Лика Русал – Убить кролика (страница 2)

В «Аполло» стало темно. Все створки закрылись с глухим ударом о пол. На какое-то мгновение мне показалось, что я оглохла — прекратились крики и выстрелы. Однако тихий плач девушки, пытающейся ползти в сторону книжного магазина, будто послужил кнопкой «старт».

На огромном табло, где минутами ранее улыбалась красавица с новым тинтом для губ, высветились красные цифры: 72:00:00. Одновременно из динамиков раздался спокойный женский роботизированный голос:

— До окончания испытания семьдесят два часа. О правилах «Огня» вы получите указания на свои смартфоны. Главная задача — убить Кролика.

Звук множества оповещений — приглушённых и, наоборот, звонких — слился с возобновившейся стрельбой. Люди закричали. Девушка, что ползла к книжному, остановилась — её стеклянные глаза смотрели прямо на меня, а во лбу появилась дыра от пули.

Меня замутило. Животный страх приказывал бежать, однако тело и разум решили по-другому. Проваливаясь в свой первый в жизни обморок, я не знала, смогу ли из него выбраться. Или останусь одним из трупов, что покрывали пол «Аполло».

Глава 2

Мою комнату заливал солнечный свет. Мягкий, дарящий ласковыми прикосновениями к щекам.

Приоткрыв веки, я потянулась и упёрлась взглядом в висящий на стене ковёр. Реликт, — а по-другому уже и не сказать, — доставшийся от бабушки, занимал место именно потому, что мама не желала выкидывать воспоминание. А папа, постоянно находящийся на работе, просто не стал заострять внимание на моём негодовании. Но разрешил прикрепить поверх ковра все плакаты с любимыми группами. Папа часто разрешал что-либо лишь потому, что не хотел тратить время на долгие споры…

— Алиса, доченька? — вслед за коротким стуком в дверь на пороге показалась мама. Такие же русые волосы, как и у меня, такие же серо-зелёные глаза, которые шутя она называла «балтийским морем». Даже телосложение одно и то же — рост метр семьдесят пять, крепкие плечи и спина, но стройные ноги. Мама говорила, что это всё благодаря нашим общим занятиям скалолазанием, но забывала про генетику. — Проснулась, соня, — улыбнулась она.

— Угу, — сев на постели, я откинула одеяло с котиками, мимолётно удивившись: «По-моему, оно было у меня во втором классе…»

Ступни утонули в мягком ворсе розового ковролина.

Мама прошла в комнату, на ходу крикнув себе за спину:

— Петров! Ты обещал хотя бы сегодня подвезти дочку до школы!

«До школы?»

Смутное ощущение неправильности кольнуло.

На пороге показался папа. Высокая фигура, обтянутая вечным деловым костюмом цвета мокрого асфальта, заканчивалась светлой бородкой и такими же пшеничными короткими кудрями.

— Оленька, — папа наклонился к маме, оставляя на щеке поцелуй, — к сожалению, мои партнёры перенесли встречу. Алисе будет лучше отправиться на такси.

— Опять твои иностранные партнёры. — Мама нахмурилась, ей не нравились сделки отца. Весь его бизнес она считала чуть ли не вором семейного счастья. — Серёжа… обещай, что хотя бы отпуск не сдвинется.

— Обещаю, — натянуто улыбнулся отец. В его голосе проскользнула неуверенность.

Солнечные лучи стремительно покинули пространство комнаты. Стало холодно. Настолько, что я обняла свои плечи.

Фигуры родителей подёрнулись дымкой. Тени, стремительно ворвавшиеся в помещение, удлинились, заплясали на стенах и лицах. Вместо лиц мамы и папы, только секунду назад смотрящих на меня с любовью, появились жуткие маски с неестественно распахнутыми ртами.

Закричав, я забралась на кровать с ногами. Невидимый гул, вдруг ворвавшийся сквозь разбившиеся окна, нарастал, бил в уши и вибрировал в горле. Родители стояли неподвижными куклами, пока моя комната рушилась.

«Семьдесят часов до конца испытания. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие!» — оповестил леденяще-спокойный голос.

И я распахнула глаза.

В нос ударила тошнотворная смесь запахов: кровь, рвота и, кажется, чьи-то испражнения. Голова невыносимо раскалывалась, правый висок заливала кровь — к счастью, если можно так выразиться, — чужая. А на ногах чувствовался какой-то груз, не дающий выползти из-под лавки полностью.

С усилием откинув тяжесть, я услышала глухой удар. А повернувшись на локтях, закусила губу, стараясь не познакомить содержимое собственного желудка с мрамором пола. Практически весь пол главного зала «Аполло» усеивали тела. Дорогие костюмы вперемежку с униформой простых рабочих пёстрым калейдоскопом смерти смешивались в одну ужасающую картину.

Перекрестившись, мысленно попросив прощения у мёртвого работника пиццерии, которого я и спихнула с себя ранее, я села.

Невидимых стрелков нигде не наблюдалось. Либо они удовлетворились резнёй и просто сменили позиции, либо смотрели на одну-единственную выжившую сквозь прицелы своих автоматов и задавались вопросом: «Убить сейчас или посмотреть, как долго протянет?»

