Лилия Орланд – Убежать от дракона (страница 25)

Тогда Мария вновь уткнулась в свою тарелку, надеясь, что ужин скоро закончился, и её отпустят в свою комнату.

37

Тарэн поднялся из-за стола, объявляя этим, что ужин закончен. Мужчины поднялись вслед за ним. Они по-прежнему почти не разговаривали, словно ждали, когда девушка уйдёт, чтобы обсудить свои суперсекретные дела, которые, разумеется, не должны достигнуть женских ушей.

Но Маша не расстроилась из-за этой секретности, напротив, вздохнула с облегчением. Наконец-то эта пытка завершилась. Она бросила на хозяина замка вопросительный взгляд, и он кивнул. Отлично. Теперь можно уйти в свою комнату.

Девушка, не глядя на гостей, присела в реверансе и заспешила к выходу. Хотелось оставить их всех позади и закрыться в своей спальне, чтобы прочесть наконец книгу, написанную её отцом.

Но радовалась она рано.

Едва Маша свернула за угол, её ухватила за локоть сильная мужская рука. Девушка только и успела сделать прерывистый вдох, как вторая рука закрыла ей рот.

Мария испуганно затрепыхалась, но знакомый голос прошептал:

– Не кричи, я ничего тебе не сделаю.

Она активно закивала головой, давая понять, что услышала его. Всё-таки не слишком комфортно ощущать себя совершенно беззащитной, полностью находящейся в чьей-то власти.

Айдэн Ларан отпустил её и встал напротив.

– Смотрю, ты тут неплохо устроилась, – его голос сочился желчью. – Думаешь, быть женой любого из этих Истинных лучше, чем моей? Надеешься что-то выиграть?

– Я не хочу быть женой никого из них! – возмутилась Маша его обвинительному тону. С какой стати он, вообще, смеет её в чём-то обвинять?

– Тогда почему ты сбежала от меня?! – Марии показалось, что он зарычал, и вроде бы зубы у него во рту начали вдруг увеличиваться в размерах.

– Я не убегала от тебя… – Девушка в ужасе распласталась по стене. Её хватило лишь на какой-то писк.

Но Айдэн уже взял себя в руки.

– Тогда что же произошло по пути в мою усадьбу? Почему, когда я отправился встречать карету, тебя в ней уже не было?

Но Маша уже поняла, что он ничего ей не сделает, и перестала его бояться, тоже перейдя на обвинительный тон.

– Я не знаю, что там произошло, потому что потеряла сознание. Наверное, от страха, когда упала в пропасть! Но я знаю точно, что ничего этого бы не случилось, если б ты не оставил меня одну на полпути к своей дурацкой усадьбе и не сбежал куда-то! – от возмущения, что мужчина смеет её ещё в чём-то обвинять, Мария не заметила, как и сама перешла с ним на «ты». В данный момент она была слишком зла, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

– Я не хочет тебя оставлять, но дядя вызвал меня. Пока он замещает короля, все вынуждены ему повиноваться. Но дай только… – он вдруг испуганно замолчал и заозирался по сторонам, понимая, что едва не проговорился перед девчонкой.

– Не бойся, – усмехнулась Маша, – я никому не расскажу о твоих революционных планах. Только отпусти меня.

Айдэн с удивлением заметил, что снова схватил девушку за руку. Он тут же отпустил её и сделал шаг назад.

– Я постараюсь одержать победу на турнире, чтобы ты принадлежала мне одному, или же никому не достанешься, – пообещал он, развернувшись, чтобы уйти.

– Почему Тарэн позвал тебя? – Маша вдруг вспомнила подслушанный разговор. Ведь брат короля и задумал всё это, чтобы она не досталась именно его племяннику.

– А он и не звал, – Айдэн усмехнулся. – Но не все Истинные преданы ему так, как он думает. Готовься, как только турнир завершится, ты вернёшься в мою усадьбу. Или нет… Я лучше отнесу тебя в свой дальний замок, к нему уж точно никто не сможет подобраться. А оттуда никто не сумеет выбраться…

Он подмигнул Маше, отчего ей стало не по себе. Уж лучше бы он держался по-прежнему отстранённо.

Всё-таки нужно бежать до окончания этого дурацкого турнира. Потом победитель, кто бы им ни стал, уже не позволит ей ускользнуть.

Мария осмотрелась по сторонам, чтобы понять, где именно находится. И вдруг обнаружила, что стоит прямо перед своей комнатой. Надо же, а она и не заметила, как Айдэн привёл её в знакомый коридор.

Девушка прошла внутрь комнаты. Затем закрыла дверь, задвинула щеколду и повернула ключ в замке на полтора оборота, оставив его внутри, чтоб никакой незваный гость не смог пробраться к ней ночью. И лишь убедившись, что находится в безопасности, Маша забралась под кровать и вытащила оттуда рюкзак.

Достала из него книгу и положила на столик у окна. Узкая форточка была приоткрыта, снаружи веяло вечерней прохладой.

