Лидия Мун – Младшая сестра Золушки была гангстером (страница 20)

— Интересно выглядишь, — произнесла она.

— Это комплимент? — спросил я, даря Лилиан улыбку бэдбоя.

— Возможно. — Она отвернулась к окну, но от меня не укрылись ее покрасневшие щечки.

— Это твои учебники? — спросил я, рассматривая книги. Некоторые названия на корешках были четкими, а некоторые, почему-то, размытыми, будто их пытались стереть.

— Они просто для красоты. — Лилиан поставила букет цветов в вазу, которая внезапно появилась у нее в руках. — Там только парочка настоящих — те, что я знаю наизусть. Все во сне берется из головы человека. — Она постучала пальчиком по своему виску. — Если я не могу представить что-то достаточно четко, то это не сможет появиться во сне так же детально, как в реальности.

— Значит, меня ты можешь представить довольно детально, — с довольной улыбкой заметил я, поймав свое отражение в зеркале.

Лилиан покачала головой и уселась на диван.

— Ты такой четкий, потому что это и твой сон тоже. Твое сознание в нем реально. А вот если представить кого-то во сне… — Зажмурившись, Лилиан нахохлилась, как воробей.

Спустя мгновение перед нами появился Вермишель.

— Фу! Почему именно этот петух? — воскликнул я, сморщив нос от отвращения.

Лилиан хихикнула, и Вермишель тут же растаял в воздухе.

— Только не говори, пожалуйста, что влюблена в него, — пробормотал я, сев рядом с Лилиан и умоляюще заглянув в ее небесно-голубые глаза.

Ее улыбка стала шире. Издав новый смешок, Лилиан ответила:

— Хорошо, не буду.

Я замер, озадаченно глядя на ее румяные щечки. Так она влюблена в него или нет?

Черт, я сам виноват — неправильно сформулировал просьбу. Надо было в лоб спросить, нравится ли ей Вермишель. Тогда бы и получил четкий ответ. А теперь и переспросить как-то волнительно, и оставлять этот вопрос нерешенным тоже не хочется.

Ладонь Лилиан лежала на диване, совсем рядом с моей. Поддавшись порыву, я осторожно накрыл ее маленькую ладошку своей и замер, изучая ее реакцию.

Лилиан вздрогнула от неожиданности, но ладонь не отдёрнула. Лишь отвела глаза в сторону и перестала лукаво улыбаться. Ее щеки при этом стали еще алее.

— Если он тебе и правда нравится, то я буду сильно ревновать, — тихо, но уверенно произнес я. — А еще буду стараться сделать так, чтобы тебе понравился я. Даже несмотря на то, что в реальности у меня женское тело, ты мне очень нравишься, Лилиан. Понравилась с первой встречи. Прости, но я больше не могу держать это в себе.

Сердце колотилось, как бешеное. В животе образовался узел, который постепенно затягивался все туже. Ожидая ответа Лилиан, я напрягся так, что заболела голова.

— Нет, мне не нравится месье Шель, — наконец произнесла Лилиан. — Я общаюсь с ним только потому, что он — инспектор по делу убийцы чародеев. Меня познакомила с ним Ноэми, которая расследовала это дело. Втроём мы пытались докопаться до правды. — Лилиан тяжело вздохнула. — Но теперь все это в прошлом. Ноэми в Сальпетриере, а месье Шель решил, что женщины слишком восприимчивы к подобному, и перестал вводить меня в курс дела.

— Мадам Лоран рассказала мне, что в психушку Ноэми упекла...

Я резко замолчал и озадаченно моргнул. Мы же говорили совершенно о другом!

Вот как женщинам удаётся так ловко выкручиваться? Начала, значит, с прояснения их с Вермишелем отношений, а потом виртуозно перешла к Ноэми и делу, которое они расследовали. Потрясающе!

— Кто? — нетерпеливо спросила Лилиан, глядя на меня так, словно я был оракулом, который вот-вот предскажет ей её судьбу.

Чёрт возьми, ну как можно устоять под этим невинным взглядом ангела? Все мои намерения вернуться к предыдущему разговору и потребовать от Лилиан ответа на моё признание рухнули.

— Золушка, — вздохнув, договорил я. — Полагаю, она сделала это, чтобы избавиться от конкуренции в борьбе за сердце принца Чарминга, потому что в скором времени она отравила еще и Доротею.

Лилиан кивнула, ничуть не удивившись моим словам. Откинувшись на спинку дивана, она задумчиво сказала:

— Элла сначала показалась Ноэми странной, но не опасной. Она не понимала, почему незаконнорожденная дочь, живя в доме в качестве прислуги, угнетает саму себя. Представилась прозвищем, а не именем, велела не жалеть её и поручать самые тяжелые дела.

— Словно хотела, чтобы со стороны выглядело, будто семья Лоран её угнетает, — заключил я.

