Лилия Бланш – Рыцарь Венеры (страница 25)

В комнату вошёл Зорин с подносом, и стройная логическая цепочка мыслей прервалась.

— Доброе утро, соня, — с мягкой улыбкой на чувственных губах поприветствовал он, ставя передо мной поднос.

Ладно, к агенту тянет ещё и физически. Сильно. Просто он в моём вкусе, а тут ещё стрессы, синдромы, а он мой защитник… Так, если я начну анализировать причины своих симпатий, то свихнусь точно. Зорин мне нравится, ай ладно, будем честны, я в него влюблена по уши. Просто не знаю, как строить отношения со своим охранником — об этом и поговорю с Вивиан. В конце концов, она доктор психологии или где? то есть кто?

— Как самочувствие? — мужские пальцы заправили за ухо мой длинный и, насколько я успела заметить, ужасно растрёпанный локон.

— Неплохо, — улыбнулась я в ответ, с трудом подавляя в себе прилив нежности.

— Ты завтракай, собирайся, а мне нужно отдать пару распоряжений ребятам. Сразу поедем к Келлеру.

— Хорошо.

Завтракала быстро, собиралась ещё быстрее. Умылась и причесалась, стараясь не смотреть в зеркало, чтобы не сильно расстраиваться. Пора леди Венере как-то пройтись по магазинам что ли и прикупить укладочных средств. Где-то в квартире Добровольских должна была остаться банковская карта. На ощупь чувствую, какие они растрёпанные.

В машине Алека я всё же позвонила маме и узнала следующее. Настя и Варвара никогда мне не простят того, что я молча сбежала в Москву с Александром Зориным и что я «зараза такая». Мама уже была в курсе, что я остаюсь жить и работать в Москве, но настаивала, чтобы я познакомила их с папой со своим «молодым человеком».

— Зорин, это что значит? — возмутилась я.

— Корольков мне звонил, приглашал на пиво, — спокойно ответил Алек, даже не повернув головы. — А твои подружки додумали остальное. Настя позвонила и начала допрашивать меня. «Зорин, будем мыслить логически. Факт первый, Криська влюбляется в тебя без памяти. Факт второй, внезапно уезжает в Москву к каким-то друзьям. Факт третий, ты впервые отказываешься пить пиво с моим мужем и на работе тебя тоже не видели. Признавайся, вы вместе с Сорокиной в Москву свалили?!»

Алек так забавно передразнивал командирский тон Анастасии Корольковой, что я не могла не улыбнуться.

— И что дальше?

— Ничего. Я признался. В принципе, легенда складная. К тому же, пост Рыцаря Венеры при любом раскладе отдадут другому агенту, так что я могу играть роль твоего парня даже для отвода глаз.

Почему-то от последней фразы, сказанной шутливым тоном, на душе кошки заскребли. Правда я не успела понять от чего: от слов, что Рыцаря Венеры заменят на другого, или от слов «играть роль парня для отвода глаз». Автомобиль Зорина въехал на парковку центрального офиса.

* * *

Директор БРИЗ мне не понравился. Совсем. Вот совсем-совсем не понравился. Как и его кабинет. В отличие от этажа, где совещались члены Солнечного Совета и где царило открытое пространство, панорамные окна, деловая и оживлённая атмосфера, кабинет Джека Келлера находился чуть ли не в подвале. Как мне объяснил Алек, это необходимо, чтобы директор находился ближе к подземным этажам. Там проводились исследования, разрабатывалось оружие, разные гаджеты, ну и самое главное, располагалась тюрьма БРИЗ.

Словом, кабинет директора находился на минус первом этаже, дорога к которому лежала через длинный коридор с холодным искусственным освещением, а матовые стены из какого-то тёмного металла делали пространство бесконечным и по-настоящему жутким.

Я уже молчу про самого Джека Келлера. Странный тип. Здоровый мужик, ростом более двух метров, с широкими плечами и огромными ручищами. Ощущение, что он ими проштрафившимся подчинённым головы откручивает. Я поежилась от подобного предположения.

Холодный взгляд исподлобья, тяжёлый подбородок, сжатые губы.

Больше всего мне не понравилось ощущение, которое я испытала своим эмпатическим радаром. Келлер не закрывался от меня никакими гаджетами, как Зорин, но от него исходил… холод. Даже не так, эмоции директора, если таковые имелись в наличии, закрывала от меня бесконечная ледяная стена.

В общем, не поняла своих ощущений, поскольку я всего-навсего новичок в эмпатии, но они совершенно точно мне не понравилось. Сильно.

— Рад познакомиться, леди Венера, — приветствовал меня директор, поднимаясь с кресла и пытаясь изобразить на жёстком, даже жестоком лице улыбку. Лучше бы не пытался! От его кривой улыбки у меня мурашки по коже побежали, и я инстинктивно схватила Зорина за руку. Видимо, агент понял, какое впечатление на меня произвёл директор, потому что тут же сжал мою ладошку в своей. Тепло руки Рыцаря немного успокоило, и я нашла в себе силы ответить.

