Лика Сумеречная – Игрушки для тёмного властелина (страница 19)

– Вы быстро понимаете, – сказал старик. – Да. Замок живёт. Он дышит, он чувствует, он помнит. Хозяин построил его на месте древнего святилища, где магия была особенно сильна. Со временем камень впитал её, и теперь…

– И теперь замок – это часть его.

– И он – часть замка.

Они остановились перед высокими дверями из чёрного дуба, инкрустированными серебром. На двери не было ручки – только серебряный круг в центре, на котором был выгравирован всё тот же герб: корона, семь шипов, тень с крыльями.

– Хозяин ждёт, – сказал старик и отступил в сторону.

– Вы не войдёте?

– Меня не приглашали. – Он склонил голову в лёгком поклоне. – Удачи, мадемуазель Векс. Вы ей понадобится.

Он ушёл так же бесшумно, как появился, и Лира осталась одна перед дверью.

Она стояла в пустом коридоре, глядя на чёрное дерево и серебро, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Метка на запястье пульсировала – быстро, тревожно. Дракончик, её Искра, чувствовал её страх и отвечал своим.

– Я здесь, – прошептала она, обращаясь к дракончику. – Я здесь. И я справлюсь.

Она протянула руку к серебряному кругу. Металл был холодным, гладким, и когда её пальцы коснулись его, круг засветился – слабо, голубоватым светом, – и двери бесшумно открылись.

Лира вошла.

Зал, в который она попала, был огромным. Потолок терялся где-то в темноте, и Лире показалось, что она стоит на дне колодца, стены которого уходят в бесконечность. Пол был выложен чёрным камнем, отполированным до зеркального блеска, и в его глубине, если присмотреться, двигались тени.

В центре зала стоял человек.

Он сидел в высоком кресле с прямой спинкой, положив руки на подлокотники, и смотрел на неё. Свет падал со спины, оставляя его лицо в тени, но глаза горели. Два расплавленных металла, золотых и горячих, смотрели из темноты, и под этим взглядом Лира почувствовала, как её воля слабеет, превращаясь в ничто.

– Лира Векс, – сказал он, и голос его был низким, ровным, без намёка на эмоции. – Я ждал вас.

Лира заставила себя выпрямиться. Она не опустит взгляд. Не поклонится. Не покажет страха.

– Вы ждали, – сказала она, и голос её прозвучал твёрже, чем она ожидала. – Вы всё спланировали. Контракт, клятва, игрушка, арест. Всё было ловушкой.

– Ловушкой? – Он приподнял голову, и свет упал на его лицо.

Лира увидела его. Резкие скулы, прямой нос, тонкие губы. И глаза – золотые, горящие, с вертикальными зрачками, как у змеи или дракона. Он был красив. Опасен. И совершенно спокоен.

– Я предпочитаю слово «приглашение», – сказал он. – Вы вольны были отказаться в любой момент.

– Я подписала контракт под угрозой.

– Вы подписали его добровольно. – Он поднялся с кресла, и Лира увидела, что он высок. Очень высок. И двигался он плавно, почти текуче, как большая кошка. – Вас никто не заставлял. Вы сами захотели узнать правду об отце. Вы сами захотели создать механизм, который превзойдёт всё, что вы делали раньше. Вы сами захотели вложить в него частицу своей души. – Он сделал шаг вперёд. – Я только предоставил вам возможность.

– Вы лгали мне.

– Я не лгал. – Его голос стал холоднее. – Я сказал, что у меня есть информация о вашем отце. Это правда. Я сказал, что вы получите её, если выполните заказ. Это тоже правда. Я сказал, что игрушка должна быть живой. Вы сделали её живой. Где здесь ложь?

– Вы не сказали, что сделаете меня своей пленницей.

