Лилия Бланш – Рыцарь Венеры (страница 26)
— То есть директор Келлер держит это в секрете, — уточнила я. Инопланетянка промолчала. Да уж! Высшая степень нейтралитета по отношению к внутренним делам другой планеты. — Ладно, я понимаю, что обсуждать нельзя.
— Тот факт, что мозг управляет функциями всего тела, на Земле только ещё начали изучать. Уже говорят про то, что позитивное мышление может менять даже состав крови. Ты слышала об этом?
— Что-то слышала, — слышала и, честно говоря, считала полным бредом. Особенно, когда читала про то, что женщина каким-то образом привлекает несчастную любовь определённым образом мышления.
— Хранители всегда рождаются в счастливых семьях, — продолжила Вивиан. — Всегда взаимная любовь, отсутствие серьёзных материальных трудностей…
— Фигня! Мои родители — обычные люди, мы жили втроём в двухкомнатной квартире, потом я начала работать, и мы совместными усилиями взяли мне однушку в ипотеку, которую выплачивать ещё лет десять!
— Я изучала твоих родителей.
— Что? Как… как ты могла их изучать?
— У БРИЗ есть доступ ко всему, даже к образцам крови, которые попадают в медицинские учреждения. Так вот, химический состав крови твоих родителей утверждает, что они — люди, полностью удовлетворённые своими жизненными обстоятельствами. Они хотели всего одного ребёнка, ты получила высшее образование, у вас всех есть жильё и работа. Согласно их системе ценностей этого достаточно, чтобы быть полностью счастливыми. В вашей семье не было серьёзных скандалов, каждые выходные родители уделяли тебе достаточно внимания. Теперь возьмём тебя, Кристина. Твою систему ценностей. Допустим, ты выйдешь замуж за Зорина, а ребёнка родишь от Марса. Как ты будешь чувствовать себя в этом случае?
Я потрясённо молчала. Ну… в моей системе ценностей таких выкрутасов судьбы точно заложено не было. Вив права. У меня перед глазами был идеальный образец семьи и пример того, как маленькая семья и небольшие жизненные достижения полностью всех устраивают, что сама я мечтала лишь об одном — выйти замуж и родить парочку детишек.
— Хочешь сказать, даже если я рожу ребёнка от Марса, он не станет Хранителем только потому, что я не буду полностью довольна сложившимся порядком вещей? — хмурясь, спросила я.
— Примерно так, — ответила инопланетянка.
— Поэтому директор БРИЗ разрешил Зорину отношения со мной…
Вивиан промолчала.
— В мою систему ценностей всё равно не вписывалось становиться Хранительницей порталов, и я уж точно совершенно не ощущаю себя счастливой сейчас. Рожать ребёнка, зная заранее, что у него не будет права выбора в жизни, и он обязан стать Хранителем Земли, тоже перспектива не самая радужная.
— После синхронизации ты постепенно придёшь в согласие с той целью, для которой рождена, а вот вызывать в тебе неприязнь к Марсу директор не хочет. Ясно же, что, если навязать тебе его общество, зарождению взаимной любви это не поспособствует.
— Значит, отношения с Рыцарем Келлер разрешил в надежде на то, что они не сложатся, а я рано или поздно обращу внимание на Марса.
— Видимо так.
Нечто подобное, честно говоря, я и подозревала. Интересно, а если надежды директора не оправдаются? Если отношения с Зориным сложатся, что тогда?
В дверь постучали, Вивиан дала разрешение войти, и мы увидели Грегори Райана.
— Доктор Т’хэар, у вас ещё десять минут. Леди Венеру ждёт Зорин, а нас с вами вызвал Келлер. Через двадцать минут должны быть у него.
Вив кивнула, а меня захлестнула волны чужих эмоций: нежности с одной стороны и неприязни с другой. С интересом взглянула на Грегори Райана, пытаясь разглядеть капитана прежде, чем тот успеет исчезнуть за дверью. С точки зрения земных женщин, капитан — достойный образец мужского пола. Боже, в кабинете Вивиан, я начинаю рассуждать как какой-то учёный! Или может, чувства инопланетянки влияют на мои суждения?
Дверь за капитаном уже закрылась, и доктор сказала:
— Дай угадаю, ты поймала мою мысль?
— Достойный образец мужского пола?
— Да, но мои чувства вызваны совсем не этим. Напоминаю, что я с другой планеты, и там приняты другие параметры для оценки самцов.
— Чем же тогда? — полюбопытствовала я. — У меня возник вопрос, неужели тебе нравится то же, что и земным женщинам.
— Здесь другое, — голос инопланетянки слегка дрогнул. — Это
— ЧТО? — я прямо ощутила, как мои глаза округляются от непонимания.
