Линь Ифу – Китайская экономика: логика развития и перспективы (страница 11)
Таким образом, после четырех десятилетий развития китайская экономика столкнулась с дилеммой, которую можно описать следующим тезисом: «до неба не дотянуться, на землю не встать, за спиной - чужое войско с низкой себестоимостъю». Нижние звенья китайских производственных цепочек мигрируют во Вьетнам и Индию, тогда как формирование «уникальных преимуществ» в верхнем секторе остается незавершенным. Вот с такими проблемами сталкивается сегодня экономика Китая.
В 2007 году в Шэньчжэне я высказывал идею о том, что китайской экономике необходимо «совершить прорыв», поскольку она оказалась в ситуации двойного давления. Проблема заключается не только в том, что Китай «застрял между небом и землей», и не только в отсутствии «уникальных конкурентных преимуществ». Дело еще и в том, что экономические отношения между развитыми странами и Китаем вступили в крайне сложную и противоречивую фазу.
На протяжении многих лет экономика Китая развивалась по экспортно ориентированной модели. Это стало возможным благодаря сочетанию нескольких факторов: наличию производственных ресурсов с низкими затратами, притоку иностранных инвестиций и технологий, а также открытости мирового рынка, особенно со стороны развитых стран. В результате Китай добился значительного роста экспорта, что привело к формированию устойчивого положительного торгового баланса, улучшению инвестиционного климата и дальнейшему увеличению притока иностранного капитала. За этот период валютные резервы Китая резко возросли- с нескольких десятков миллиардов долларов США в начале 1990-х до нескольких триллионов.
Поскольку резервы долларов США не могут быть использованы непосредственно в Китае, мы были вынуждены инвестировать их в американские активы, преимущественно в гособлигации США и финансовые продукты американских корпораций. Эти средства, в свою очередь, стали частью внешнего долга США и вернулись на американские финансовые рынки. Из-за избытка капитала в США процентные ставки долгое время оставались крайне низкими, что стимулировало как инвестиции, так и потребление. Массовый импорт товаров и внешние инвестиции привели к увеличению отрицательного сальдо.
Обзор международных экономических исследований позволяет нам увидеть, что для описания данной ситуации уже появился специальный термин - «кимерика» (англ. Chimerica), который обозначает необходимость рассмотрения экономик Китая и США как единой системы. Несмотря на колоссальное отрицательное торговое сальдо в США и столь же колоссальное положительное сальдо в КНР, их совместное рассмотрение позволяет увидеть более сбалансированную экономическую динамику.
За этот период дважды проявлялись скрытые кризисы: первый - финансовый кризис 2008 года, второй - торговая война между Китаем и США, начавшаяся в 2018 году. При этом экономические трудности в США часто трансформируются в международные экономические и политические проблемы. Эта ситуация оказывает значительное влияние как на будущее развитие Китая, так и на глобальную стабильность.
Международный валютный фонд (МВФ) и другие исследовательские институты неоднократно указывали на подобные риски. Так, еще в 2003- 2004 годах они предупреждали о рисках «глобальных дисбалансов». Наиболее очевидным проявлением этих дисбалансов стали «ножницы» между профицитом Китая и дефицитом США, способные вызвать серьезные проблемы в будущем. Ранее подобные предупреждения помогали предотвратить ожидаемые проблемы, в связи с чем со временем начинает казаться, что эти проблемы были преувеличены. Сегодня же становится очевидным, что описанные выше «ножницы» способны привести к серьезным изменениям в глобальной экономике.
3.
Почему отношения между Китаем и США внезапно ухудшились? На мой взгляд, это обусловлено внутренними противоречиями, а последние, в свою очередь, связаны с глобализацией.
Упрощенно говоря, в мире существует бедные и богатые экономики. Если капитал на душу населения невелик, то это бедная экономика, а если капитал на душу населения больше установленной планки - это богатая экономика. При неимении значительного капитала бедной экономике приходится полагаться на рабочую силу и природные ресурсы, при этом у нее низкая производительность и, как следствие, низкие доходы. Богатая экономика имеет больше капитала на душу населения, у нее высокая производительность и высокие доходы.
Если между двумя экономиками существуют барьеры, то богатые страны продолжают жить богато, а бедные- бедно, и эта ситуация сохраняется на протяжении довольно долгого времени. После Второй мировой войны и до 1978 года десятилетиями во всем мире наблюдалась именно такая ситуация. Затем проведение реформ и политики открытости в Китае устранило этот барьер, что позволило капиталу перемещаться, а вместе с ним, в некотором смысле, стала перемещаться и рабочая сила. Несмотря на то, что сама она не может совершать никаких масштабных передвижений в пространстве, экспорт продукции, произведенной ею, равносилен перемещению труда, воплощенного в этих продуктах.