Лилиан кивнула и продолжила:

— Через некоторое время Золушка начала стравлять сестёр друг с другом, а потом и вовсе стала их шантажировать. Чего она добивалась, Ноэми так и не узнала. Она была всецело поглощена расследованием убийств чародеев, и на Золушку у неё просто не было времени. Ноэми отвлеклась и не заметила, как Элла нанесла удар.

— Что именно она с ней сделала? — поинтересовался я.

Разговор так меня затянул, что я подтянул ноги и уселся по-турецки, не сводя с Лилиан заинтересованного взгляда.

— Ноэми начали сниться кошмары. Будто в её покоях ходит чудовище. Наблюдает за ней из-за штор, сверкая глазами в темноте. Живёт под её кроватью. Ноэми перестала спать, почти ничего не ела. Она очень боялась, что ночью существо нападёт на неё.

На глазах Лилиан выступили слёзы. Она сжала ладони в кулаки, и я вдруг осознал, что всё ещё накрываю её ладонь своей. В душе затеплился робкий огонёк надежды.

— С каждым днём Ноэми становилось хуже. Я предлагала ей пожить у меня, но она не захотела оставлять маму и сестру. А потом Ноэми просто не пришла на встречу со мной и месье Шелем. — Лилиан вздохнула и перевела взгляд на мою ладонь, под которой находился её кулачок. — Позже мы узнали, что у неё был припадок, и её увезли в Сальпетриер.

В голове после рассказа Лилиан кружилось много мыслей, и я поспешил озвучить их, пока они меня не покинули. Может, какие-то из них окажутся дельными.

— А что, если Золушка причастна к убийствам чародеев? — затараторил я, чуть крепче сжав кулачок Лилиан. — Допустим, она узнала, что Ноэми расследует это дело, и решила избавиться сразу и от конкурентки, и от ищейки.

Лилиан нахмурилась. Несколько секунд у неё ушло на размышление, а потом она произнесла:

— Хочешь сказать, что Золушка может быть убийцей чародеев?

Я кивнул.

— И ещё то чудовище из ночных кошмаров Ноэми — мне кажется, я его видел. Тык украл у Золушки хрустальную туфельку — возможно, одну из тех, что принадлежали пропавшей принцессе Изабелле. За туфелькой тут же пришёл отвратительный монстр. Я просто обалдел, увидев его!

Глаза Лилиан испуганно округлились. Её прекрасный ротик открылся и снова закрылся. Затем она тряхнула головой и, немного заикаясь от волнения, спросила:

— Хрустальные туфельки? Монстр?

— Именно! И всё это в комнате Золушки, представляешь?!

— Так, стоп! — Лилиан выдернула свою ладонь из-под моей и выставила её вперёд. — Давай по порядку.

Я кивнул и постарался умерить пыл.

— Итак, ты утверждаешь, что у Золушки находятся хрустальные туфельки принцессы.

— По крайней мере, одна точно! — Я поднял вверх указательный палец. — Но не могу сказать точно, оригинальная она или нет.

Лилиан кивнула и задала новый вопрос:

— Где эта туфелька сейчас?

Я виновато поджал губы и пробормотал:

— Она разбилась в процессе… э-э… сражения с монстром. Вот! Мы спрятали осколки в цветочный горшок у меня в спальне.

— Не знаю, могут ли разбиться настоящие хрустальные туфельки, — задумчиво произнесла Лилиан. — Но, если предположить, что у Золушки они ненастоящие, то зачем тогда чудовищу их охранять, верно?

— Верно-верно, — закивал я. — Незачем.

— Так, а что с чудовищем? — спохватилась Лилиан.

— О… — протянул я, почесав затылок. — Ну, оно умерло.

— Умерло? — Лилиан озадаченно склонила тёмноволосую головку набок. — Само?

— Из-за случайной оплошности Тыка, — свалил я всё на своего питомца. Ну а что, его тут всё равно нет.

— Значит, Золушка осталась без стража и одной туфельки, — сделала вывод Лилиан.

За разговором она невольно приняла такую же позу, что и я, прикрыв колени длинным подолом платья.

Я бросил взгляд в зеркало на стене и едва заметно улыбнулся. Мне понравилось, как мы выглядели со стороны: словно два близких друг другу человека, которые делятся всякими интересностями. С Ирэн у нас таких посиделок никогда не случалось. Да и нам ни разу не доводилось обсуждать убийства и монстров. Только подарки, которые хотела бы получить от меня Ирэн.

— Она очень негодовала из-за пропажи. Хотела пойти на бал в туфельках и заявить, что она — пропавшая принцесса, — вспомнил я разговор Золушки с феей. — Кстати, её крестная фея — настоящий демон. Она сама об этом сказала, я слышал.

У Лилиан снова брови поползли вверх.