мортон оно тоже сильно беспокоило. А еще я запомнила, как заметно обрадовалась наставница, когда узнала о задании герцога Авердана. Мортан считала, что мне лучше встретиться свой восемнадцатый рассвет за пределами Гиблой долины.

И, кажется, я понимала почему.

Когда печать разрушится, и я получу доступ к темной магии, тьма меня почувствует. Она голодной тварью рванет ко мне, чтобы изменить и превратить в свою слугу. Мои братья носили на головах рога, как у демонов, а кое-кто прятал под плащами хвосты. По мне так это был очень забавный рудимент, но братья все, как один, его стеснялись и прятали от чересчур любопытной сестры.

У меня не было ни хвоста, ни рогов, ни крыльев, даже чешуи и татуировок не было. Я росла голой и лысой по меркам Гиблой долины. Кое-кто даже считал меня пустой и неинтересной. Отчасти поэтому родители и позволили мне стать ученицей ведьмы. Им как бы было все равно, что со мной будет, раз уж я уродилась такой никакой.

Но, едва печать исчезнет, многое может измениться. И Эрн прав, лучше бы мне подготовиться.

Поэтому я написала письмо своей наставнице. Едва послание исчезло в тоннеле магопочты, на меня снизошло удовлетворение и ощущение, что я наконец-то сделала что-то правильно. После этого я наконец-то смогла принять ванную и влезть в пижаму.

Тишина комнаты казалась непривычной. Нет, от Аманды, с которой мы раньше делили комнату, шума было немного. Темная передвигалась, как тень, а личные вещи хранила в строго отведенных для нее местах. Даже в умывальной у нее был свой закуток для косметики, зубной и расчески.

Но сейчас Аманда жила там же, где и все темные леди. Я не знала, как она там устроилась, но чувствовала себя виноватой. И мне хотелось обсудить это с Эрном…

Я скоро увижусь с Эрном Аверданом. С этой мыслью я и провалилась в сон, чтобы ощутить толчок в грудь. Эрн встретил меня до неприличия тактильно и буквально вжал своим телом в какую-то деревянную стену. Рассмотреть ее было сложно из-за того же Эрна.

— Если ты хотел проверить достоверность ощущений во время совместной грезы, то эксперимент удался.

— Скорее, я хотел проверить, может ли яркая эмоция выбросить тебя в реальность.