Limonad – Барон Бранд Берс. Том 1 (страница 8)

По левую руку сидели три девушки. Ближе к Бренту, как я понял, Беатрис, лицо не такое строгое, как у Бриджид, чуть округлое и более доброе, что ли. Ореховые глаза и такие же волосы. Чуть светлее, чем у меня с Брентом. Да, мы и правда похожи. Только у меня черты лица сильно отличаются от этой семейки.

Между сёстрами сидела девчушка сложением как Бриджид, только плоская как доска, волосы золотые, всё лицо какое-то маленькое и большие зелёные глаза какго-то неестественного цвета льдисто голубые. Кто это не понятно. Я чуть поклонился.

– Здравствуйте, дядюшка, доброго дня, леди!

Брент раскатисто захохотал и ударил по столу своей ручищей так, что посуда звякнула, а стол-то то к полу прикручен. Как он по этому дубовому монстру волну пустил – непонятно.

– Ну, племянничек, ну насмешил! Молодец! Порадовал дядьку, иди сюда, дай обниму тебя! Я мамку твою маму сколько раз звал к нам приехать, так и не сподобилась, братец, козел мой, не пускал, а ты вон как на неё похож, оказывается. Но наша порода Берсова тоже видна сразу!

Я понял, что сделал что-то то не так, но никак не могу понять, что именно. Подошёл к Бренту, он меня сцапал своими медвежьими лапами за плечи и начал давить.

Я тоже не растерялся, завёл руки пониже груди ему за спину, сцепил в замок и сам стал сжимать. Получилось, что он мне тоже своими лапами пониже плеч давит, и это на него передаётся, он хрюкнул, мы расцепились, и саданул мне ладонью по плечу.

– Эй, слуги! Тащите кабана! И эль наш домашний! Дорогой гость в доме!

Я сел напротив девушек и увидел, что Беатрис слегка покраснела, а её соседка наоборот стала бледнее и сжала губы в полоску. Зелёные глаза сверлят меня со злобой. И тут я понял, что сделал не так.

У Беатрис муж – эльф, трактирщик говорил же нам! И вот он сидит передо мной. А я поздоровался только с дядей и «дамами». И опять я не знаю, как его зовут. Как так у меня получается на ровном месте?

Ну ладно, я эльфов никогда не видел, почему даже никто из слуг не сказал и не представил нас, и Бриджид молчала всю дорогу про свояка. А сама Бриджид улыбается, сидит довольная, и служанка меня её проводила и молчала про эльфа. Зато правильно сказала – не судить по первому взгляду. Похоже, это её подстава.

Занесли огромного хряка, больше двух Берсов в объеме, и противоположная сторона стола скрылась за этой тушей. Только тут я понял, что почти сутки ничего не ел и начал жрать мясо как не в себя, через пять минут наплевав на этикет. Брент даже и не знал, наверное, такого слова, потому что ел руками, запивая из огромной кружки пивом, периодически вставляя свои комментарии по тому, как он этого хряка загонял и колол копьём, а он, скотина, такая не хотел подыхать.

Через полчаса часа я утолил первый голод и начал замедляться. Передо мной в туше была вырезана нехилая дыра, но на объеме хряка это не сильно сказалось. Тут Брент отвернулся на другую сторону, и я услышал:

– Ну что, девочки, наелись? Идите в парке поиграйте тогда или ещё куда вы там ходите. Если вам братик нужен будет, пришлите за ним часа через три служанку.

Стулья задвигались, и троица неспешно вышла из зала. Бриджид оглянулась и подмигнула мне. А я посмотрел на свои руки по локоть в жире и на полностью заляпанную жилетку, на такого же Брента и продолжил жрать мясо, хлебая отменное пиво из литровой кружки.

Ещё через полчаса часа я окончательно наелся. Живот натянулся как барабан, я откинулся на стул и осоловело посмотрел на «дядю». Тот кивнул мне и начал подниматься из-за стола. Слуги принесли влажные полотенца и стали оттирать нас от жира. Ну, хоть капать перестало.

– Завтра за вторым кабаном с тобой пойдём, я знаю, где он засел, скотина! Идём за мной, племяш, я тебе свой трофейный зал покажу!

Я поплелся за ним скитаться по анфиладам донжона. В трофейном зале высотой метра четыре и двадцать на тридцать в поперечине все стены были увешаны головами различных тварей, под потолком покачивались чучела птиц и других летающих тварей, особенно меня впечатлил птеродактиль с размахом крыльев метров десять и чучела каких-то ящеров, стоящих на полу. Когти у них были длиной с мой полуторный меч. Как можно завалить такую тварь, сложно представить, если судя по ногам, с коленными суставами в другую сторону, она ещё и прыгает как кузнечик. Пиздец, что за твари водятся в этих лесах!

– А-а-а, племянник, я вижу, куда ты смотришь. Я тебе скажу, что лучше места для охоты, чем мое баронство, на свете, возможно, и нет! Эти иномирные твари иногда вылезают из гор, и постоянно разные, представь! Каждый раз что-то то новое егеря находят. Вот эта дура с когтями-мечами мне двадцать латников положила, пока загоняли. Зверь!

