Лилия Альшер – На страже Пустоты (страница 5)

Но попытаться же стоило?

– Садись.

Она посмотрела на окна библиотеки. Нет, не успеет. Пули быстрее.

Обречённо, как на эшафот, Ева встала со скамейки, рассеянно оглянулась, взяла сумочку. Обошла машину и медленно села на пассажирское сиденье. Её сразу окутало тёплым комфортом, запахами дорогой кожи, благородного парфюма. Центральный замок предусмотрительно щёлкнул, отсекая путь к свободе, Ева вздрогнула.

– Ты убьёшь меня, да? – Губы почти не слушались, лицо онемело от холода.

На водителя она не смотрела, не могла. Умолять тоже не будет, сбережет гордость. По крайней мере, постарается… Тогда пусть всё будет быстро. И желательно, без лишней боли… Может, это даже лучше, чем сойти с ума. Она внутренне сжалась, готовая услышать свой приговор, уже рисуя в голове сцены, как её вывозят в зимний лес. Поэтому ответ застал врасплох.

– Нет.

Это так не вписывалось в картину единения с природой, которую она себе представила, что всё-таки повернулась и внимательно посмотрела на похитителя. Он любезно повернулся в ответ. Красивый, самоуверенный. Выразительные зелёные глаза. Молодой. Наверное, чуть старше неё. Лет двадцать шесть… В машине было тепло, и он сидел без верхней одежды, чёрный джемпер с вырезом под горло отлично подчёркивал атлетическую фигуру. Почему-то Ева покраснела и отвернулась. Легко забыть, что хладнокровный убийца.

– Денег у меня тоже нет, взять с меня нечего.

– Я похож на вымогателя? – Почему-то изогнул бровь незнакомец и переключил передачу. – Пристегнись. Иначе мы тут до утра просидим.

– Странно, – нервно усмехнулась она, вытягивая ремень безопасности. – Уголовный кодекс тебе не указ, а вот ПДД соблюдаешь?

Машина мягко тронулась в путь по заснеженным улицам.

– Не люблю нарушать законы по понедельникам, примета плохая.

Ева сочла за лучшее промолчать. Просто смотрела в окно, на яркие весёлые витрины, новогоднюю иллюминацию, подсветку мостов. Всё искрилось, мерцало, мигало, отражалось в снежных сугробах, блестящих машинах, стёклах домов. Потрясающая красота. Маркетологи, не скупясь на средства, создавали новогоднее настроение у потребителей… Город был сказочным. К сожалению, у неё сказка случилась страшная.

– Уже видела их? – вдруг нарушил он долгое молчание на очередном светофоре.

– Кого?

– Пустых.

– Не понимаю, о чём ты. – Она так и сидела, бездумно глядя в окно, положив руки на сумочку. Знакомые улицы вели к дому. Обманчиво, наверное.

– Понимаешь, – уверенно возразил убийца и закурил, стеклоподъёмник тихо зашуршал. – Если, решила, что сходишь с ума – понимаешь.

Ева поморщилась и повернулась.

– Мог бы ты не… – она выразительно посмотрела на сигарету в его пальцах.

– Это моя машина, – спокойно, со скрытой насмешкой, напомнил парень.

Ева устало вздохнула, расстегнула пальто, в котором уже стало жарко и откинулась на спинку сиденья, закрывая глаза.

– Полиции я ничего не сказала.

– Я знаю, – к уверенности мягко примешалась нотка самодовольства. Эмоции, будто сигаретный дымок, поплыли по салону.

– И не собираюсь, – на всякий случай уточнила она.

– И правильно, – рассеянно похвалил незнакомец, пропуская машины на перекрёстке, чтобы повернуть. Почти приехали в её двор. – Что-то ещё странное происходило в последнее время?

– Смотря, с чем сравнивать, – многозначительно протянула Ева. Чем заслужила быстрый, но странный оценивающий взгляд. Ответ ему явно понравился. Только чем?

Машина въехала во двор и, попетляв среди домов, остановилась на том самом месте, в проезде напротив её парадной. Если раньше и были какие-то сомнения в слежке, то теперь полностью исчезли.

– Спасибо, – обречённо пробормотала Ева, не двигаясь. – Ну я пойду?

– Мы не договорили, – разбил её надежды парень и потянулся за тёплой одеждой, лежащей на заднем сиденье.

Он вышел из машины и, надевая пальто, внимательно осмотрелся, словно искал что-то. Нашёл или нет, по лицу нельзя было прочитать. Ева захлопнула блестящую дверцу, пошарила в сумке, ключи попались на самом дне, под книгами и перчатками. Выудив их, направилась к парадной, спиной чувствуя, что опасный спутник следует тенью. Чувство неприятное. Зато понятное. Она ступила на площадку перед дверью, автоматически зажёгся свет.

Вдруг он перехватил её руку с поднесённой к домофону таблеткой ключа и аккуратно оттеснил от входа. Домофон звонко булькал, сообщая, что дверь открыта. Он потянул ручку, не отпуская её рукав, и наклонился вперёд, прислушиваясь к звукам внутри. Или принюхиваясь? В чуть прищуренных глазах причудливо отражался свет, проходивший через ресницы, будто светилась сама радужка. Ева, давно уже, ещё с первой встречи, сомневавшаяся и в своём и в его здравом рассудке, просто наблюдала за его действиями, не пытаясь что-либо понять. И кому в этой стране права выдают?!