— Переводится примерно, как единение душ, — пояснила Вивиан. — У вас это понимается, как половинки.
Я понимающе промычала. Про две половинки одной души слышали все, и я, как истинно романтичная натура, безусловно верила.
— Мироздание — это сложная система со специфическим чувством юмора. Оно часто дарит единение душ тем, кто не может быть вместе по многим причинам.
— Как Ромео и Джульетта? — спросила я прежде, чем успела подумать о том, а знакома ли инопланетянка с земным литературным творчеством, да ещё таким древним. Однако, Вивиан оказалась более чем осведомлена.
— Да, это были Марс и Венера, которым не суждено было произвести Хранителя Земли.
— Серьёзно? То есть… ты не шутишь?! Они действительно существовали.
— Да. Вообще Марс и Венера часто становились участниками трагической любви. Почитаешь историю БРИЗ, много интересного узнаешь. Притяжение между ними практически непреодолимо… Я пришлю тебе Историю Хранителей Земли.
— Спасибо, но почему если у вас с Райаном настоящее единение душ, он тебя так ненавидит?
— Потому что в его систему ценностей не вписываются чувства к инопланетянке. Тем более, такой как я.
Вивиан тронула пальцами перламутровую кожу своей щеки.
— По-моему, ты безумно красивая!
Инопланетянка не сдержала улыбки.
— В твоей системе ценностей, другой — не значит, плохой, а вот агентов БРИЗ воспитывают по-другому.
— Разве их не готовят к тому, что придётся иметь дело с инопланетянами?
— Их готовят к тому, что от инопланетян нужно защищаться, — прозвучал тихий ответ, и в этот момент в дверь постучали.
Глава 22
За дверью кабинета нас ждали Зорин и Райан, тихо переговариваясь.
В первое мгновение, я даже не поняла, почему происходящее мне кажется подозрительным. Потом осознала! Агенты мирно разговаривали. Мирно! Не повышали голос, не смотрели друг на друга волком, а просто вели беседу. Не к добру это. Мысль додумать не успела. Райан и Вивиан ушли, оставив нас втроём: меня, Александра Зорина и неловкое молчание.
В лифте мой взгляд так и тянулся к мужественным губам агента, а я старательно его отводила в сторону, и даже успешно. Увы, это не могло снизить градус напряжения, царившего в замкнутом пространстве стеклянной кабины.
В вестибюле Алек неловко помог мне надеть зимнюю куртку, а я попала в рукав не с первого раза, поэтому, едва застегнув молнию, чуть ли не побежала вперёд, чтобы как можно скорее покинуть душное здание.
У выхода Зорин перехватил меня за талию и развернул к себе лицом.
— Что?! — получилось резковато.
— Шапку забыла надеть, — растерянно ответил агент, натягивая на меня вязаный головной убор с пушистым меховым отворотом.
— Мне же идти только до машины, — буркнула я, убирая волосы, попавшие на лицо, только чтобы создать видимость занятости и не думать о том, что от внезапной близости трудно дышать, сердце бьётся как сумасшедшее, а в чувствах агента ко мне до сих пор остаются сомнения. Почему-то начинал безумно злить тот факт, что о моём отношении к Зорину известно даже директору БРИЗ.
— Доктор сказал, что организм подвергся стрессу и следует избегать малейшего риска подхватить простуду.
— Я в состоянии сама надеть шапку, Зорин.
Каждое слово выходило колючим как ощетинившийся ёжик. Сдержать внезапно накатившую злость не получалось совершенно. На желанных губах появилась мягкая улыбка.
— Я знаю. Просто… Ладно, пойдём.
Меня развернули лицом к выходу и, зачем-то взяв за руку, повели к машине.
В машине лучше не стало. То же замкнутое пространство, только движущееся. Внутри душно и меня сводит с ума свежий мужской аромат. Я даже не могла понять, чем именно пахнет — туалетной водой, гелем для бритья, может быть просто мылом и чистой одеждой, которая на Зорине почему-то вообще не пачкается, но каждый новый вдох заставлял кровь бежать по венам так быстро, что я ощущала покалывание на кончиках пальцев.
Словом, недолгая дорога до моей новой квартиры показалась бесконечной, а закончилась до обидного внезапно.
Не знаю, ощущал ли нараставшее напряжение Алек, но пока он открывал дверь в квартиру я уже не понимала, чего хочу больше: чтобы прижал к себе и поцеловал или чтобы просто ушёл, оставив одну.
— Если понадоблюсь — я в соседней квартире, — напомнил агент, вкладывая в мою ладонь ключи.
— Угу, — ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.
— Звони, если захочешь чего-то.
— Угу, — я расстегнула молнию куртки, всем видом показывая, что мечтаю поскорее войти и даже сделала шаг в сторону квартиры.
— Кристина…