Лилия Бланш – Магитерра 1. Императорская Академия (страница 44)

Губы Кетро скривились в ухмылке, он коснулся пальцами лица и произнёс:

— Наконец-то.

— Первая кровь. Дуэль окончена, господа, — с запозданием объявил лорд Сильяэр. Очевидно, правящий никак не мог поверить в подобный исход, как и зрители, которые расходились, шумно обсуждая увиденное.

— Говорю тебе, Кетро поддался!

— Не может быть! Этерну гордость не позволила бы.

— Вообще Верлен был не так уж плох...

— Да что ты несёшь? Антропиту против этерна без магии не выстоять!

— Вот интересно, кто из них победил бы в магической схватке?

— Кэл, ты чего? — кажется Баэлрин звал меня не в первый раз. Голос полукровки раздавался глухо, словно из-за стены.

— Всё в порядке, — прошептала я и, конечно же, соврала.

Со мной что-то было очень не в порядке. В момент, когда клинок Адриана сверкнул у лица Кетро, у меня сердце на мгновение остановилось. Я не могла поверить, что так сильно испугалась за этерна, пусть наша взаимная неприязнь слегка пошатнулась вчера во время совместной поездки. Самое странное — левое запястье пульсировало так сильно, что даже отдавало болью. Что, чертополох подери, со мной происходит?!

* * *

С того дня, когда отношения с Кетро перешли из взаимной ненависти к дружескому сотрудничеству, этерн взялся за меня всерьёз.

Через три дня он принёс костюм, изготовленный мастером Торо. Стилизованный под нашу тренировочную форму, отличался лишь одним — дополняющими его перчатками с обрезанными пальцами. Поскольку костюм был в единственном числе, то Кетро вручил мне ещё и внушительную инструкцию по уходу и содержанию чуда научной мысли.

Я так и не поняла до конца, как удалось создать подобный симбиоз этернийской магии и антропийских технологий, но костюм был новейшей разработкой, применение его в Академии нарушало кучу правил и парочку законов, поэтому оставалось молча пользоваться и восхищаться творением мастера Торо.

Костюм действительно делал мои руки крепче. Потому, что, когда я брала автомат в руки, они больше не дрожали, не дёргались от отдачи. Твёрдо держали оружие, метко стреляли.

— Слушай, я на тебя плохо влияю, — сказала я, удовлетворённо разглядывая прошитую мною в нескольких местах мишень.

— Почему это? — удивился Кетро, нажимая на сенсор, чтобы вывести на линию огня новые цели.

— Мало того, что ты хранишь в тайне мои прошлые преступления, так я тебя ещё и подтолкнула к совершению нового!

— Только не надо себе льстить! Деточка, мы с Алриатом тырили с завода незаконные разработки, когда ты у себя в Бурже ещё только осваивала базовые рецепты!

— Допустим, — согласилась я, вставляя новый магазин с патронами. — Ты меня старше аж на четыре года, допустим, что, когда я в четыре года осваивала базовые рецепты, ты уже в восемь лет что-то там тырил. А сколько лет Малику?

— Двадцать три. Он пошёл в Университет позже, чтобы оказаться на одном курсе со мной. Ты начала варить зелья в четыре года? — удивился Кетро.

— Да. В пять лет я уже сделала первое изменённое зелье.

— Впечатляет... — задумчиво проговорил этерн. — Ты в развитии явно не отставала. Погоди, а читать...

— Читать научилась в два, а в три года прочитала первый рецепт, и сама сварила. Мама была в шоке.

— Как-то слишком быстро для человеческого ребёнка, нет?

Я чуть свой язык не проглотила, но быстро нашлась.

— Просто я гений. Знаешь, был такой композитор на Древней Земле — Моцарт. Он начал играть на клавесине в четыре года, а в пять уже писал свои первые музыкальные пьесы. Я свои первые шаги сделала в лаборатории деда, всё время там сидела.

— Ну тогда всё логично, — не слишком уверенно произнёс Кетро.

— А вы с Маликом прямо лучшие друзья?

— Можно и так сказать. Он почему-то всегда на моей стороне, хотя не могу сказать, что я чем-то это заслужил.

Кроме дружеской болтовни, Кетро упорно пытался меня мотивировать, правда делал это с помощью угроз.

— Перье, замуж хочешь?

— Нет!

— Тогда отжалась ещё двадцать раз! Ты почему остановилась? Замуж захотела?! Ещё пять кругов!

И всё в таком духе. Правда я уже начала воспринимать Кетро совершенно по-другому. Осознала, что за маской язвительности и сарказма прячется очень даже неплохой этерн.

У костюма обнаружились и недостатки, поскольку он поддерживал мои силы я не замечала в нём усталости, но стоило снять чудо магической и технической мысли, как мышцы тут же мстили слабостью. Я буквально падала на кровать.

Теперь перед каждой тренировкой я готовила себе восстанавливающее зелье, чтобы после воссоединения с кроватью дотянуться до тумбочки, выпить его, подползти к столу и сесть за выполнение того или иного проекта.

