Линь Ифу – Китайская экономика: логика развития и перспективы (страница 2)
В 2017 году ВВП на душу населения Китая составлял 8640 долларов США, она стала страной с выше среднего уровнем доходов. На этом фоне в том же году на XIX Всекитайском съезде КПК председатель Си Цзиньпин объявил, что Китай вступил в новую эпоху. Новая эпоха - это многомерное явление, но я хотел бы обратить ваше внимание лишь на четыре важных аспекта этого феномена. Во-первых, реформы с нами навсегда; во-вторых, Китай по-прежнему обладает весомым потенциалом экономического развития; в-третьих, экономики Китая и США дополняют друг друга, а их торговые отношения выгодны обеим странам; в-четвертых, Китай должен взять на себя больше ответственности за мировое развитие.
Реформы с нами навсегда
За прошедшие сорок лет реформ и открытости Китаю удалось избежать экономического краха, кризисов и застоев, подобных тем, что случились в СССР, странах Восточной Европы и в других государствах с переходной экономикой. Причина в том, что Китай придерживался прагматичного поэтапного подхода к трансформации, который можно охарактеризовать как «двухколейный». В первой «колее» остались крупномасштабные капиталоемкие государственные предприятия, не отвечавшие модели сравнительного преимущества: в целях сохранения экономической стабильности на переходном этапе они получили гарантированную государственную поддержку. Вторая «колея» досталась новым трудоемким отраслям, соответствующим вышеуказанной модели: данные отрасли были либерализованы, для них устранялись ограничения по использованию мягкой и жесткой инфраструктуры, создавались специальные экономические зоны, индустриальные парки, зоны переработки и экспорта и т. д. Все это способствовало повышению их конкурентоспособности, а в конечном счете - быстрому экономическому росту страны.
«Двухколейная» поэтапная реформа стимулировала бурное развитие экономики, но Китаю все же пришлось заплатить за ее использование определенную цену, включая разрыв в доходах населения и рост коррупции. Это последствия вмешательства в рынок, своего рода рента, которую пришлось заплатить. В начале реформ Китай был страной с низким уровнем доходов и с недостатком капитала. Предприятиям тех отраслей, что были лишены сравнительного преимущества, не хватало жизнеспособности на открытом и конкурентном рынке. Государственное субсидирование стало для них, по китайскому выражению, «углем в зимнюю стужу», оно было необходимо для поддержания экономической стабильности. После периода быстрого развития и накопления капитала в течение почти сорока лет многие капиталоемкие отрасли, которые в прошлые годы не соответствовали принципам развития по модели сравнительного преимущества, стали вписываться в эту модель. Они встроились в открытый и конкурентный рынок, и субсидии для них перестали быть необходимым «углем», для них более подходящим стало выражение «добавить новые узоры на парчу», то есть помощь государства стала не более, чем дополнительным украшением. Новый этап экономического развития требовал отказа от системы субсидирования и вмешательства в рыночные отношения, оставшиеся от «двухколейной» модели, это позволило бы решить проблему коррупции и разрыва в доходах. Именно поэтому в 2013 году на третьем пленуме ЦК КПК 18-го созыва был принят курс на всестороннее углубление реформ, устранение негативных последствий вмешательства в рыночные процессы, обеспечение решающей роли рынка в распределении ресурсов.
С 2013 года Центральная комиссия по всестороннему углублению реформ выдвинула несколько сотен мер с целью ликвидации неблагоприятных последствий чрезмерного регулирования рынка и создания более совершенной системы рыночной экономики. Разумеется, для реализации этих мер нужно время, но даже в случае успеха неизбежны новые вызовы, поскольку структурные проблемы не решаются разом. Они подобны траве в стихотворении танского поэта Бо Цзюйи: «Степные пожары дотла не сжигают ее. Лишь ветер весенний подул- и рождается вновь» (перевод Л.З. Эйдлина). Таким образом, Китай должен быть морально готов к тому, что реформы с нами навсегда.
Китай все же сохраняет весомый потенциал экономического развития
Несмотря на то, что в течение сорока лет средний годовой экономический рост в КНР составлял 9,5%, Китай по-прежнему обладает значительным потенциалом, поскольку для него открываются широкие перспективы в технологических инновациях и в индустриальной модернизации. Именно эти отрасли являются залогом устойчивого экономического роста любой страны. Однако развитые страны имеют важное отличие: они давно находятся на переднем крае технологического и индустриального развития, полагаются лишь на себя и потому вынуждены делать крупные и рискованные капиталовложения в собственные разработки. В течение более ста лет среднегодовой рост у них составлял 3 - 3,5%. Китай же, как развивающаяся страна, имеет «преимущество отсталости», на которое он опирался последние сорок лет, получая среднегодовой рост в 9,5%. Имеет ли Китай потенциал для поддержания быстрого роста в будущем? Ответ на этот вопрос заключается в том, насколько большим «преимуществом отсталости» он по-прежнему обладает, какова разница между Китаем и странами с высокими доходами в показателях общей производительности труда и как эта разница отражается на различиях в уровне дохода на душу населения.
