Лилия Сурина – Иллюзия защиты (страница 39)

Меня трясло как в лихорадке, в голове полный сумбур, мысли метались, сталкиваясь друг с другом, создавая хаос. Котенок! Я посмотрела на шар, что держала в своей руке, разжала ладонь. Сердечко взмыло ввысь. Вот и все! Ноги не держали меня, я прислонилась к какому-то шесту и вдруг провалилась куда-то. Упала на что-то мягкое, больно не было, просто напугалась. Я поняла, что оказалась в шатре, было темновато, только справа островок света, там горели свечи.

- Ну вот и ты! Я тебя полдня жду сегодня, – мне подали руку, помогая подняться. Я посмотрела в лицо женщине и отшатнулась. Это была та самая цыганка, что не сводила с меня глаз. – Да ладно, не шарахайся так, я не враг тебе. Скорее наоборот.

Держа меня за руку, красавица подвела меня к креслу у небольшого столика, заставленного свечами, и усадила в него. Я обернулась, ища глазами выход.

- Я пойду… спасибо, что помогли…

- Сиди! Разговор есть, - голос у женщины был строг, даже властен. Ее темные глаза мерцали в свете свечей, притягивая меня. Красивые глаза, как у лани, большие и влажные.

- Вы мне погадать хотите? – догадалась я. – Но у меня нет денег, чтоб заплатить вам. Да и не верю я…

- Я знаю. Гадать не собираюсь. Скажу, что должна, а там сама решай. Внимательно слушай, объяснять некогда. Все что видела и слышала выбрось из головы. Сатана шутит. Мужчина, что рядом с тобой, предназначен тебе судьбой, он твоя половина. Ты должна верить ему, он никогда тебя не предаст. Любит тебя.

- Ну да! Так любит, что десять минут назад ворковал по мобильнику с котенком и обещал любимой бриллиантовый браслет с колечком. Да он со мной так ласково не разговаривает! Нет, все! Пора заканчивать этот фарс! Я не знаю, что ему нужно от меня, но… - я стала вставать с кресла.

- Сядь! Сказала – сатана шутит, все в искаженном виде до тебя доходит. Если через три дня не сделаешь, как тебе твой мужчина говорит – потеряешь своего первенца. Из-за глупой ярости своей. Потом всю жизнь себя казнить будешь.

- Я не собираюсь слушать весь этот бред! – тут уж я вскочила с кресла, собираясь уходить. – Какой первенец? Да еще через три дня. Я еще ни разу даже не… ну, у меня…

- Я знаю, что ты девственница, но ты должна поверить мне… - цыганка схватила меня за руку, в ее глазах появилось отчаяние, голос смягчился. – Поверь, девочка, так и будет, если не поверишь в любовь…

- Ладно, ладно… я поверила вам, допустим… мне пора.

- Ты забыла кое-что. Тебе подарок нужен? Я могу помочь, – она подвела меня к другому столику, накрытому цветастым цыганским платком.

- Даже не знаю теперь, нужен ли мне подарок… хотя… да и денег у меня нету, я говорила.

- Отдай мне твое единственное украшение. Поверь, подарок стоит того.

Я в страхе отдернула руку с кольцом, прижала ее к своей груди, пряча колечко от глаз цыганки.

- Не дождешься! Это кольцо мне…

- Я не про кольцо. Оно не украшение, оно твой оберег. Никогда не снимай его, иначе быть беде. Я про крестик с цепочкой. Ты чужой крест несешь, потому и сомнений много в душе у тебя.

- Это единственное, что от мамы осталось, не отдам! – теперь я закрывала от нее цепочку с крестиком.

- Ты должна избавиться от него, крест притягивает хозяина, он тебя найдет, куда бы ты не спряталась.

- Какого хозяина? Крестик моей мамы.

- А кто его ей подарил знаешь? Первый мужчина твоей матери, тот, который окропил ее девственной кровью простыни. Тот с чьим именем на устах она умирала, кого беззаветно любила всю жизнь.

- Не мой отец? – цыганка покачала головой, протянула ко мне ладонь. – Си… Сироткин? – я вспомнила, как банкир смотрел на крестик в тот день, когда я ходила к нему просить за коня. Он узнал его тогда!

Я торопясь сдернула цепочку с шеи, он вдруг стал мне омерзителен, этот крестик. Без жалости кинула его в протянутую ладонь.

- Теперь смотри, я уберу платок, и ты выбери вещь, которая привлечет твой первый взгляд, – она сдернула платок, на столике были разложены украшения, кулоны на цепочках, колечки и браслеты. Мой взгляд привлек один кулон. Это была серебряная подкова, в середине которой сверкал камень, такой же как в моем кольце – аквамарин. Я протянула руку и взяла его вместе с серебряной цепочкой, которая так красиво была переплетена, черное с белым.

- Сегодня ночью наденешь сама подарок на шею любимому, сделай так, чтобы свет луны озарял вас в тот момент. Это будет оберегом ему, видишь – белое серебро переплетается с черным серебром. Вечная борьба добра со злом. А подкова приносит удачу. Тебе ли не знать, сколько раз уже подкова спасала тебя, – цыганка откинула черные блестящие волнистые волосы назад, улыбнулась мне. - Все, иди… не разбивай сердце своему мужчине, оно у него слишком ранимое. Он уже с ума сходит, ищет тебя.