Мы ещё час послонялись по замку, за который дядя успел выпить кувшинов шесть вина, пока не начал сшибать расставленные в коридорах рыцарские доспехи словно кегли.

– Ладно, племянник, иди к себе отдыхать! Завтра на охоту сходим и по дороге поговорим. Я понимаю, что ты по делу приехал, но уважь старика сначала!

Из прохода вынырнул щуплый парень и повёл меня к моим апартаментам. По дороге я дал распоряжения натаскать воды в ванну. Завалившись на кровать, разделся и стал ждать, пока слуги наполнят водой.

Откуда-то куда-то пришла Верда в новом платье, как у горничных, и стала выглядеть в нём чуть получше, не такой забитой, как в своём тряпье. Я лёг в ванну, а Верда стала натирать меня какими-то маслами и травами, пока я откисал в горячей воде. Ушки у неё то ложились, то торчком вставали, хвост ходил из стороны в сторону. Лицо покрылось красными пятнами.

– Что такое, Верда?

– Ну, я обещала вам постель греть, когда просилась, и… – чего она мнется, непонятно.

– Верда, у тебя сколько мужчин было?

– Не было никого…

– Как ты в поселке контрабандистов три года прожила и ни с кем?

– Я никого не пускала, а трактирщик добрый был, в обиду никогда не давал. Но я старательная, господин, я всему быстро научусь, только не выгоняйте. – и начинает рыдать.

Блин, только настроение нормальное стало, дядька повеселил, поел и выпил наконец по человечески, а не какой-то бурды.

– Верда, успокойся, никто тебя не выгоняет, и в постель я тебя не тяну. Ты в служанки шла, а не в наложницы. Насиловать тебя я точно не буду, ты же совсем ещё как ребёнок. Отъешься сначала хотя бы, прежде чем о таких вещах думать. Из тебя одни кости торчат.

Плакать перестала, но теперь смотрит на меня с обидой. Из-за костлявой наверное. Пусть пока отстанет от меня, всё равно не до неё. Я за эти дни только в себя приходить начал, и то неизвестно, как сложится дальше.

– Как наших устроили?

– Воинов в казармы определили, их Нокс на плацу гоняет. Рем у себя в покоях закрылся со служанкой с вечера и не выходит. Васт обратно в горы ушёл.

– Вот! Молодец, чётко по делу, такого и жду от тебя. А на костлявую не дуйся. Ты сама там впроголодь жила. Попробуй расслабиться немного.

– Спасибо!

Я вылез, обтёрся и завалился на кровать. Верда опять куда-то то убежала. В дверь постучали. – Айна пришла.

– Господин, леди Бриджид и Беатрис приглашают вас на чай в малую гостиную.

Я быстро оделся и пошёл за ней следом. Она меня явно соблазняет, мне кажется, платье стало ещё более обтягивающим! В гостиной за небольшим столиком сидели сестрёнки, и о чём-то то шушукались, посмеиваясь.

– Леди Бриджид, леди Беатрис. – поклонился им.

– Ой, Бранд, называй меня просто Бри!

– А меня Бет.

– Хорошо, сестрёнки. – я натянуто улыбнулся.

– Мы так мечтали в детстве, что у нас будет младший братик, но мама умерла, а о тебе мы только слышали от отца, но не могли увидеть, думали, и не встретимся никогда из-за их ссоры. – начала Бет.

– Хорошо, что ты приехал, хотя извини, наверное, что-то плохое у вас случилось, но ты знай, что мы рады тебя ты здесь видеть! – сказала Бри.

– Да уж, не ожидал, что у меня такие милые сестры, но не уверен насчёт Бри. Мои проблемы давайте пока отложим, не хочу омрачать свой приезд.

– Да уж, Бри, ты совсем заигралась с отцом в свои игры, думаешь, он не знает, что ты и зачем делаешь, доиграешься до того, что он выдаст тебя за муж за баронета Керика.

Бри сразу помрачнела и ткнула пальцем в Бет.

– Это всё из-за тебя и твоего Лариэля, сестрица.

– Я не виновата, что люблю его, таким, какой он есть, а он любит меня!

– Не ссорьтесь, девочки! А что там с этим Кериком? Мне он совершенно не понравился, я бы не хотел видеть тебя с ним, Бри, да и ни одну девушку не хотел бы, если честно.

Обе засмеялись, и Бет начала рассказывать:

– Понимаешь, Бранд, мой отец очень сильно любил нашу мать, и она просила его не выдавать нас замуж против воли. Мне он дал добро на любой брак, только лишь бы с благородным. Но когда я встретила Лариэля, он ему совсем не понравился. Но ты сам подумай: мой Лари любит музыку, искусство, поэзию, цветы. А отец – мечи, копья, охоту и эль. Понятно, что они не сойдутся. А тут старший сын нашего графа Терн положил глаз на Бри и стал настаивать на помолвке. И граф тоже с отцом разговаривал. А Бри этого Терна с детства терпеть не может, и он как будто специально не замечал и всё настойчивей к ней лез, и отказов не принимал. И тогда знаешь, что она придумала? Стать баронским палачом! Когда Терн увидел, как она кожу с людей живьём сдирает, сразу как отрезало.