С усилием поднявшись, я осмотрелась. Воздух в наглухо запертом торговом центре ощутимо сгустился. Прислушавшись, я поняла, что не слышу шума кондиционерных установок. Оставаться в окружении тел, что очень скоро начнут разлагаться в подобных условиях, я не могла. Стоило найти других выживших, а в идеале — выход…

Ладонь засаднило. Запоздало опомнившись, что всё это время судорожно сжимала ту самую флешку, что насильно вручил мне первый из погибших, я разжала побелевшие пальцы. Серебристый прямоугольник оставил на ладони отпечаток. Поискав взглядом свой рюкзак и найдя его полуприкрытым телом какой-то девушки в кружевном, заляпанном кровью платье, я судорожно выдохнула.

— Простите… — выдохнула в пустоту, аккуратно извлекая рюкзак из-под успевшего остыть плеча. — Господи… — прикосновение к трупу показалось, отдало током. Странное ощущение, словно касаешься самой смерти.

Не сразу, но справившись с залитой кровью молнией, я закинула флешку внутрь. Попутно достала свой смартфон и выругалась. То ли при моём падении, то ли позже, в давке, хрупкая электроника оказалась полностью разбита. Экран не включался, не мигали боковые кнопки сенсора. Лишь молчаливая паутина треснутого дисплея холодно смотрела на меня с издёвкой.

— Чёрт, — даже ругаясь, я старалась не повышать голос. Теперь необходимость найти других выживших стала более явной — со своего смартфона я не могла вызвать полицию. — И переписки KakaoTalk отменяются, — с истеричным смешком произнесла я.

Со стороны книжного магазина хрустнуло стекло. Кто-то скрывался за бесконечными стеллажами книг. Яркий картонный стенд, изображающий героиню новой модной манхвы, призывно блестел в полумраке фольгированным оформлением. Между белоснежных волос главной героини появились багровые разводы. Теперь невеста прекрасного принца напоминала сумасшедшую зомби. Но в «Аполло» всё перевернулось с ног на голову. И где находится «нормальность», я теперь не знала.

Припадая на ушибленную лодыжку, надеясь, что там нет перелома, я шатающимся шагом направилась в сторону книжного. Оставалось два варианта: там либо другие выжившие, либо снайперы. Не поверишь — не узнаешь. Вспоминая «Отче наш», я завернула за стенд.

— Айгу4!.. — протяжно взвизгнула молоденькая Лолита в чёрном готическом платье и съехавшей на одно ухо шляпке. Рядом к ней прижималась другая девушка, одетая в униформу местной кафешке, находящейся на третьем этаже «Аполло».

Подняв руки, почему-то некстати вспомнив отечественные военные фильмы, я поспешно заверила, вспоминая не родной язык:

— Я не опасна!

Девушки синхронно икнули. Румянец на тонких, кукольных личиках вспыхнул от облегчения. Однако Лолита вдруг с прищуром посмотрела сначала на экран своего розового смартфона, а после на меня.

— У нас нет никакой информации. Если ты игрок, то баллов за нас не жди!

Враждебность в её голосе я могла с лёгкостью списать на стресс и всё, что произошло в главном зале. Но сами слова не складывались в единую картину.

— Баллы? О чём вы? — переспросила я, осторожно присев за ближний стеллаж так, чтобы оказаться невидимой со стороны зала.

Девушки дёрнулись, отвечая на моё движение. Но не отвернулись.

Работница кафе оказалась более доброжелательно настроенной. По крайней мере, её голос не сочился ядом:

— Где ваш телефон, агасси5?

Быстро показав полностью неисправный аппарат, я вернула его обратно в недра рюкзака.

С лиц обеих девушек сошла тень. Работница кафе даже позволила себе лёгкую, пусть и слегка блёклую от испуга, улыбку.

— Тогда вы вне игры. Не беспокойтесь, мы с Мин Джи решили также не участвовать. Не обижайтесь за грубость онни6, она как и я просто хотим выжить.

— Пф, — Лолита, оказавшаяся Мин Джи, поджала губы. — Чи У, эта иностранка может оказаться засланным шпионом. Не стоит с ней откровенничать.

И вновь я напоролась на одно и то же. Да, в Корее к иностранцам относились мягче, нежели в той же Японии, однако и «своей» я стать по понятным причинам не могла. Даже проработав здесь три года и сносно общаясь практически без акцента. Добавим к общей картине мою совершенно славянскую внешность и слишком высокий по меркам корейцев для девушки рост… и получаем недоверие из-за несоответствия стереотипам.

Решив не отвечать на шпильку Мин Джи по поводу моего возможного подлого хода, я решила сосредоточиться на Чи У:

— Пожалуйста, объясните, что здесь происходит. О какой игре и баллах вы говорите? Я потеряла сознание в первые минуты стрельбы и всё это время пролежала в главном зале. Телефон неисправен, а других… людей, — почему-то слово «выживших» произносить не хотелось — я не нашла.