Лилия Бланш – Магитерра 1. Императорская Академия (страница 45)
— Дракон!
— Но их всех запечатали в Лютеции.
— Драконов на свободе не осталось.
— Знаешь, что это значит? — спросил Кетро.
— Что?
— Стена вокруг Лютеции больше не держит этих существ. Они нашли способ проникать за её пределы. Очевидно, пока есть только небольшая щель, иначе уже шла бы полноценная война, но хорошего всё равно мало.
Я промолчала, потому что во все глаза разглядывала настоящего, живого дракона, которого и не надеялась увидеть в своей жизни.
Он был абсолютно чёрным, с красными, светящимися глазами. То рычал, то ругался на каком-то своём языке, бил кончиком хвоста по земле, рыхля землю вокруг. К счастью, весь его хвост оказался в ловушке, как и тело, лишь самый кончик торчал снаружи. И тут я заметила, как лорд Верлен падает, а Марлен обхватывает его за плечи, тормозя падение.
— Что с ним?!
— Скорее всего перенапрягся, защищая щитом всех одновременно, — холодно ответил Кетро. — Не переживай, Марлен о нём позаботиться, она немного владеет целительской магией. Их мать — из рода Кетро. Ревнуешь?
Я повернула голову и увидела насмешку в зелёных глазах.
— Нет, не ревную. Наоборот. Вот бы он обратил внимание на неё!
— Не рассчитывай на это, — отрицательно покачал головой этерн. — Верлен никогда не женится на этернийке, особенно учитывая огромный список всех кавалеров, которые были у Марлен.
— Странно, — задумчиво произнесла я, глядя как заботливо Марлен водит над Адрианом руками, восстанавливая кровообращение и энергетический поток. Я даже увидела зеленоватое свечение, исходящее от её ладоней. — Мне казалось она недолюбливает антропитов, да и о кураторе говорила с презрением.
— Недавно ей взбрело в голову, — ответил Рэм, — что у них с Верленом возникла какая-то симпатия.
— А вдруг и правда? — мечтательно произнесла я.
— Эх, Перье, глупая ты ещё, слов нет. Я видел, как он смотрит на неё и как смотрит на тебя.
— И что? — всё ещё не понимая, посмотрела на этерна. Его лицо выглядело странно, он словно злился и боролся с собой одновременно. Губы кривились, по лицу гуляли желваки, а в зелёных глазах то и дело вспыхивало свечение.
— А то, что по взгляду мужчины можно понять, каково его отношение к женщине.
— М-м-м... Наверное, ты прав. Например, по твоему взгляду сразу видно, как ты ко мне относишься?
— Серьёзно?! — он казался удивлённым.
— Конечно. Я, видимо, очень сильно тебя бешу. Твои постоянно глаза постоянно вспыхивают белым. Каждый раз думаю, что вот сейчас-то ты меня и поджаришь своим смертельным сиянием.
Этерн расхохотался, после чего с улыбкой ответил:
— Ты меня не бесишь, а скорее... выводишь из душевного равновесия. Не бойся, не поджарю. Я себя контролирую.
— И на том спасибо, — выдохнула с облегчением. В чём в чём, а в том, что слову
Звук взрыва заставил нас одновременно повернуться к окну. Там, где только что в энергетической ловушке лежал чёрный дракон, образовалась дымящаяся воронка. Всех, кто был рядом разбросало ударной волной, кто-то включил тревогу и на поле уже бежали целители Академии.
— Он... что... взорвался? — недоумевала я.
— Видимо, — растерянно ответил Кетро. — Отличное покушение, в случае провала — единственный свидетель самоуничтожается.
Глава 20
Феб Трауп прибыл почти сразу же, как лорд Верлен сообщил ему о происшествии, что навело меня на мысль, что делом о покушениях на Адриана занимаются действительно серьёзно. Однако массовых допросов не случилось, поскольку после прошлого раза на Управление внутренних дел Лланарэ посыпались жалобы и судебные иски со стороны родителей пострадавших от методов следствия академистов. Понятия не имею, как узнал мой дедушка, потому что я лично ему ничего не рассказывала, но от графа Фьери жалоба также имелась.
— Что-нибудь выяснилось? — поинтересовалась я чисто из вежливости во время нашего с Адрианом очередного свидания.
— Только то, что призыв дракона осуществили по моей крови. Кто и как раздобыл образец — загадка, откуда взялся живой дракон — тем более.
