Лика Семенова – Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма (страница 37)

Наконец, лестница закончилась. Теперь осталось найти нужную дверцу в подвал. Я шарила пальцами по камню, пытаясь нащупать древесину. Вдруг остановилась. Привыкшие к темноте глаза уловили впереди едва заметную подрагивающую полоску света.

Я замерла, холодея. Боялась даже дышать. Судя по всему, за дверью кто-то был. Кто-то с фонарем. И если этот кто-то пойдет наверх — я пропала. Я спряталась в угол у двери, надеясь, что смогу остаться незамеченной. Затаилась, прислушиваясь изо всех сил. Но ничего не происходило — за дверью была тишина. И воображение разошлось не на шутку. Больше всего я боялась столкнуться нос к носу с собственным мужем… И с каждым мгновением такой исход представлялся мне все более и более вероятным.

Но я не могла прятаться вечно. Наконец, я набралась смелости и заглянула в щель. Потом тихонько толкнула дверь. К счастью, в подвале было совершенно пусто, лишь на крюке висел горящий фонарь. Может, Чиро спохватился, что унес его, и вернул?

Я, наконец, вышла на улицу и постаралась скорее покинуть место преступления. Шла по парковой аллее, вдыхала прохладный воздух. Терпкий от разлитого в нем запаха древесного сока. И теперь в голове угрожающе гудело: я услышала столько, что было трудно прийти в себя. Заливалась краской от малейшего воспоминания о том, как говорил обо мне Вито. Но сколько правды было в его словах? Он так говорил, чтобы уязвить мать, я же понимала. Иначе бы он не избегал меня…

Но остальное… Я даже утерла взмокшее лицо ладонями. Свекровь… Желток… Нет, все это казалось слишком невероятным. Но ведь она в итоге не стала даже ничего отрицать. Неужели Желток — дело рук свекрови? А сама она… ведьма? Самая настоящая ведьма, о которых столько говорят?

Нет, это никак не укладывалось в голове. Если сложить все, что я услышала, то выходило, что мегера нарочно подсунула мне Желтка. Прекрасно понимая, что это за зверь, и чем это чревато. Она прекрасно знала, что колдовства во мне нет, а это означало, что грифоныш в итоге убил бы меня.

Ведьма… Настоящая ведьма. И я теперь даже приблизительно не понимала, на что свекровь может быть способна. Я никогда не сталкивалась с настоящим колдовством.

Да, Вито говорил о том, что она не имеет право применять колдовство к членам семьи, но что-то мне подсказывало, что в моем случае это ее не остановит. Мегера прямым текстом сказала, что не считает меня частью семьи… пока я не стану матерью наследника. Но собственный муж избегает меня. И такими темпами подобное событие если и случится, то очень и очень нескоро. Но теперь было понятно, почему он столько времени ни о чем не спрашивал — он все и так знал. И даже забрал зеркало.

Да, это радовало. Я все еще с грустью вспоминала о Желтке, но теперь могла быть спокойна, что тот не вернется. Я рада, что это проклятое зеркало было теперь у Вито. Хода больше нет.

Но одна фраза, все же, осталась мне непонятной: подозревает ли что-то ведьма или боится? Это говорилось обо мне, но чего во мне можно бояться? Что Вито увлечется и поставит меня выше собственной матери? Глупости. Мне это точно не грозит.

Я приняла решение, что теперь расскажу обо всем Пилар. Она должна знать, с кем мы имеем дело. Чтобы быть внимательнее, осторожнее. Только как начать?

Я подоспела к главному входу как раз вовремя — встречали Ромиру. Та уже вышла из экипажа и приветствовала свекровь. Кроткая, беленькая, с опущенной головой. Сейчас ведьма не расселась — встречала на ногах, вся буквально сияла. И в ответ на поклон радушно расцеловала девицу в обе щеки. А вот женишок бедняжки стоял с кислой миной, будто вляпался в собачью кучку…

Я стояла в отдалении у подножия лестницы, не стала подниматься — поприветствую девицу позже. Но буквально шкурой чувствовала, что свекровь безошибочно отыскала меня глазами и бросала прожигающие взгляды. А мне теперь казалось, что от нее буквально разило колдовством. И что она знает, что я все подслушала. И вся она будто стала другой. Из вздорной истерички превратилась в опасное чудовище вроде ледяного змея. Будто увеличилась в размерах, стала еще внушительнее, монументальнее. Заполнила собой все пространство. Не знаю, сколько времени мне теперь понадобится, чтобы все это улеглось в голове… Вот бы узнать, что за история произошла тогда при дворе… Вито обвинил мать в ревности. Да… я бы многое отдала, чтобы разузнать, что это за история, и чем ведьма так провинилась…

Я дождалась, когда все вошли в дом, и поспешила к себе. Я замерзла, ноги давно промокли.