После начала перемещения рабочей силы глобальное распределение трудовых ресурсов столкнулось с новыми вызовами: теперь рабочая сила развитых и развивающихся стран конкурирует на единой платформе открытого рынка капитала. Раньше капитал развитых стран в основном использовался для обеспечения внутренней рабочей силы, но теперь рабочая сила всего мира, особенно из развивающихся стран, борется за доступ к этому капиталу.
В глобальном масштабе это приводит к увеличению дефицита капитала и усилению конкуренции между работниками разных стран. Наиболее существенно конкуренция затронула рабочих развитых стран, поскольку их заработная плата уже очень высока. Прежде они не знали, что это такое: соревноваться за право на труд с рабочими из Китая и Индии. С развитием глобализации товары развивающихся и развитых стран стали конкурировать напрямую. Если товары развитых стран не находят сбыта, это неизбежно влияет на национальные доходы и занятость. В определенной степени внутренние противоречия в доходах между двумя типами экономик становятся все более острыми.
Глобализация в этой ситуации в целом повысила мировую производительность и принесла больше выгод развивающимся странам, но есть и группы, чьи интересы оказались ущемлены. В развитых странах больше всего пострадали те работники, которые столкнулись с конкуренцией со стороны рабочей силы из развивающихся стран.
Раньше Китай производил одежду в обмен на самолеты из США, а затем сам начал изготавливать такую технику. США вынуждены переходить на производственные цепочки более высокого уровня, чтобы сохранить конкурентное преимущество, что оказывается довольно непростой задачей.
Другой пример, на фоне глобализации патенты и права на изобретения мобильных телефонов Apple принадлежат американским компаниям, но OEM-производством могут заниматься китайские фирмы. США получают дивиденды от изобретений, включая увеличение доходов от капитала, направленного на обслуживание этих изобретений, поэтому Уолл-стрит и Силиконовая долина поддерживают глобализацию. Однако многочисленные социальные группы в США все же пострадали от глобализации, включая, например, «синие воротнички» и часть «белых воротничков».
То же самое происходило и в нашей стране. Политика открытости внесла значительный вклад в экономическое развитие, причем, чем ближе к побережью, тем она выше, поскольку прибрежным районам было проще получать капитал и технологии из развитых стран. А в районах, удаленных от потоков капитала и технологий, где мало кто знает английский язык и слабо развиты внешние связи, выгоды оказались значительно ниже.
Таким образом, глобализация действительно способствовала росту мировой экономики, но ее влияние на разные заинтересованные группы оказалось неравномерным. Это влияние отражено сегодня и в статистических данных, и в идеологиях, и в концепциях развития, и в осуществляемых политических курсах.
Статистика показывает, что коэффициент Джини в США значительно снизился после Второй мировой войны (коэффициент Джини - стандартный показатель для измерения неравенства доходов среди населения страны или региона, его значение колеблется от 0 до 1, где 0 означает абсолютное равенство). В последующие годы коэффициент Джини оставался стабильным. Однако с началом политики открытости в Китае и Индии и их влиянием на мировой рынок коэффициент Джини в развитых странах, особенно в США, почти вернулся к довоенному уровню, что является тревожным сигналом. Аналогичная ситуация наблюдалась и в развитых странах Европы.
Кроме того, были и довольно значимые конфликты, такие как движение «Захвати Уолл-стрит» в США в 2011 году. Они были вызваны тем, что часть населения не получила выгод от экономического роста, а напротив, столкнулась с ростом безработицы, стагнацией доходов и другими трудностями. В результате возникло противостояние между 1% самых богатых и 99% остального населения.
В 2006 году я совершил исследовательскую поездку в США и посетил металлургический завод в Пенсильвании. Этот завод был знаменит в свое время: он поставлял палубную сталь для первого американского авианосца и материал для строительства моста в Сан-Франциско. Теперь он полностью пришел в упадок. Почему? Потому что в условиях глобальной конкуренции его производственные издержки оказались слишком высоки, а технологическое развитие происходило медленнее, чем у недавно созданных компаний. Когда китайская металлургическая промышленность стала быстро развиваться и вышла на мировой рынок, продукция этого завода потеряла спрос, и огромный завод «покрылся ржавчиной» (обанкротился).