Надо отдать должное куратору Верлену. Ни на одном занятии он не позволил себе ни на шаг выйти за рамки и относился ко мне абсолютно также как ко всем академистам. На свиданиях я постепенно осмелела и задавала всё больше вопросов, а он на них сдержанно, но отвечал. Хотя поднимать тему методов воспитания юных герцогов я всё же больше не рисковала.
— Где вообще можно было бы раздобыть образец вашей крови? — поинтересовалась я, отправляя в рот ложку ягодного десерта, ставшего любимым после визита в особняк Кетро.
— Только в лаборатории семейного целителя в замке Верлен, — отрезал Адриан. — Хотя у меня нет причин подозревать его, образец на месте, Трауп уже проверил.
— А вы последнее время не получали какие-нибудь раны? Даже незначительные, вдруг кто-то умудрился подобрать капельку крови. Например, вы приложили салфетку к ране, а для вызова на крови ведь много и не надо.
Честно говоря, я говорила, не раздумывая, просто чтобы поддержать беседу, потому что ужинать в молчании просто невыносимо, а лорд Верлен не особенно стремился меня развлекать. Однако реакция куратора на мои слова была примечательной.
— Калерия, ты... ты просто умница! — воскликнул он, а я от неожиданности уронила ложку.
— Что?
В холодных глаза куратора вспыхнули искры, он внезапно тепло мне улыбнулся и даже положил свою ладонь поверх моей... Левое запястье немедленно отозвалось лёгким покалыванием, но я не обратила на это внимание, поскольку впервые видела непроницаемое лицо Адриана Верлена таким живым, даже приятным, а глаза — сияющими.
— Ты и правда умница, — повторил он, улыбаясь. — Я совершенно забыл, что после того случая с отравлением Занин взяла образец моей крови, чтобы изготовить противоядие.
Я вздрогнула, в моей голове вспышкой возникло воспоминание.
— И... у неё оставался образец?
— Да, она попросила разрешения провести исследование, но... — Верлен нахмурился, взгляд снова погас, улыбка сползла с тонких губ, — неужели Занин одна из заговорщиц?
— Лорд Верлен, — прошептала я онемевшими от страха губами. Не предполагала, что произносить обвинения в чей-либо адрес так страшно. — На одном из занятий профессора Таэлар Жоэль Дидье разбил шкаф с образцами крови... случайно.
Куратор посмотрел по сторонам и коротко приказал:
— Больше ни слова здесь. Идём.
Он расплатился по счёту, схватил меня за руку, и мы телепортировались прямо из зала ресторана к зданию Управления внутренних дел Лланарэ.
— Чем могу помочь? — сухо осведомился дежурный на посту охраны таким тоном словно хотел послать нас куда подальше, а вовсе не помогать чем-либо.
— Мы к главному следователю.
— Вам назначено?
— Нет, но сейчас назначим, — отрезал Адриан и активировал режим вызова собеседника на браслете.
— Это Верлен. Стоим в приёмной с Перье, у нас сведения по делу. Хорошо. Теперь назначено, — любезно пояснил Верлен. Дежурный хотел было что-то возразить, но в этот момент завибрировал его собственный браслет. Он приложил палец к уху, выслушал говорящего, после чего пропустил нас с недовольной гримасой.
Кабинет Феба Траупа показался мне довольно мрачным, хотя и потрясающе оснащённым. Чёрные стены, матовые тёмные окна, словно господин следователь терпеть не мог солнечный свет и вообще саму радость. Посреди огромного кабинета стоял огромный сенсорный стол, над которым активирована голографическая карта столицы.
Выслушав мою историю, господин следователь задал вопрос.
— Вы позволите мне самому просмотреть ваши воспоминания?
— Нет! — воскликнула я.
— Исключено, — отрезал лорд Верлен.
С жуткой ухмылкой на лице господин Трауп перевёл взгляд с меня на куратора и обратно.
— Я понимаю, почему Кетро подозревает вас в использовании любовных зелий, леди Перье. Вы оказываете сильное влияние на лорда Верлена.
Удивлённо оглянулась на куратора, но встретила лишь привычный холодно-отстранённый взгляд.
— Я обязуюсь не смотреть никакие другие её воспоминания, Адриан, если она добровольно покажет мне именно этот момент. Я больше ничего не увижу.
На моё плечо внезапно легла рука Верлена.
— Если не хочешь — не нужно.
— Я могу заметить детали, которые упустила леди Перье, — заметил Трауп с лёгкой улыбкой.