Лин Вэл – Сердце под прицелом (страница 4)
Она моргнула, пытаясь сфокусироваться, и вдруг слабо усмехнулась. Криво, едва заметно.
– Спецназ, значит… – выдохнула она. – А я думала, вы только в кино бываете.
Я не нашёлся, что ответить. Только прижал её крепче, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и очень опасное. То, чего не было уже много лет.
– Медиков сюда! – заорал я.
Макс подскочил, глянул на неё, на меня, и в его глазах мелькнуло понимание. Он кивнул и побежал.
А я продолжал держать её. И знал точно, чётко, как приказ:
Глава 5. Рома. День второй
Утро после теракта встретило меня головной болью и дурацким ощущением, что я должен быть где-то, но не на службе.
Я открыл глаза и уставился в потолок. Знакомый, белый, с трещиной в углу – я уже сто раз собирался её заделать, но всё как-то не доходили руки. Как и до многого другого.
Телефон молчал. Это было странно – обычно после таких операций нас дёргают с отчётами, допросами, бумажками. А тут тишина.
Я потянулся за сигаретами, но пачка оказалась пустой. Смял её и бросил в угол. Курить хотелось зверски, но выходить из дома не хотелось ещё больше.
Мысль о ней ворвалась в голову без спроса и застряла там, как заноза. Маленькая, хрупкая, с автоматом в руках и глазами, полными такой пустоты, что у меня до сих пор всё переворачивалось внутри.
– Ты чего не спишь? – Макс сунул голову в комнату. Он остался ночевать – мы оба были вымотаны после вчерашнего.
– А который час?
– Полдесятого. Ты как?
– Нормально.
– Врёшь, – констатировал Макс и исчез. Через минуту вернулся с двумя кружками кофе. Протянул мне одну, сам уселся на край кровати. – Рассказывай.
– Что рассказывать?
– То, что ты уже полчаса пялишься в потолок и даже не материшься. Это ж тебя, Рома, который без мата и трёх слов сказать не может.
Я усмехнулся. Он был прав.
– Думаешь о той девчонке? – спросил Макс прямо.
– С чего ты взял?
– С того, что я тебя двадцать лет знаю. Ты когда на кого-то так смотрел? Она тебя зацепила.
– Она ребёнка спасла, Макс. Двести семьдесят детей. Одна. С огнетушителем против автомата.
– Я знаю. Мы все знаем. Но ты на неё смотрел не как на героиню. Ты смотрел на неё как на…
– Как?
– Как на женщину, – закончил Макс. – Впервые за хрен знает сколько лет.
Я промолчал. Потому что спорить было бесполезно.
Мы допили кофе в тишине. Макс ушёл в душ, а я всё сидел и смотрел в окно. За ним было обычное крымское утро – солнце, небо, море вдалеке. Обычная жизнь. Которая для неё вчера чуть не закончилась.
Я отогнал эту мысль. Зачем? Я ей никто. Просто спецназовец, который оказался рядом. У неё есть врачи, следователи, может, родственники. Я там лишний.
Но мысль не уходила. Она зудела где-то под черепом, не давая покоя.
К обеду я не выдержал.
– Съезжу кое-куда, – бросил я Максу, натягивая футболку.
– К ней? – ухмыльнулся он.
– Отвали.
– Ладно, ладно. Только это… если что – звони.
Я кивнул и вышел.
Дорога до больницы заняла минут двадцать. Я ехал и пытался понять, что, чёрт возьми, делаю. Зачем я туда прусь? У неё наверняка куча народу – врачи, следователи, может, подруги. А я кто? Чужой дядька, который ворвался в её жизнь и исчез.
Но машина сама везла меня туда. Руки сами крутили руль.
Больница встретила меня запахом хлорки и белыми стенами. Я прошёл в приёмный покой, показал удостоверение, сказал, что я по делу. Врачиха – уставшая женщина лет пятидесяти – глянула на меня с подозрением, но пропустила.
– Тринадцатая палата, третий этаж. Только недолго, ей нужен покой.
– Понял.
Я поднялся на лифте. Коридор был пустым и тихим. Только где-то вдалеке гудел аппарат. Я шёл и считал шаги. Почему-то это помогало сосредоточиться.
Тринадцатая палата была в конце коридора. Я подошёл к двери и замер. Из-за неё доносились какие-то звуки – приглушённые, сдавленные, страшные. Она кричала? Или плакала? Или задыхалась?
Я рванул дверь.
Она билась на кровати. Вся скрученная, пальцы вцепились в простыню, глаза безумные, грудь ходит ходуном, но воздуха не хватало – я видел это по синюшным губам, по тому, как она хватает ртом пустоту.
Паническая атака.
Я знал это состояние. У наших парней после тяжёлых операций тоже бывало. Сам через это проходил. Знаешь, что сейчас умрёшь, хотя сердце здоровое, лёгкие здоровые, но организм решил, что конец.
Я подлетел к кровати, схватил её за плечи, прижал к подушке – не сильно, но чтобы чувствовала опору.
– Тихо, тихо, дыши, слышишь? Дыши!
Она не слышала. Смотрела сквозь меня, стеклянными глазами, и продолжала задыхаться. Сердце у меня ёкнуло – страшно стало. Не за себя, за неё. Так нельзя, это же сердце остановится…
– Смотри на меня, – я наклонился ближе, заглянул в эти безумные голубые глаза. – Смотри и дыши. Вдох. Выдох. Со мной. Давай.
Я взял её руку – холодную, дрожащую, с обломанными ногтями – и положил себе на грудь. Пусть чувствует, как я дышу. Это иногда помогает.
– Чувствуешь? Как я дышу? Давай вместе. Раз… два… три…
И она вдруг вдохнула. Рвано, судорожно, но вдохнула. Потом выдохнула. Ещё раз. Ещё.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.