Лидия Миленина – Замуж за дракона любой ценой (страница 13)
— Он что, прямо сюда заглядывает? — шепотом спросила я, пряча волнующую сладость, что растеклась по телу от его объятий.
Очень решительных, сильных… жарких.
Гарорс ничего не ответил.
В следующий миг он спикировал, как коршун, и накрыл мой рот поцелуем.
Следующие три дня были самыми счастливыми в моей жизни.
С Алексом мы виделись каждый день и улаживали дела в салоне. Вернее, он улаживал моими руками и руками нашего администратора Зои, которой предстояло вести дела во время моего отсутствия. В смысле Алекс говорил мне, что делать, а говорила, что делать Зойке.
Поначалу девочки в салоне, конечно, были ошарашены отсутствием Оли. Я-то в основном проводила дни в институте. А Оля была в салоне каждый день, как настоящая хозяйка. Я, как и договаривались, наврала, будто Оля уехала во Владивосток к каким-то нашим дальним родственникам помогать с заболевшей двоюродной бабкой. Девочки поверили. Почему бы и нет.
А потом в салон в первый раз зашел Алекс, и девчонки совсем успокоились насчет Олиного отсутствия. Да и новость, что я тоже скоро уеду к Оле на неопределенный срок, восприняли стоически. В сущности, я их не особо волновала, и хозяйкой меня они не воспринимали. Может, даже ждали, когда внезапно такая деловая я успокоюсь.
На Алекса же глядели, откровенно роняя слюни. Я, разумеется, переживала, как бы ему не понравилась одна из наших мастериц. Но Алекс оказался кремень, и я… совсем влюбилась.
Засыпала с мыслью о нем.
Просыпалась, предвкушая новую встречу.
В течение рабочего дня ждала, когда мы с ним пойдем в ресторан. При этом он два раза дарил мне цветы, один раз — какие-то безумно дорогие конфеты. Но даже поцеловать не пытался!
Меня это, с одной стороны, смущало. А с другой — убеждало, что намерения у него серьезные.
К тому же… я даже боялась, что мой принц-дракон захочет уложить меня в постель!
Во-первых, когда-то мама с бабушкой учили, что ложиться в постель можно лишь с тем, кого хорошо знаешь.
А во-вторых, мне так не хотелось разочаровывать Алекса!
Быть девственницей в моем возрасте как-то даже неприлично. Я бы избавилась от девственности… Но так не хотелось, чтобы Алекс видел мою неопытность, чтоб ему было скучно в постели со мной. Или чтоб подумал, будто я прежде не привлекала мужчин даже просто в сексуальном плане…
В общем, к счастью, Алекс меня в постель не тащил. Я успокоилась на этот счет. И упоенно принимала в подарок душистые розы и гуляла с ним за руку после ужина. Этого «за руку» мне, в сущности, хватало. Ведь это было так окрыляюще прекрасно!
На утро четвертого дня у нас был намечен переход в другой мир.
Сосредоточенный Алекс встретил меня на машине возле дома, открыл дверцу. При мне была лишь сумочка с документами и телефоном да рюкзачок с минимумом вещей. Накануне он проинструктировал меня, что мои вещи все равно не подойдут в другом мире. Да я сама об этом догадывалась и уже представляла себя в старинном платье и плаще, как у мага.
Красота! И все это будем моим. Любовь дракона, магия, приключения с хорошим концом.
— Портал, через который прошла твоя сестра, уже закрылся, — сосредоточенно сказал мне Алекс. — Вера, милая, нам нужно будет пойти другим путем — через несколько миров. Сделаем круг. Ни о чем не беспокойся.
«С тобой я вообще ни о чем не беспокоюсь!» — подумала я.
Улыбнулась:
— Мне даже интересно через несколько миров. Я ведь не была ни в одном.
— Нужно будет лететь на мне. Не везде порталы находятся по соседству, — продолжил он.
А мое сердце сжалось от счастливого предвкушения. Лететь на драконе!
Знал бы ты, дракон, как я об этом мечтала. Мне и собственной второй ипостаси не нужно. Мне бы сесть тебе на шею и лететь в поднебесье… И вашей второй ипостаси я совершенно не боюсь.
— Алекс, я не боюсь, — улыбнулась я. — Мне, напротив… очень этого хочется.