Несмотря на то, что я освоила все базовые позиции на занятиях по энергопотокам, стала гораздо более гибкой, научилась концентрироваться, ощутить внутренний источник мне никак не удавалось.

Вскоре на занятия остались лишь отстающие вроде меня. Те, у кого источник проснулся, уже отрабатывали создание щита, а некоторые — и применение в бою. Даже те, кто всё ещё посещал аудиторию Верлена уже бросали простенькие и безобидные энергопульсары.

Мне же оставалось лишь наблюдать за их успехами, стоя в позе голубя, треугольника или какого-нибудь архитектурного сооружения.

Я старалась не отрывать взгляда от куратора и выполнять каждое движение в точности, как он, прекрасно осознавая, что внутренний источник пробудить мне это не поможет. Я догадывалась, почему мой источник спит, но проверить теорию на практике опасалась. Занятия по энергопотокам рассматривала, как дополнительную физическую нагрузку и растяжку для мышц.

Кетро надо мной лишь смеялся. Он бросил занятия ещё месяц назад, заявив, что раз его внутренний источник ещё не проснулся, то и вряд ли проснётся, а значит лучше потратить время на то, чтобы отрабатывать те навыки, которые ему доступны. Хотя даже он признал, что моя гибкость повысилась и я стала выносливее.

Сегодня над нами сжалились и вывели на свежий воздух из душной аудитории. Мы расположились на одной из площадок, где стали предметом насмешек более успешных студентов, но зато здесь можно дышать свежим воздухом. Все тренировочные площадки были заполнены: на соседних расположились однокурсники, чуть дальше занимались студенты, которым ещё не скоро светило поступление в Академию.

Куратор объявил новую фигуру, встал ровно, сложил ладони, вытянул руки к небу, и тут я увидела это! Вокруг лорда Верлена внезапно вспыхнул энергетический щит солнечного цвета, и в него тут же ударил огненный шар откуда-то сверху. Куратор пошатнулся, но щит выдержал удар. Вот она! Непроизвольная магическая защита, которая включается до того, как разум отдал приказ. Вокруг меня всё пришло в движение.

— Всем укрыться в здании Академии немедленно! — приказал Адриан, ткнул в свой браслет и коротко объявил: — Боевая тревога, тренировочное поле Академии!

Я уже бежала вместе со всеми в здание, когда навстречу нам выскочили преподаватели — Квинт Лавуа, Ясонов и Седхае. Со стороны ангаров мелькнули фигуры этернов. Я обернулась. Куратор Верлен уже был не один. Рядом с ним стояли Алриат и Аэлрад, метавшие энергетические пульсары в какое-то тёмное облако, которое закрыло собой небо над Академией, и метало огненные сферы прямо в лорда Верлена.

Едва мы оказались в вестибюле, здание Академии содрогнулось, и за окнами полился настоящий огненный дождь. Включился и загудел аварийный щит, окна заволокло красноватым свечением. Все, кто не принимал участие в бою, прилипли к окнам. Я рванула к единственному свободному месту, и оказалась рядом с Кетро, который напряжённо наблюдал за происходящим на поле. Лорд Верлен продолжал держать щит, постепенно расширяя его и вмещая всё больше преподавателей и студентов. Оказавшись под защитой куратора, каждый выключал собственный щит и направлял усилия на атаку неизвестной тёмно-облачной субстанции в небе.

— Ты бы очень хотел быть там? — вопрос сорвался с языка прежде, чем я подумала, стоит ли вообще его задавать.

— С чего ты взяла? — криво усмехнулся Кетро.

— Слишком напряжён.

— Может быть я переживаю за свою невесту, которая сейчас рискует жизнью ради твоего жениха? — в зелёных глазах промелькнула усмешка. Я посмотрела на поле. Марлен действительно была рядом с Верленом. Этерны сформировали круг вокруг куратора. Вокруг маленького круга выстраивался ещё один побольше, похоже у сражавшихся появился план.

— А ты не переживаешь? — спросил он, не отрывая взгляда от окна. — Это ведь очередное покушение на Верлена! Кому-то он очень сильно мешает. Тебе будет его жаль? Хотя бы чуточку.

— Я же не зверь какой! — возмутилась я. — Мне будет жаль, если погибнет отличный куратор и мой преподаватель.

Кетро хмыкнул, а потом, немного помолчав, наклонился ко мне и шёпотом добавил:

— Ты права, я хотел бы быть там. И меня дико злит, что я никогда не смогу закрываться щитом, как он.

Я кивнула. Наконец, мы увидели, что задумали обороняющиеся. Они выпустили энергетические нити одновременно, создали нечто вроде паутины вокруг тёмной субстанции и теперь медленно опускали её на землю. Облако, закрывавшее собой половину неба над Академией, внезапно истаяло и уменьшилось до средних размеров дракона, который яростно трепыхался и утробно рычал, однако выбраться из энергетической ловушки ему не удавалось.

Мы издали слаженный выдох, а потом зашептались.