Лилиан О`Сень – Высшие маги Элхэи: Древнее наследие (страница 7)

Когда лорд Дарриан прочитал донесение об этих похождениях, ему сначала захотелось младшенького прибить, потом воскресить и отправить в армию. Владыка Луциан тоже ознакомился с докладом.

– И что ты от меня хочешь? – спросил Владыка своего старшего сына.

– Это неприемлемо, он ведет откровенно разгульный образ жизни, позоря нас перед двором и народом! – возмущался старший принц.

– Не вижу в его поведении ничего позорного.

– А-а-а, по-твоему, до чего должно дойти, чтобы ты задумался?! – Дарриан никак не мог успокоиться, он ходил по владыческому кабинету кругами.

Луциан же, напротив, был абсолютно спокоен и смотрел на старшего принца осуждающе.

– Я дал ему свободу и не собираюсь ограничивать. В конце концов именно ты у нас глава Службы безопасности, вот и следи, чтоб мальчик ни во что не угодил.

– Ты предлагаешь установить за ним постоянную слежку?

– Дарриан, твои люди уже за ним следят, вот пусть так и дальше будет.

– А Вам, Ваше Владычество, совсем не интересно, чем занимается Ваш младший сын? – в голосе принца слышалась обида за младшего брата на равнодушие отца.

– Он достаточно взрослый мальчик, чтобы самому себя развлекать, а когда достигнет совершеннолетия, тогда и поговорим.

– Это будет через пять лет!

– И что? За эти пять лет многое что может случиться, но если хочешь приставить братишку к делу… – тут Владыка задумался, – то после девятнадцатилетия вполне можно будет пристроить его куда-нибудь.

– Почему не сейчас?! – при этих словах Дарриан, уперев руки во владыческий стол, устремил прямой взгляд в глаза сидящему перед ним Луциану. Нависающий сверху с угрожающе сверкающими змеиными глазами Дарриан выглядел жутко, но только не в этом кабинете. Яркая вспышка света поставила в споре точку, Дарриан невольно отвернулся.

– Ты забываешься, сын мой, – Владыка по-прежнему был спокоен и говорил тихо, – у тебя есть свои обязанности, вот и выполняй их.

– Слушаюсь, мой Владыка, – Дарриан кратко поклонился, развернулся и, по-военному чеканя шаг, вышел из кабинета, хлопнув напоследок дверью. Дверь не выдержала удара и покосилась на петлях, по стене над ней пошли трещины.

Глядя на это безобразие, лорд Луциан Солнцеликий в первый раз в своей жизни подумал о том, как ему все надоело: «Может, бросить это все? Или, наоборот, проучить Дарриана, а то совсем зазнался!».

По правде говоря, проживание под одной – пусть и очень обширной – дворцовой крышей Высшего мага Огня и Высшего мага Земли было довольно необычным случаем, хоть и были они близкими родственниками. Потому что каждый Высший маг – это своего рода «альфа», не терпящий иного лидерства, ни перед кем не склоняющий головы. Но у Дарриана была потребность в общении с родственником, его магия к этому располагала: Земля не может быть пустой, голой и одинокой, ей нужно наполнение и единение с иными видами магической жизни. А магия Огня всегда стремится к доминированию, поглощению и собственному приумножению, да хотя бы за счет магии Земли. Так они и жили: Владыка лорд Луциан – единоличный правитель Эдалиада и старший принц лорд Дарриан – главнокомандующий всех войск и подразделений Эдалиада.

Но пара эта смотрелась своеобразно. Начиная с того, что Владыка Эдалиада выглядел не на свой возраст. Для магов его уровня это нормально, но огневик молодился настолько, что тем, кто знал его истинный возраст, его внешний вид казался очень странным. Лорду Луциану было приблизительно чуть меньше ста, но при этом выглядел он не старше, чем на двадцать пять. И это при том, что принц Дарриан, которому годков было также прилично, чуть больше семидесяти, выглядел на тридцать пять лет.

Самих магов такая разница ни капельки не смущала, но со стороны выглядело несколько странным, когда молодой мужчина, почти юноша, начинал отсчитывать достаточно взрослого человека.

Ещё большее недоумение и диссонанс в восприятие вносил тот факт, что Дарриан был крупнее своего отца. Шире в плечах и вообще выше. К тому же принц одевался в темное, к этому обязывало его служебное положение. Благодаря всему этому он выглядел гораздо внушительнее собственного отца.

Рядом с ним Владыка Луциан воспринимался солнечно-белым пятном. Всегда в свободно летящей магистерской мантии нестерпимой белизны с золотым орнаментом в виде огненных сполохов. Из-под мантии выглядывала не менее белая рубашка с рисунком на груди, изображающим солнце. Стоит ли говорить, что даже обувь на Владыке чаще всего была белая. У мага огня были длинные золотистые волосы, которые обычно свободно ниспадали водопадом чуть ниже талии.

Впрочем, как бы ни выглядел Высший маг Огня, не опознать в нем Владыку Эдалиада было невозможно. Нехарактерный для такого молодого лица суровый холодный взгляд небесно-голубых глаз быстро ставил на место всех сомневающихся. Тот же Дарриан внешне выглядел гораздо приветливее своего отца. Но исключительно потому, что его лицо было подвижнее и щедрее на проявление эмоций, в отличие от идеального луциановского, выглядящего бесстрастной маской.