Видимо, не найдя ничего опасного, мужчина шире открыл дверь и подтолкнул Еву вперёд. Она подчинилась, прошла к лифту и машинально нажала кнопку вызова. Откуда-то сверху скрипуче отозвался лифт, устало спускаясь. Лампочка на потолке, мигавшая уже недели две, замигала часто-часто и потухла, как мрачный предвестник. Все страхи в одночасье поднялись из глубины. Боже, да что она делает? Прямо сейчас она ведёт в свой дом убийцу! Не к месту вспомнился хищный оценивающий взгляд. Ева запаниковала. Лифт гостеприимно распахнулся, освещая площадку.

– Я не пойду! – Она резко развернулась и почти упёрлась в своего жуткого сопровождающего.

Парень на секунду опешил, а потом устало смягчился.

– Ева, – он поднял ладонь и осторожно прикоснулся к её лицу, на котором застыло загнанное выражение, – не делай глупостей. Не помогут тебе твои книжки, зря тащила. Свихнёшься с ними. А я могу помочь.

Лифт закрылся, всё снова утонуло в темноте, кроме прикосновения. Ева закрыла глаза, мечтая просто потерять уже сознание. Но, видимо, её нервная система была устроена как-то не так, как пишут в сентиментальных романах. И она просто стояла с закрытыми глазами, сжимая сумку и ожидая своей участи. В чувства назойливо проникал волнующий запах его парфюма, тепло пальцев, не сдвинувшихся ни на миллиметр, спокойная уверенность, как обещание безопасности. Ничего не происходило, время замедлилось, растворилось в темноте вместе с ними. Понемногу её дыхание выровнялось, чужие пальцы скользнули по подбородку, чуть приподнимая. И лёгкое дыхание коснулось губ, теплее, теплее. Но…

Домофон возмущённо забулькал, шуршание и топот ворвались в парадную с потоком уличного мороза. Ева распахнула глаза. Незнакомец стоял прямо перед ней, как и раньше, едва вырисовываясь силуэтом в темноте. Он не приближался. И кажется, её снова обмануло собственное воображение.

А чужие прикосновения всё ещё отдавались в теле подтачивающим недоверие теплом.

– Ты смотри! Опять лампочка перегорела! Что за домоуправление! Разорение сплошное! За что я плачу?! – разорялась баба Шура, злобно шурша пакетами. – Ох, я пожалуюсь, ох, покажу им…

Одышливое дыхание раздалось на лестнице, соседка тяжело преодолевала ступеньки. Незнакомец отпустил Еву и медленно потянулся к кнопке лифта, чуть нависая над ней. Легчайшая насмешка повисла в тишине. Лифт предательски распахнулся, освещая на обозрение бабы Шуры новую главную сплетню недели.

– Ой! Евочка, здравствуй! А чего ты, с работы уже? Вроде рано, – елейно начала Шура, расплываясь от удовольствия. – А кто это с тобой?

– Здравствуйте, Александра Федотовна, – зеркально сладко ответила Ева, заходя в злополучный лифт. Выбора ей не оставили. – А у меня последний день больничного. Завтра на работу. А это мой… друг.

Ева, конечно, пыталась подобрать что-то вместо «ужас», «страх», «маньяк» и «убийца». Но соседка-то всё равно поняла по-своему.

Он с милейшим выражением лица придержал двери лифта бабе Шуре, раскрасневшейся и запыхавшейся так, что можно было заподозрить у неё сердечный приступ.

– Ой, спасибо, молодой человек! – довольно протиснулась в лифт соседка.

Молодой человек зашёл следом и под хмурым взглядом Евы нажал кнопку её этажа:

– А вам какой, Александра Федотовна?

– А я тоже на пятом живу, – утирая пот со лба, сияла Шура.

– Какая удача!

Бабка сняла шапку и обмахивалась ею, пожирая внимательными глазками красивого незнакомца.

– А вас как зовут, юноша?

– Марк, – душевно представился тот, хитро покосившись на Еву. Она скучающе приникла спиной к стенке лифта.

– Очень приятно! Редкое у вас имя, красивое. А Евочку нашу давно знаете?

– Нет, мы недавно познакомились.

– Угу, – довольно отметила для себя информацию соседка, кивнув. – А вы пешком или на машине?

– На машине.

– Угу. Правильно, в наше время без машины никуда. А не ваша чёрная там под фонарем напротив?

– Моя, – мягко признался Марк.

– Угу… Красивая машина.

– Спасибо.

Допрос с пристрастием прервал лифт, остановившийся на нужном этаже. Шура с огромным разочарованием подхватила пакеты и со вздохом вывалилась на площадку.

– Ну… приятно было познакомиться. Заходите на чай. До свидания.

– До свидания, – мило попрощалась Ева и вставила ключ в замочную скважину, ожидая, пока соседка скроется в квартире. А Марк привалился к стене у двери, ожидая, пока она откроет.