Лилия Альшер – На страже Пустоты (страница 17)

– Здравствуй, мама, я тоже рад тебя видеть.

Она цепко и недовольно смерила его взглядом, поднимаясь по лестнице:

– Это меня и тревожит. Что ты натворил?

– Ничего. Мне просто нужен твой совет.

Камилла неоднозначно хмыкнула, заходя в дом и скидывая на вешалку белую короткую шубку. Едва она сняла ботильоны, из туалета вышла Ева.

– Добрый вечер.

Марк закрыл замок на двери и рукой указал на девушку:

– Мама, это Ева. Ева, это моя мать, Камилла.

– Очень приятно, – слегка обескураженно отреагировала Ева. Потом сообразила, что, возможно, она тоже работает на Комитет.

– Значит, всё-таки есть девушка, – не с вопросительной интонацией произнесла Камилла и обернулась к сыну. – Надеюсь, ты не жениться собрался?

Ева весьма саркастично изогнула бровь, чем позабавила Марка, которому этот жест и адресовался. Эмоции от неё исходили прелестные. Камилла ей не нравилась примерно так же, как Камилле не нравился этот поздний визит.

– Извини, но в подобном вопросе я не стану просить твоего совета.

– Прекрасно! – Камилла качнула головой и по-хозяйски направилась к гостиной. – Это самое чудесное, что мать может услышать от своего сына.

Марк подождал, пока Ева подойдёт к нему.

– Мама у тебя, я скажу…

– Да, – согласился Марк, чуть подталкивая её в спину тёплой ладонью, – приятная женщина…

– И знаешь, возвращаясь к нашему разговору… Пробки на КАДе – ерунда, да.

– Я всё слышу, – напомнила Камилла. Она уже прошла на кухню, взяла из шкафа чашку и ткнула кнопку кофемашины.

Марк сел в кресло, Ева опустилась на диван поближе к нему и подтянула свою чашечку, оставленную на прежнем месте. Камилла, сложив на груди руки, очень пристально посмотрела на гостью сына. Кофемашина медленно журчала крепким эспрессо, источая чудесный аромат.

– Где-то я тебя видела. – Камилла забрала чашку и, сделав глоток, направилась к ним. – Ева… Не ты ли та случайная пострадавшая при депортации Пустого с остановки?

Ответить ей маг не позволил:

– Ты просматривала дело?

Женщина с достоинством, граничащим с превосходством, опустилась в кресло.

– Ты мой сын, тебя обвиняли в превышении полномочий, нарушении техники безопасности и ещё по шести пунктам. Я не могла оставить это без внимания. – Сказав это, она замолчала на секунду, а затем добавила ещё прохладнее: – Кстати, за прямое разглашение тайны деятельности магов и Комитета тебе ещё обвинений добавят!

Марк с усмешкой встал, забрал со стойки пепельницу и сигареты, закурил и вернулся на место.

– Я как-нибудь сам разберусь, если меня в чём-нибудь опять обвинят.

Камилла заледенела. Ева буквально физически почувствовала, как тёплый и чистый воздух гостиной наполнился иголками инея.

– Тогда в чём тебе нужна помощь?

Чернорецкий прищурился:

– Ты что-то уже слышала о том трупе, который я нашёл сегодня?

– Конечно. Комитет на ушах стоит, мне тоже отправили материалы. Не потому, что ты мой сын, я не вмешивалась. Просто подозревают деятельность тёмных магов, возможно, незарегистрированных.

– Этот Пустой преследовал Еву и собирался напасть, а она отправила его в Пустоту через портал.

– Что она сделала?! – Колдунья бросила беглый взгляд на Еву, с усталым видом сидевшую на диване, подложив под голову руку. – Марк! Ты в своём уме?

Он кивнул:

– В своём. Я уже неделю наблюдаю за этим юным дарованием.