Уже стемнело, поэтому прежде, чем зажечь свечу, девушка задёрнула плотные занавески. Конечно, за окном была пропасть, а вдоль стены шёл лишь узкий декоративный выступ. Но с этими крылатыми гадами лучше перестраховаться. Кто знает, вдруг кому-то из потенциальных женихов захочется заглянуть в её окно. А тут она изучает литературу для подготовки побега. Вот весело-то будет. Точнее весьма печально для неё.

Главное, не забыть перед сном закрыть форточку. Девушка поставила себе зарубку на память и обратилась к книге.

Маша листала тонкие, истёршиеся страницы с засаленными от частого использования краями.

Многого она попросту не понимала. Натэн часто использовал незнакомые ей формулы и ссылался на неизвестные труды неведомых авторов.

Но главное, она сумела понять – возможность открыть портал с этой стороны всё же есть. Правда, она была исключительно теоретическая. Для этого требовались столь невыполнимые условия, что можно было и не рассчитывать. Поэтому гораздо проще будет найти тот портал, что её отец пропустил и не запечатал магией.

А она была уверена, что такие остались. Ведь порталов было столько, что все женщины этого мира ушли за одну ночь. А значит, у Натэна Варда ушло бы не одно десятилетие на то, чтобы их все запечатать.

Хотя Маша понимала, что у неё самой на поиски могут уйти месяцы, если не годы. А столько времени истинные ей вряд ли предоставят. Скорее всего, как только станет известно о её побеге, вдогонку бросятся все потенциальные женихи.

Маша только надеялась, что у них нет каких-нибудь особых средств слежения, как у нашего спецназа. Потому что в этом случае ей не стоит даже дёргаться, ведь шансов на удачный побег всё равно никаких.

Она ещё раз перечитала условие для открытия портала. И вздохнула.

Для этого нужен был истинный, что зажжёт внутренний свет в своей паре. И он должен будет, используя её пробудившуюся силу, распечатать портал своей магией и отпустить свою половинку в другой мир, оставшись здесь одиноким навсегда. Потому что свою истинную пару можно встретить только раз в жизни. Да и то далеко не каждому.

Ну и кто, скажите, пожалуйста, из этих махровых эгоистов согласится на подобную жертву во имя любви?

38

Маша долистала книжку до конца, хотя больше ничего полезного для себя не выявила. Всё-таки это была научная работа исследователя, а не художественное чтиво.

Поэтому она спрятала книжку в рюкзак под кроватью, а сама переоделась в длинную ночную рубашку и забралась в постель. Мария задула свечу и лежала в полной темноте. Сон не шёл. Девушка думала о своей маме, пыталась представить их отношения с отцом, когда они жили вместе. Размышляла о том, как сложилась бы жизнь их семьи, если б женщины тогда не ушли. Какой она сама была бы сейчас?

И когда она вернётся (именно «когда», а не «если»), сможет ли вновь стать прежней, беззаботной Машей? Учиться в университете, ходить с подругами в клубы, выйти когда-нибудь замуж, родить детей и не вспоминать о том, что была в другом мире, не думать, а как могло быть иначе…

В детстве Машу очень заботил вопрос, как справилась с подобной проблемой Венди. Ведь после встречи с Питером Пеном она должна была измениться навсегда. Но она выросла, вышла замуж и родила своих детей… Разве не должны были подобные приключения безвозвратно изменить эту девочку? Или взрослая скучная жизнь всегда сильнее любых приключений?

Маша подумала, что и сама размышляет уж слишком «по-взрослому», наверное, это уже есть признак происходящих с ней перемен.

А потом она уснула. И летала во сне над крышами домов с кем-то, очень похожим на Радэна…

Разбудил её резкий скрип оконной створки. Маша замерла и, вместо того чтобы вскочить и разоблачить ночного гостя, или, наоборот, убедиться в его нереальности, почему-то накрылась с головой одеялом.

Наверное, это её размышления о Питере Пене и Неверландии разбудили в ней детские страхи. Тогда Маша была убеждена, что от ночных монстров лучше всего прятаться под одеялом, ведь там – самое безопасное место.

Мария прислушалась, попутно вспоминая – закрыла она форточку или нет. Было тихо. А вот насчёт окна она сомневалась.

Девушка продолжала вслушиваться, пытаясь различить малейшие звуки. Но от перенапряжения у неё зазвенело в ушах.

Маша начала нервничать. Она боялась встать с постели, потому что в комнате было темно. И боялась оставаться под одеялом, так как отсюда ничего не было видно. И от этого затянувшегося ожидания неизвестного, того, что могло скрываться в темноте, громко стучало сердце, а ладони стали влажными.

Внезапно в тишине Мария явно различила шаги, приближавшиеся к ней. И, кажется, это уже была не фантазия.

Вот заскрипели доски пола. Кто-то направлялся прямо к кровати. Девушка вжалась в подушку и замерла, надеясь, что останется незамеченной.