Лика Сумеречная – Академия Четырёх Стихий: я ошибка декана (страница 5)

– Скорее, на позор.

Я сжала зубы и смотрела прямо перед собой.

На возвышении стояли деканы. Четверо. Я узнала их по цвету мантий: зелёная – факультет Земли, синяя – Воды, белая – Воздуха, и алая – Огня.

В алой стоял Ратибор.

Он выглядел так, будто только что проснулся в прескверном настроении и теперь ищет, на ком бы его сорвать. Глаза горели золотом, тёмные волосы слегка растрёпаны, но это не портило его, а делало ещё более… опасным. Мантия небрежно накинута на одно плечо, руки скрещены на груди. Он смотрел на нас так, как смотрят на провинившихся щенков – с холодным презрением и ожиданием, что кто-то сейчас нагадит на ковёр.

Рядом с ним стоял декан Воды – женщина. Не молодая, но очень красивая, с идеально уложенными пепельными волосами и глазами цвета глубокого озера. Она была бледнее обычного, и я заметила, что её пальцы слегка дрожат, когда она поправляла воротник мантии.

– Внимание, студенты! – голос ректора перекрыл гул.

Старик появился из боковой двери, и все мгновенно замолчали. Даже тучи перестали сыпать дождём.

– Вы уже знаете, что этой ночью произошло несчастье, – начал ректор без предисловий. – Из сокровищницы факультета Воды похищен древний артефакт – Слеза Морской Девы. Это не просто ценность. Это реликвия, которой больше тысячи лет. Тот, кто украл её, нанёс оскорбление всей Академии.

По рядам прокатился взволнованный шёпот.

– Тишина! – рявкнул Ратибор.

Шёпот стих.

– Следствие уже ведётся, – продолжил ректор. – У нас есть основания полагать, что вор – кто-то из студентов. Магическая защита сокровищницы не была повреждена. Тот, кто проник внутрь, либо обладал особым доступом, либо…

Он сделал паузу и почему-то посмотрел на меня.

– …либо умеет обходить магию так, что она его не замечает.

В зале повисла тишина. Я почувствовала, как десятки взглядов скрестились на мне. Кто-то кашлянул. Кто-то хмыкнул.

Ратибор нахмурился.

– Ректор, вы намекаете? – спросил он холодно.

– Я ничего не намекаю, – старик улыбнулся доброй улыбкой, от которой у меня мурашки побежали по спине. – Я лишь констатирую факты. Студентка Огнева, например, вчера прибыла в Академию. Магии в ней нет. Магическая защита её не заметила бы. Теоретически.

– Теоретически, – процедил Ратибор, – моя студентка всю ночь провела в общежитии. Под присмотром своих соседок.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Он что, меня защищает?

Вивиан и Лейла, стоявшие в рядах Воздушных, синхронно кивнули.

– Мы подтверждаем, – сказала Вивиан. – Она всю ночь проспала как сурок. Храпела, между прочим.

Я не храпела. Но сейчас я была готова расцеловать Вивиан за эту ложь.

– Тем не менее, – ректор поднял руку, – допрошены будут все. Деканы, приступайте к опросу своих факультетов. Студенты первого курса остаются в зале. Остальные могут быть свободны.

Ряды старшекурсников начали редеть. А нас, первокурсников, разбили на группы и принялись вызывать по одному к деканам.

Я ждала своей очереди, чувствуя, как нервное напряжение сгущается в воздухе.

– Эй, нулевичка.

Я обернулась. Рядом стоял парень с факультета Огня – тот самый, с выжженной бровью, который смеялся надо мной вчера. Его звали, кажется, Игнат. За ним маячили ещё двое – такие же наглые и самоуверенные.

– Чего тебе? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Да так, – он улыбнулся. – Хочу пожелать удачи. Тебе она понадобится. Наш декан, знаешь ли, терпеть не может, когда ему врут. А ты, я смотрю, та ещё врушка.

– Я не вру.

– Ну да, ну да, – он похлопал меня по плечу. – Ладно, удачи.

Они отошли, переглядываясь и ухмыляясь.

Я не придала этому значения. Слишком нервничала из-за предстоящего допроса.

Вызовут меня только через час. И когда я наконец вышла из зала, голова гудела, как пустой котёл. Декан Воды задавала кучу вопросов, смотрела подозрительно, но в конце концов отпустила. Ратибор на неё даже не взглянул, когда я проходила мимо.

Я побрела в сторону общежития.

Коридоры Академии днём были полны студентов. Они сновали туда-сюда, таскали книги, громко обсуждали кражу, строили теории. Я старалась держаться ближе к стене, чтобы не мешаться под ногами.

До башни Воздуха оставалось два пролёта, когда я заметила это.

На пороге, ведущем в наш коридор, лежала паутина.

Серебристая. Тонкая. Почти прозрачная. Она переливалась в свете магических факелов и тянулась от одного косяка двери к другому, закрывая проход плотной сетью.

Я остановилась.

Нити. Я видела нити постоянно. Но эта паутина была другой – не просто частью общего фона, а целенаправленным плетением. Кто-то создал её здесь специально. И создал недавно – нити ещё дрожали, не успев застыть в неподвижности.

Я протянула руку, но не коснулась. Зачем-то принюхалась.

Пахло озоном и ещё чем-то едва уловимым – дымом? Огнём?

Магия Огня.

Интересно.

Я огляделась. В коридоре никого не было. Студенты, видимо, все были внизу, обсуждали кражу.

Я перешагнула паутину.

Не через неё – я же не дура. Я просто обошла, прижавшись к стене, там, где нити не доставали. Проскользнула в дверь и пошла дальше по коридору.

За спиной раздалось сдавленное: «Что?»

Я обернулась.

Из-за угла, там, где была лестница, высунулись три головы. Игнат и его приятели. У всех троих были такие лица, будто они увидели привидение.

– Ты… как? – выдохнул Игнат.

– Что – как? – не поняла я.

Он выскочил из-за угла, подбежал к порогу и… врезался прямо в паутину.

Сработало мгновенно.

Игната подбросило в воздух, перевернуло вверх тормашками и швырнуло в стену. Он сполз по ней с жалобным стоном, весь в серебристой пыли, которая теперь искрилась на его одежде.

– Ты что творишь?! – заорал он.

– Я? – я искренне удивилась. – Это ты что творишь? Зачем ты повесил ловушку на дверь?

– Я не вешал! – он вскочил, отряхиваясь. Серебристая пыль не желала отряхиваться – она липла к одежде, волосам, коже. – Это ты меня прокляла!

– Я не умею проклинать, – напомнила я. – Я пустая, забыл?

Из-за угла выглянули его друзья. У одного из них в руках была книга – явно с заклинаниями. И судя по тому, как быстро он её спрятал за спину…

До меня дошло.

– Это вы повесили ловушку, – сказала я медленно. – На меня. Чтобы я опозорилась перед всеми.