Дарование блёкло улыбнулось. Ева вообще в этом разговоре чувствовала себя лишней, но знала, что должна оставаться. Как камень преткновения. Камилла начала понимать ситуацию и раздраженно отставила на стол чашку.

– То есть, браслеты ты брал для неё?

– Да.

– Почему сразу не обратился в Комитет? Если Ева обладает магическими способностями, мы должны провести исследование и зарегистрировать её. Зная о ней и укрывая от Комитета, ты подвергаешь опасности и себя и её.

Марк идею и предупреждение воспринял скептически.

– В Комитете не безопасно. – Он затушил сигарету, струйка едкого дыма прощально поднялась из пепельницы. – В тот раз, когда она пострадала, Пустой от нас сбежал только потому, что у него был амулет от нашей магии. И сами по себе Пустые не обзаводятся подобными вещами. И девушек, способных открывать порталы в Пустоту тоже сторонятся, а не пытаются поймать.

Камилла шумно вздохнула. Она так и сидела прямо, будто кол проглотила.

– И это все твои аргументы?

– Ты забываешь. Я – Ищейка, мне этого достаточно.

– Хорошо, – сдалась мать. – Не доверяешь Комитету, зачем тогда звал меня?

– Тебе-то я пока доверяю. Ты такая принципиальна, что сдала даже отца. Будь весь твой отдел в сговоре, ты в нём точно участия не принимаешь. И мне нужно, чтобы ты примерно оценила способности Евы и подсказала, что с ними делать.

Камилла помолчала, раздумывая над просьбой.

– Для более точного результата нам лучше встретиться в моей лаборатории. И нужно проверить генетическую базу.

Марк удивлённо изогнул бровь:

– То есть весь твой опыт победила программа, написанная десять лет назад?

– Да, и мы переаттестовали всех живых магов в своём округе.

Чернорецкий подался вперёд и сцепил перед собой руки. Зелёные глаза были очень серьёзны, давили.

– Мама…

Камилла дрогнула и встала с кресла:

– Я сделаю это ради тебя, но моё мнение меняться не будет. Мне нужно, чтобы ты сняла браслеты. И дай мне руку, – чуть мягче обратилась к Еве колдунья и села рядом с ней.

Ева без энтузиазма подчинилась, сняла тонкие браслеты и протянула руку строгой брюнетке в фиолетовом платье. Камилла тоже без удовольствия взяла Еву за руку и, начертав на её коже зеленовато светящуюся руну, накрыла своей ладонью. И закрыв глаза, прислушалась к резонансу магии, отдающемуся внутри.

Ева тоже с отстранённым интересом изучала колдунью. Камилла была красива, элегантна, уверена в себе и напрочь лишена того обаяния, которым обладал Марк, и которое делало его самоуверенность привлекательной. В колдунье было что-то настолько отталкивающее, что открываться перед ней не хотелось. Каждое движение этой женщины шлейфом духов выдавало неудовольствие, раздражение и досаду. К счастью, все эти эмоции относились не к Еве, а к Марку. Но от этого приятнее их ощущать не становилось.

Через пару минут Камилла отпустила её запястье:

– Ничего экстраординарного. Способности есть, но я бы назвала их средними, общими. Точнее сказать не могу, но портал она смогла бы отрыть лишь чудом, и то чудом.

Марк, однако, разочарованным или расстроенным не выглядел. Даже наоборот, результат без результата его заинтриговал. Ева вернула браслеты обратно и потёрла руку, где ещё оставался слабый свет руны. Стирался он легко.

Камилла закинула ногу на ногу и выпрямилась:

– Думаю, ещё раз повторять, что я настаиваю на тщательной проверке в Комитете, не стоит?

– Не стоит, – подтвердил маг. – Но я подумаю.

Камилла по-змеиному улыбнулась и мельком посмотрела на маленькие золотые часики на руке:

– Что ж, я сделала всё, что ты от меня хотел, и теперь я еду домой. Проводишь?