Лили Морган – Город опаленных крыльев (страница 46)
– Я думаю, второй раз сделать этого уже не получится. Ты был в опасности и действовал интуитивно. Повторить это уже невозможно, – печально ответила Мэй.
Луан провел рукой по шее, словно обдумывая ее слова, и посмотрел вниз.
– Ты могла бы столкнуть меня вниз, принцесса. Может, это сработает. – Его рот скривился в наглой улыбочке. – А если не нет, то ты наконец избавишься от меня.
Мэй быстро отступила на два шага назад.
– Я сохранила тебе жизнь не для того, чтобы скинуть тебя с башни.
– А жаль, – ответил он, изображая глубокое разочарование. – Придется придумать что-то другое.
Полагая, что до добра такие разговоры не доведут, Мэй поспешила сменить тему:
– Будешь позже искать руны?
– Сегодня нет. – Он указал на свой лоб и зевнул. – Защищать Элидор и вправду изматывает. Лучше завалюсь поспать.
– Не перестаю удивляться, насколько разумным ты иногда бываешь.
Он поджал губы:
– Это все твое пагубное влияние.
Уголки рта Мэй растянулись в улыбке.
– До завтра, Луан, – попрощалась она и поднялась в воздух.
Однако, вместо того чтобы направиться в свои палаты, она просто облетела стену западного крыла, где тут же развернулась и выглянула из-за угла. Мэй ни на секунду не купилась на кажущееся спокойствие Луана, а его намерение отправиться спать прозвучало как отговорка. Она сразу почувствовала, что он что-то затеял.
Король сполз с башни, накинул на голову капюшон и, быстро оглядевшись по сторонам, поспешил через двор, хотя его палаты находились в другом направлении.
Мэй прокралась вдоль стены и в сумерках последовала за ним, стараясь как можно тише взмахивать крыльями.
Не особо удивляясь, она наблюдала за тем, как ловко Луан уклонялся от каждого, кто пролетал над ним. Он пробежал по улицам Золотого квартала, по мосту в Дождевую долину и дальше в Таррос. В сумерках квартал выглядел еще более зловеще, чем днем. Детей по дороге почти не встречалось. Последние лучи заходящего солнца окрасили дома в кроваво-красный.
Наконец, Луан остановился у невзрачного здания с почти полностью обсыпавшейся штукатуркой. На нем красовался проржавевший указатель с надписью
Мэй выглянула из-за стены ветхого домишки, который ни за что бы не выстоял, окажись он вблизи разлома. Два широкоплечих вышибалы поприветствовали Луана рукопожатием и жестом пригласили внутрь.
Почти сразу же перед охранниками, которые были на голову выше и, как минимум, вдвое шире Мэй, приземлился еще один посетитель. На поясе у каждого из вышибал имелся целый оружейный арсенал, при виде которого любой дворцовый стражник побледнел бы от зависти. Скрестив руки, они посмотрели на новоприбывшего сверху вниз.
– Пароль, – потребовал левый.
С каких пор в трактирах используют тайные коды? Она прислушалась, но не смогла ничего разобрать: кодовое слово новоприбывший прошептал на ухо одному из вышибал.
Не повезло Мэй и со следующими посетителями, и она как раз начала думать о том, не попробовать ли ей просто угадать кодовое слово, как приземлился еще один желающий войти внутрь.
– Мне не нужен пароль, – надменно фыркнул он и попытался протиснуться мимо здоровяков.
Идея оказалась не из лучший. Один из вышибал схватил его за шиворот, оттащил от двери и, прилично замахнувшись, ударил в живот. Парень закашлялся и, всхлипывая, пошел прочь.
Мэй не сомневалась, что справилась бы с этими головорезами, но ей-то надо было разузнать, что задумал Луан.
– Я знаю, как можно попасть внутрь, – прошептал кто-то позади нее.
Она обернулась и уставилась в сияющее лицо Каэля.
– Проклятье, ты меня чуть до смерти не напугал.
– Ругаться нельзя, – сказал он и, приложив палец к губам, заговорщицки прошептал. – Я тоже это делаю, но только тайно.
Она оглядела его. Все его ссадины зажили.
– Разве тебе не пора спать в такое время?
Каэль скривил лицо:
– Если хочешь, чтобы я тебе помог, не задавай таких вопросов.
– Ты знаешь пароль?
Каэль посмотрел на нее так, словно она сказала какую-то глупость.
– Я знаю кое-что получше.