Согласно исследованию экономиста Ангуса Мэддисона в 2008 году ВВП Китая на душу населения по паритету покупательной способности составлял 21% от ВВП на душу населения США. Аналогичные показатели разницы в ВВП на душу населения по сравнению с США были в 1951 году в Японии, в 1967 году в Сингапуре, в 1971 году на Тайване, в 1977 году в Южной Корее. Именно эти восточноазиатские экономики в свое время использовали «преимущество отсталости», выраженное в разнице в уровне доходов с США, и достигали среднегодового роста ВВП в 8 - 9% в течение двадцати лет подряд. Они смогли обеспечить быстрое и устойчивое развитие, а значит, и у Китая тоже есть такая возможность. Поэтому, начиная с 2008 года, у Китая появился потенциал к сохранению среднегодового роста в 8% в течение последующих двадцати лет.
Кроме того, в новых секторах Четвертой промышленной революции (Индустрия 4.0), которые появились в последние годы, существенно сократились циклы научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Через 12 - 18 месяцев появляется новое поколение продуктов и технологий, разработка которых основана, прежде всего, на человеческом капитале. Будучи крупной державой с населением в 1,39 млрд человек, Китай обладает громадным человеческим капиталом, а также огромным внутренним рынком и промышленным комплексом. Все это дает ему сравнительное преимущество в новых экономических отношениях.
Два приведенных выше положения подтверждают мою уверенность, что Китай по-прежнему обладает значительным потенциалом быстрого роста в будущем. Однако техническая возможность развития упирается в вопрос, в какой степени она может быть претворена в жизнь. Это зависит как от ситуации в мировой экономике, так и от решительности самого Китая в углублении описанных ранее внутренних реформ. И в значительной степени от того, сможет ли китайское правительство преодолеть внешние сдерживающие факторы, связанные с технологическими инновациями и индустриальной модернизацией, а также решить проблемы дисфункции рынка, связанные с функционированием мягкой и жесткой инфраструктур в этой сфере.
Даже если Китаю в полной мере удастся использовать свой потенциал, то не стоит ждать двузначных показателей прошлых лет. Вместе с тем, предполагаемый экономический рост в ближайшие годы может составить свыше 6%, что будет способствовать достижению поставленных Китаем целей развития. В настоящее время международная экономика еще не полностью оправилась от кризиса 2008 года, и сохранение стабильного и быстрого роста в КНР станет хорошей новостью для всех стран мира.
Китай и США: взаимовыгодное торгово-экономическое сотрудничество В 2017 году ВВП на душу населения в КНР составлял 8640 долларов США при 60 000 долларов в Штатах. По измерению рыночных цен он оставался на уровне 15% от аналогичных показателей в США. По измерению ППС (паритета покупательной способности) - всего 25% от тех же показателей. В КНР в основном производят продукты средней и низшей категорий, с низкой добавленной стоимостью, в то время как промышленность США находится в секторах с высокой добавленной стоимостью. С точки зрения торговли это означает, что Китай может поставлять американским потребителям дешевые товары, производителям же - промежуточные продукты с низкой себестоимостью. Кроме того, Китай представляет собой огромный рынок сбыта для товаров и услуг из США с высокой добавленной стоимостью. Это свидетельствует о том, что между двумя странами налажены взаимовыгодные торговые отношения.
Даже если в будущем уровень доходов в Китае достигнет показателей Японии, Южной Кореи и Германии, торговля между КНР и США останется взаимовыгодной. Этот вывод сделан на основе теории сравнительных преимуществ. Когда существует большая разница в уровне доходов, сравнительное преимущество зависит от разницы в цене производственных факторов, которая детерминирована различием в структуре обеспеченности факторами производства. Страны с более низким уровнем доходов имеют сравнительное преимущество в трудоемких отраслях, страны с более высоким уровнем доходов - в капиталоемкой и наукоемкой отраслях. Если такие различия отсутствуют, то сравнительные преимущества преобразуются в масштабную экономику, формируемую специализированным производством. Разные страны будут специализироваться в различных отраслях промышленности, у них формируются свои собственные сравнительные преимущества. Именно в такой модели формируется значительная часть международных торговых связей между развитыми странами. При условии наличия сравнительного преимущества у каждой из сторон есть возможность установления взаимовыгодных отношений. И китайцы, и американцы стремятся к улучшению условий жизни, а компании и предприятия надеются на увеличение прибыли. При этом и у КНР, и у США имеются собственные сравнительные преимущества, у которых есть перспективы реализации, что дает надежду на продолжение взаимовыгодных торговых контактов в будущем. Остается надежда и на то, что обе стороны смогут устранить непонимание и недоверие, укрепить контакты и позволить экономической рациональности, выгодной для народов двух стран, стать основой для дальнейшего торгово-экономического взаимодействия.