— Взаимно, директор Келлер.

— Агент Зорин сказал, у вас состоялась беседа с этоллийским бандитом. Слушаю, очень внимательно.

Пока я пересказывала детали встречи, на лице директора не отобразилось ровным счётом ничего.

— Что ж, леди Венера, если этоллиец ещё раз посетит вас, передайте, что БРИЗ не станет преследовать его, если он сдержит обещание.

Кивнула в ответ, желая как можно скорее покинуть негостеприимный кабинет, а если точнее — весь этот жутковатый этаж!

Оказавшись снова в машине Зорина, я, наконец-то, смогла вздохнуть полной грудью и задать интересовавший меня вопрос.

— Он, что, действительно не станет ловить Каэлдара?

— Крис, речь о бандите, известным на всю вселенную, который каким-то образом заполучил универсальный ключ, открывающий любой портал в Солнечную систему. — Ответил Зорин, заводя мотор. — Сама-то как думаешь?

Я кивнула. Конечно, нельзя оставлять без внимания такого опасного типа с универсальной отмычкой в руках, но почему-то директор Келлер вызывал гораздо меньше доверия, чем тот, кого называли «этоллийский бандит».

Глава 21

— Как самочувствие? — с порога поинтересовалась инопланетянка.

— Отвратительно! — ответила я, без приглашения усаживаясь в уже знакомое белоснежное кожаное кресло. — И ваш БРИЗ — отвратительное место!

— Я приносила присягу Межгалактическому Научному Сообществу, то есть директору бюро не подчиняюсь.

— Мне без разницы, — буркнула я, складывая руки на груди. — Ну и как Межгалактическое Научное Сообщество относится к тому, что БРИЗ использует своих агентов для подкормки порталов?

— Так же, как и к тому, что хищники питаются мясом, — ответила Вивиан. — Философски. Как необходимый этап развития в истории бюро и Земли в целом.

— А не желает ли МНС изучить ту боль, которую испытывает человек во время этого исторически необходимого действия? Хотя бы с научной точки зрения? Я могу предоставить данные! Есть у вас там эмпаты, способные воспринять переданную информацию и обработать её?

Умом я понимала, что вины доктора Т’хэар в происходящем в БРИЗ нет никакой, но выплеснуть свой гнев, боль и горе хотелось. Пришла в себя я только, осознав, что угрожающе приподнялась в кресле и до боли сжала подлокотники.

Инопланетянка сидела напротив меня всё с тем же невозмутимым видом, держа на коленях прозрачный рабочий планшет.

— Покажи мне, — спокойно ответила Вивиан, даже не дрогнув в ответ на мою ярость.

— Как? — немного успокаиваясь, спросила я.

— Тебе придётся прожить этот момент снова, а я считаю.

Я прикрыла глаза, пытаясь погрузиться вновь в ужасный момент смерти агента, но не смогла. От напряжения заболела голова.

— Перестань, — мягко сказала Вивиан. — Твоя психика выставила защитный блок вокруг этого события.

— Но я хочу показать тебе! Хочу, чтобы все знали, насколько это невыносимо больно.

Инопланетянка смотрела меня так… В её взгляде мне почудилась печаль, и я внезапно вспомнила, что в момент моей собственной синхронизации доктор Т’хэар находилась рядом, а когда всё закончилось кожа Вивиан напоминала лохмотья.

— Тебе, — мой голос задрожал, — тоже было невыносимо больно?

— Ощущения не из приятных, — подтвердила она. — Я хотела бы сверить наши с тобой впечатления.

— Но… Хранители этого не испытывают. Нам становится как бы всё равно… Нет ни боли, ни страха, в момент синхронизации нет ничего, словно я умерла.

— Ты — Хранитель генетической памяти первых создателей и защитников порталов. Ты — другая.

— Не думала, что настолько. Слушай, а во вселенной есть что-нибудь типа ООН? Кто-то вмешивается, если на какой-то планете происходит нечто не соответствующее определённым нормам?

Вивиан покачала головой.

— Увы, вселенная по своему развитию скорее близка к земному Средневековью. У всех галактик свои проблемы, никто не хочет вмешиваться в чужие разборки. Земля и вовсе что-то вроде дикого соседа, которому лучше не мешать развиваться самостоятельно.

— Да, и методы у нас дикарские, — хмуро ответила я, понимая, что всё бесполезно. Никому не пожалуешься, никто не поможет. Директор БРИЗ практически единолично устанавливает правила. — Скажи, хотя бы, эта легенда о том, что Хранитель Земли рождается только в паре Марс-Венера, действительно правда?

— Об этом говорят исторические факты, — уклончиво ответила инопланетянка.

— Ладно. А можно, например сделать Хранителя Земли, ну… в пробирке. Искусственное оплодотворение или как-то так?

Вивиан сделала глубокий вдох.

— Ты задала вопрос, который имеет очень высокий уровень секретности, и должна понимать, что обсуждать то, что я расскажу, нельзя даже с другими Хранителями, поскольку… ваше руководство держит всё это в секрете.