Своей маленькой мозолистой ручкой он схватил ее за руку и повел ее к задней стене «Пернатого жулика». Мальчишка улыбнулся во весь рот, обнажив при этом дырку на месте выпавшего зуба, и юрко вскарабкался вверх к дымовой трубе, рядом с которой находилось чердачное окно. Оно открылось почти бесшумно. Мэй последовала за Каэлем и, взлетев наверх, приземлилась на дранку.
Мальчишка заглянул в отрытое окно и исчез внутри здания.
Мэй наклонилась и увидела, что ведет это окно в спальню. Она заколебалась.
– Давай, заходи уже, – поторопил Каэль.
Плотно прижав крылья к телу, она последовала за ним ногами вперед. Окно было таким узким, что дерево царапало ей крылья, и только с огромным трудом ей удалось протиснуться внутрь. Приземлившись на дощатый пол, Мэй попыталась пригладить свои растрепавшиеся перья.
– Ну и долго же ты копаешься, – констатировал Каэль.
Она сорвалась с места и последовала за ним вниз по лестнице. Спустившись, они оказались перед темным коридором, по которому эхом разносились смех и голоса.
– Там сразу будет занавеска. За ней и находится «Жулик», – прошептал Каэль, и Мэй опустилась перед ним на корточки.
– Может ли мой визит сюда остаться нашей тайной? – Ей не хотелось, чтобы Луан и самом деле решил, будто она за ним шпионит. Хотя очевидно, что именно этим она и занималась.
– Ясное дело! Но только потому, что это ты. Ведь обычно торговцы тайнами продают свои знания, – сказал он и расплылся в ослепительной улыбке.
Мэй тихо простонала. Теперь в ее жизни было уже два представителя этой профессии. Она вдруг заволновалась: не совершила ли ошибку, затеяв преследовать Луана? Но назад дороги не было – с этой стороны она со своими крыльями ни за что не выберется через чердачное окно обратно наружу. Да и любопытство ее росло с каждой минутой, и ей непременно хотелось узнать, зачем Луан сюда тайно явился.
В сопровождении Каэля она крадучись прошла по коридору и, осторожно приоткрыв занавеску, заглянула в «Пернатого жулика». У нее чуть челюсть не отвисла. Она ожидала увидеть что угодно, но уж никак не уютное местечко со смеющимися и дружелюбными посетителями.
По всему помещению были расставлены столики, повсюду валялись яркие подушки, а у камина стоял диван и несколько кресел. С деревянных балок, поддерживающих крышу, свешивались луноцветы, пахло сладким вином и ароматным густым супом.
– Мне нужно разведать одну тайну. – Каэль подмигнул ей, и потопал обратно по коридору, оставляя ее одну.
Мэй в нерешительности покачалась на пятках. Она ощущала непривычную тревогу, природу которой не могла определить. Она снова украдкой заглянула в щелку и принялась рассматривать посетителей.
Бунтовщики-стражники, некогда сопроводившие ее в тронный зал, сидели у стены и, громко горланя, играли в карты.
Дакс, пребывающий в хорошем настроении, стоял в окружении нескольких посетительниц, а Буря бросала метательные ножи в мишень на стене. Три броска подряд попали точно в центр, и Мэй одобрительно подняла бровь.
Из-за барной стойки показалась женщина среднего возраста с крыльями сипухи и морщинками вокруг глаз, и, петляя между столами, пошла по залу подливать посетителям напитки. Большинство, похоже, были знакомы друг с другом.
Мэй осмотрелась, выискивая взглядом Луана, но отсюда его не было видно.
Мэй с минуту поколебалась, а потом наконец собралась с духом. Дождавшись момента, когда никто не смотрел в ее направлении, она отдернула занавеску в сторону и быстро прошмыгнула на стул, укромно расположенный в тени балки за маленьким столиком. В своем темном обмундировании пепельных воителей она ощущала себя здесь незваной гостьей, каковой, в сущности, и являлась.
Одежды же большинства собравшихся здесь состояли из дырявых лохмотьев, но при этом лица их казались Мэй на удивление счастливыми.
– Песню!
– Песню!
– Песню! – вдруг закричали наперебой несколько посетителей.
Ястреб, словно из ниоткуда, достал лютню и начал играть. Его голос был ясным, а мелодия такой заразительной, что почти все присутствующие потянулись в переднюю часть бара.
Буря убрала свои метательные ножи, помогла сдвинуть столы в сторону и затем закачалась в такт музыке, подобной которой Мэй никогда не слышала. Суровая, словно шторм, и в то же время радостная, как весенний ветерок.
– Удивлена, принцесса? – неожиданно раздался рядом хорошо знакомый голос.