– Вы сами стали моей пленницей, – сказал он, и в его голосе появилась усмешка. – В тот момент, когда подписали клятву. В тот момент, когда вложили свою искру в механизм. В тот момент, когда поняли, что не можете жить без того, что создали. – Он подошёл к ней вплотную, и Лира почувствовала холод, исходящий от него. – Вы всегда были моей, Лира Векс. Вы просто не знали этого.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё поднимается гнев. Горячий, слепой, опасный.

– Я не принадлежу никому, – сказала она. – Я – свободный человек. Я – мастер. Я – Векс.

– Векс, – повторил он, и в его голосе появилось что-то, похожее на уважение. – Проклятый род. Люди, которые дают жизнь мёртвому. Я знал вашего отца, Лира. Я знал его деда. Я знаю ваш дар лучше, чем вы сами. – Он наклонился, и его лицо оказалось совсем близко. – Ваша искра – это не просто талант. Это древняя магия, которая течёт в вашей крови. Она делает вас уникальной. И она делает вас опасной. Для себя. Для других. Для всего порядка, который я создал.

– И поэтому вы хотите запереть меня здесь? Чтобы я не представляла угрозы?

– Я хочу, чтобы вы работали здесь. – Он выпрямился, и его лицо снова стало спокойным, отстранённым. – Я дам вам мастерскую. Лучшую, чем та, что была у вас в столице. Материалы. Инструменты. Учеников, если захотите. Вы будете создавать вещи, которые изменят этот мир.

– А если я откажусь?

– Вы не откажетесь. – Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то, от чего у Лиры похолодело внутри. – Ваш дар не позволит вам отказаться. Вы не можете не творить. Это ваша природа. Ваша судьба. Ваше проклятие.

Он повернулся и пошёл к выходу из зала. У двери он остановился и бросил через плечо:

– Моррис покажет вам вашу комнату. Отдыхайте сегодня. Завтра вы начнёте работу. – Он помолчал. – И да. Ваша игрушка. Та, что вы создали. Она здесь. С мальчиком. Если захотите увидеть её – скажите Моррису. Он проводит.

Двери закрылись за ним, и Лира осталась одна в огромном, пустом зале.

Она стояла посреди чёрного пола, глядя на то место, где только что стоял Тёмный Властелин, и чувствовала, как внутри неё смешиваются страх, гнев и что-то ещё. Что-то, чего она не хотела признавать.

Восхищение.

Замок был прекрасен. В своей мрачной, строгой, математической красоте. И человек, построивший его, был прекрасен. В своей холодной, опасной, нечеловеческой силе.

– Я не буду твоей, – прошептала Лира. – Я не стану твоей игрушкой.

Но голос её звучал неуверенно.

Двери открылись, и на пороге появился старик – Моррис, как назвал его Астарион. Он стоял молча, ожидая, и в его глазах не было ни сочувствия, ни жалости. Только спокойная, вежливая готовность служить.

– Проводите меня, – сказала Лира. – Я хочу увидеть свою комнату.

Она пошла за ним, чувствуя, как под ногами отражается в чёрном полу её собственное отражение. Она выглядела уставшей, испуганной, маленькой. Не такой, какой хотела быть. Но такой, какой её сделали.

– Я ещё покажу вам, – прошептала она, глядя на своё отражение. – Я ещё покажу всем.

На её запястье метка пульсировала в такт сердцу, которое билось где-то в этом замке, в маленьком механическом теле, созданном её руками и её душой.

Она была не одна. Пока Искра был здесь, она была не одна.

И этого было достаточно, чтобы не сдаваться.

___

Моррис провёл Лиру не в комнату.

Вместо этого он повёл её по бесконечным коридорам, мимо залов, которые казались пустыми, но в каждом чувствовалось присутствие – не людей, чего-то более древнего, более глубокого. Стены здесь дышали. Пол пульсировал. И воздух был густым, как вода, и Лире казалось, что она плывёт сквозь время, которое застыло в камне тысячу лет назад.

– Куда мы идём? – спросила она, когда коридор, по которому они шли, начал загибаться спиралью, и стены стали сближаться, создавая ощущение, что её затягивает в воронку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.