77.

Я не могла вымолвить ни слова. Вот откуда она все знает? У меня еще один вопрос имелся.

- Раз ты все знаешь, скажи, выйду ли я за него замуж? У нас в следующую субботу свадьба…

- Дай мне руку левую… - красавица несколько минут смотрела на мою ладонь, а потом грустно покачала головой. – Нет, не вижу скорой свадьбы… нет обручального кольца. Запомни – заявление в Загс должны вы сами подавать, а не родные, кольцо нужно на помолвку покупать, а не дарить то, которое по роду передается. Это оберег, а не колечко на помолвку. И платье подвенечное только ты сама должна покупать. А у вас все наоборот, все неправильно… иди Ева, мы встретимся еще, а сейчас тебе пора.

- Мое имя знаешь, а как тебя зовут?

- Узнаешь, коли захочешь! И не снимай кольцо, иначе не вернешься, пройдешь точку невозврата, тогда все напрасно…

- Откуда не вернусь, что за точка? – я подняла глаза от миниатюрной подковы, но рядом никого, только смех, словно звон нежного колокольчика раздался из-за полога шатра. Я повернулась и вышла наружу. На улице наступили сумерки, фонари зажигались уже. На меня налетел Тим. Он был очень встревожен, просто сумасшедший какой-то.

- Ева! Я везде искал тебя, ты куда пропала? Разве так можно, я чуть с ума не сошел, – он тряс меня за плечи, потом так прижал к себе, что я задохнулась. На меня такое умиротворение снизошло, я решила ничего не говорить любимому. У меня еще есть несколько дней, прежде чем он вернется к Любе, к котеночку своему. Так вот эти три дня мои, я не отдам их никому, тем более Зябликовой.

- Ну чего ты разволновался? Я здесь, с тобой! – я нежно погладила Тимошу по лицу, прикоснулась к его губам. – Я так люблю тебя, прямо невыносимо!

- Ты гадать ходила? «Ясновидящая Ясмина», - прочитал он на вывеске. Я тоже посмотрела. С вывески мне улыбалась моя недавняя знакомая. Красавица!

- Да, к Ясмине ходила… подарок тебе искала, но подарю завтра, пока секрет.

- Ну я же просил не заморачиваться! Мне хватает твоей любви, я просто умираю от счастья, держа тебя в своих руках. Не нужны мне подарки. Мне ты нужна, любимая…

- Так, все! Нас ждут, идем. И так опоздали уже.

Максим с Ритой уже ждали нас за столиком, поужинали, поговорили. Мы с Тимом отвечали на многочисленные вопросы, в конце ужина любимый пригласил друзей в ресторан завтра, отметить его день рождения. Те в свою очередь пригласили нас в кино после ресторана, на 3d фильм. Отлично, давно хотела попасть на такой фильм. Потом Макс подбросил нас на своей машине до дома, в гости к нам не захотели, Рита устала, три дня на ногах, почти не отдыхала.

Мы не стали входить в подъезд, Тим потянул меня за угол дома. Там переливался огнями круглосуточный супермаркет.

- Я куплю кое-что, ты подожди меня, я быстро, – он собрался оставить меня у кассы, но мне тоже кое-что нужно. О чем я сказала ему. – Скажи, что надо, я куплю.

- Нет, ты мне дай немного денег в долг, я отдам дома. Рублей сто, больше не надо.

- Ева, я готов тебе все отдать… но у меня карта, наличка закончилась. Пойдем вместе, возьмешь все, что нужно. Только не говори больше, что в долг… обидно, ты моя почти жена, – Тимоша потянул меня за руку.

- Вот именно – почти! И… ладно, я потом, завтра в магазин схожу, не к спеху пока. Иди, я подожду, – сказала, а сама подумала, что если не куплю то, что нужно, завтра может быть поздно. Но мне стало так неловко. Ну не могу я при парне покупать средства гигиены, в данном случае прокладки. Пусть он мне муж, без пяти минут… Но мне очень надо… и что делать? Ведь завтра или послезавтра наступят эти дни, по графику.

- Так, пошли давай. Тебе нужно что-то, а ты смущаешься, кажется. Вроде я догадываюсь…

78.

Ох-х, ну ладно. Мне привыкнуть нужно, что мужчина будет знать о моих критических днях, потом все равно не спрячешь. Хотя, я о чем? После услышанного сегодня пора прекращать строить иллюзии. У меня всего три дня… Вдруг у меня создалось ощущение, что на меня надвигается что-то страшное, угрожающее, от чего нет спасения. Как айсберг, который раздавит меня, как хрупкую букашку. Я подошла к полке с прокладками и схватила те, что подешевле.

- Значит я был прав насчет пмс? Когда ждешь? И, я думаю, другие будут надежнее и удобнее, – Тим забрал у меня сине-голубую упаковку, положил ее на место. И бросил в корзинку две, по гораздо большей цене. – Вот, теперь правильно. Так, когда у тебя эти дни?

- Ээ-м… зачем тебе знать? Это, вообще-то личное…

- Я, вообще-то, тоже личное – муж… ну будущий… я должен знать твой график.