Дастан, несмотря на юность, отнюдь не был глупцом и потому всегда платил по счетам, практически не пользуясь возможностями получать желаемое без денег, дав лишь слово принца в том, что все будет оплачено Владыкой после. Нет, младший принц предпочитал честно (или не очень) вытребовать деньги у мажордома Даналана, главного казначея, начальника полиции, капитана дворцовой стражи… Один раз даже обратился с этим вопросом к брату. Лорд Дарриан взял братишку за воротник, тряхнул один разок для острастки, заявил, что у него денег нет и для всяких лоботрясов никогда не будет. Принц сразу понял, что в этот кабинет лучше не ходить, а Пожиратель в глубинах его сознания ухмыльнулся: «Ну и ладненько, целее будем!».

Деньги тратились без счета. И мало кто знал, куда уходят арлаты.

– Ты такая красавица, наверное, самая красивая дева в Элентире… – комплименты не стоили ничего, и он щедро расточал их каждой смазливой встречной.

– Спасибо, – девушка мило улыбнулась и призывно подалась вперед, предлагая себя клиенту.

Клиенту же здесь все нравилось: заведение чистенькое, выбор девиц разнообразный, сами служительницы любви – открытые и готовые на эксперименты особы, хозяйка салона – понимающая и молчаливая дама в возрасте.

– Тебе, наверное, все такое говорят, – сегодня он был очень разговорчив, – я хочу видеть твои глаза, не отворачивайся.

Красавица поняла, что парень имел в виду, приникла к нему. Но клиент резко опрокинул блудницу на постель. На лице у него заиграла плотоядная улыбка.

«Как бы нам совместить приятное с полезным?» – мысленно спросил он сам себя. Где-то на самом краю сознания слышался безутешный плач ребенка. Но он быстро задвинул того подальше: сейчас он планировал хорошенько перекусить и не желал, чтоб ему помешал мальчишка.

Он болезненным поцелуем впился в теплые губы, завладевая при этом ее телом. Женщина изгибалась и постанывала, Пожиратель пил ее и удовлетворял извечную мужскую потребность. Все закончилось быстро, и удовлетворенный клиент встал с ложа, напоследок плотоядно улыбнувшись. Эту улыбку жрица любви приняла как обещание новой встречи – она не почувствовала, что сегодня лишилась возможности когда-нибудь иметь детей и нескольких лет жизни.

Пожиратель был сыт, но хотел продолжения праздника. Сегодня он бродил по городу в гордом одиночестве. А вот и салон «Норганские пески». Это заведение было известно на весь Элентир своими дурманящими туманами на любой – и самый взыскательный, и менее требовательный – вкус. Здесь предоставляли возможность расслабиться и улететь в мир грез тем, кто отдавал предпочтение травам и пряностям.

Эдалиад – государство, в котором сосуществовали адепты многих религий. Кому только не молились подданные Владыки, а тому было все равно – лишь бы исправно платили налоги и не буянили. Некоторые вероисповедания запрещали алкоголь, но разрешали дурман, а благодаря тому, что определенные виды специй и трав являлись официально разрешенными, заведения, подобные «Норганским пескам», были распространены повсеместно.

Дастан свободно зашел в заведение. Но он не поднялся на второй этаж, где собирались аристократы и интеллигенция, а спустился вниз, в подпольную часть официального наркопритона, которую государственные сыскари никак не могли отыскать уже несколько лет.

В висках молоточками отдавалась боль и слышался далекий крик. Принцу очень хотелось заглушить его. Дурман вполне для этого подходил. Опустившись на глубокие мягкие подушки, он отдался пьянящим ароматам дыма бархума[9]. Уйти в глубокие причудливые грезы не удалось, пронзительный детский крик не замолкал в ушах. Его скрутило судорогой. Поняв, что сразу расслабиться не получится, Пожиратель направил свой взор во внутренний космос.

Маленькое, но плотное ядрышко непримиримой души металось в магической клетке разума, защищенное скорлупой непонятной силы. Пожиратель чуть раздвинул внутреннее пространство и опутал своими руками-щупальцами защитную оболочку средоточия духа. Душа металась и плакала, вибрировала и кричала в смертельных объятиях своего тюремщика, а тот все пил и пил ее магию, исходящую от духа, подавляя его волю к сопротивлению.

В какой-то момент запертая душа внезапно повернулась, и на хищника прямо взглянули алые зрачки. Захватив тело, Пожиратель никак не озадачивался душевным состоянием своей жертвы и никогда не смотрел той в глаза. Когда-то, в первые дни овладения телом принца, тварь внимательно рассматривала свою «кормушку», но не увидела там ничего для себя опасного. Сейчас глаза духа стали черными с кроваво-красными искрами, и Пожиратель видел в них смерть всего живущего. Этот взгляд порождал какой-то инстинктивный ужас перед неизбежностью гибели. Ужас, который неведом Пожирателю по природе, но сейчас тварь была живой, и страх смерти стал ей внятен. Продолжая пить от своего внутреннего источника, паразит вынырнул на поверхность, вдохнул дурман и в конце концов расслабился. Детские вопли в голове стихли, осталось только напоминание о совершенно недетском диком взгляде.