Пилар всполошилась, когда я вошла, помрачнела:

— Барышня, миленькая! Да где же вас носило столько времени? Я же места себе не находила! Ну? И в парке вас искала. А вы как сквозь землю провалились! Где вы были? — Она бесцеремонно взяла меня за руку, покачала головой: — Ледяные же! А ноги? Наверняка промокли! Не хватало только заболеть! Весна коварна, сами знаете.

Я покачала головой:

— Не переживай, я совсем не замерзла.

Пилар недоверчиво поджала губы. Молчала.

— Я гуляла в парке. А потом все встречали девицу Тельес-и-Сора.

Та кивнула:

— Да, я экипаж из окна видала. Надеюсь, эта ведьма теперь найдет себе другое развлечение, а от вас, наконец, отвяжется. Пусть теперь над доньей Ромирой измывается.

Я замерла, глядя на Пилар. Да… теперь слово «ведьма» звучало совсем иначе. И я все еще никак не могла поверить, что поняла все правильно. Неужели настоящая ведьма? Самая, что ни на есть?

Пилар покачала головой:

— Что-то на вас совсем лица нет. А я вот возьму и обрадую. И вы вмиг обо всем позабудете!

Мне стало совсем не по себе:

— Давай сегодня без сюрпризов. Ладно?

Пилар лукаво улыбнулась:

— Так этот хороший. Вы с ума сойдете от радости!

Во рту разом пересохло. Я не хотела больше никаких сюрпризов. Ни плохих, ни хороших. Довольно на сегодня сюрпризов! Но Пилар буквально светилась от счастья. И все косилась куда-то в угол.

Я сглотнула:

— Ну? Что за сюрприз?

Она ухватила меня за руки, сжала, заглядывая в лицо:

— Барышня, миленькая, наш Желток вернулся!

Глава 34

Меня бросило в жар. Я нервно огляделась, посмотрела на Пилар:

— Не шути так. Не надо.

Та всплеснула руками, широко улыбнулась:

— Донья, миленькая, какие же шутки? Кто же таким шутит? — Она деловито уперла кулаки в бока и пошла вглубь комнаты: — А ну! Выходи, давай, паразит! Выходи! Я знаю, что ты здесь!

Замерла, выжидая. Но ответом была лишь тишина. И у меня буквально от сердца отлегло. Пилар показалось. Показалось. Иначе и быть не может. Просто она тоже очень скучала по Желтку.

— Перестань. Нет его здесь.

Я потянула завязки напитавшегося сыростью плаща и в изнеможении опустилась на стул. Только теперь поняла, насколько устала. Просто смертельно.

Пилар растерянно повернулась:

— Барышня, ну ведь не сошла же я с ума! Я своими собственными глазами его видала какой-нибудь час назад. Он же тут все перевернул и снова в комод пытался залезть. Ну! Я его кочергой гоняла! Клянусь!

Я опустила голову. Сердце все еще трепыхалось от волнения, никак не могло успокоиться. Наверное, стоит все рассказать прямо сейчас, так и мне легче станет. И Пилар перестанет сочинять небылицы. Да и момент — лучше не выдумать.

Та снова пошла по комнате:

— Желток! А ну, выходи! Выходи, кому сказала!

Я окликнула ее:

— Перестань, слышишь! Прекрати! Нет его здесь. И быть не может.

Пилар с недоумением посмотрела на меня:

— Почему вы так уверены? Ведь, как удрал, так и вернуться может.

Я кивнула на стул:

— Иди, сядь рядом. Я поговорить хочу.

Она выполнила просьбу, но все еще растерянно осматривалась. Я слишком хорошо ее знала, чтобы понимать, что не врет. Наверняка гоняла мышь, а остальное нафантазировала. А может… и вовсе проделки этой ведьмы. Если я, пусть и формально, член семьи, то применить колдовство к моей Пилар ведьме ведь никто не помешает… Теперь ни за что нельзя ручаться… И ее рука теперь будет представляться в каждом шорохе. От этой мысли стало совсем не по себе.

Наконец, Пилар пробормотала, опустив голову:

— Ну… как же так? Я же сама видала… Он просто хитрый. Очень хитрый.

Я облизала губы. Все еще не представляла, как буду рассказывать. Взяла Пилар за руку и сжала кончики пальцев.

— Желток не вернется. Никогда. Я сама прогнала его, слышишь? Он не сможет вернуться.

Та растерянно уставилась на меня:

— Прогнали? Зачем? Ведь вы его так полюбили.

Я нервно сглотнула:

— Да, полюбила, очень. Но так было нужно…

Кажется, Пилар просто не верила собственным ушам. Я никогда не видела ее настолько потерянной. Я постаралась рассказать ей про Желтка, как можно понятнее и проще. Скрыла только одно — что грифоныш говорил со мной. Или не говорил… Теперь я и сама в это не верила. А вот откровения про свекровь выбили почву из-под ног моей Пилар окончательно.

Она сидела, задеревенев. Побледнела. Лишь таращилась на меня и хлопала черными глазами. Наконец, с усилием сглотнула ком в горле:

— Да где же вы такое услыхали, барышня?