— Хм… — со странной интонацией ответил он. — То есть ты не передумаешь? Ты согласна на мое предложение пойти со мной в другой мир?
— Мы же обо всем договорились! — удивилась я. — Конечно, согласна. Если только тебе… стало не до нас с Олькой… Тогда…
— До вас, до вас, не беспокойся, — с еще более странным выражением ответил Алекс.
Все это время от так и стоял у открытой двери автомобиля и разговаривал со мной, севшей на пассажирское сидение. Тут же решительно закрыл дверь и сел на водительское место.
— Ну что же… поехали, — неожиданно жестко усмехнулся он и протянул руку, как будто чтобы помочь мне застегнуть ремень безопасности. Но тут рука изменила направление и коснулась моей шеи.
Я ничего не почувствовала. Просто вдруг погрузилась во тьму.
Когда я очнулась…
Мне даже не сразу поверилось, что это происходит. Я ведь даже начала доверять Гарорсу, уважать его.
Разумеется, дать отпор не получалось. Я была прижата к его твердой, как камень, груди, даже руками не оттолкнуть! А хищные губы творили нечто невероятное. Он целовал меня, как возлюбленный целует свою единственную перед разлукой. Страстно, отчаянно…
Я вовсе не собиралась отвечать на поцелуй. И не стала. Напротив — во мне поднялась ярость. Я даже почувствовала, как жар охватывает тело. Но одновременно я ощутила и другое.
Водоворот, захвативший душу и тело. Невольное — и жаркое, как южный день, влечение. Оно волнами расходилось по телу, сворачивалось внизу живота, провоцировало изгибаться.
По правде, это было ужасно. То, что Гарорс вот так схватил меня и начал целовать. Еще и почти голую! Сейчас, когда он прижимал меня к себе, особенно остро ощущала контраст между своей голой кожей и его жестковатой на ощупь одеждой.
А между тем сильные руки как ни в чем ни бывало бродили по моей голой спине, по волосам (придерживая голову, чтоб не отстранилась, видимо!).
— М-м! — едва-едва выныривая из водоворота, попробовала восстановить дискуссию я.
Но не тут-то было! Вихрь разрастался, и я могла лишь уговаривать себя не начать целовать его в ответ так же жарко и отчаянно, как он меня. Потому что это было не только ужасно. Это было еще и прекрасно! Вот все это — хищное, несанкционированное. Чтоб его, этого Гарорса!
И вдруг, когда в голове уже пронеслась хорошо знакомая всем женщинам мысль «если кое-что неизбежно, то расслабься и получай удовольствие», Гарорс резко отпустил меня.
Первым порывом было… то ли с размаху залепить ему пощечину. То ли так же властно, как он меня, обнять его и продолжить это безобразие. На этот раз по моей инициативе и под моим контролем. Свести с ума этого типа. А потом улыбнуться и натянуть, наконец, платье.
Но я не унизилась ни до того, ни до другого. Только вот влечение, смешанное с яростью, так и клокотало внутри. Рвалось наружу, мне казалось, что я вот-вот начну изрыгать огонь, как настоящий дракон.
— И зачем это было? — подчеркнуто-спокойно и жестко спросила я. — Поцелуй, чтоб ты знал, можно изобразить. Необязательно целовать по-настоящему.
— Кгм… Хм… — ответил Гарорс. В его глазах так и пылало. Что доказывало — целовал он меня с искренним чувством. И мой полуголый вид все же не оставляет его равнодушным. Часть меня возликовала. — Тут нельзя было изобразить. Видишь ли… — он кивнул на штору.
— Что? Этот твой коллекционер прямо вот заглядывал к нам⁈ Почему-то не верится!
— Нет, другое, — коротко бросил Гарорс. — Ты слишком зла и не дашь мне объяснить. Примеряй платье. Он ушел. Потом объясню. За чашечкой чего-нибудь прохладительного… А то тут так жарко… — про жару этот невыносимый тип сказал как бы небрежно.
— Ума не приложу, что это еще может быть! — не унималась я. А от его «элегантной небрежности» ярость прилила новой волной. И я вдруг ощутила, что тут и верно очень жарко. Так жарко, как мне бывает во время приступов. — И как мне теперь доверять тебе? Как, позволь узнать, мне поверить, что когда мы будем ночевать вместе, то ты не набросишься на меня так же? И вообще… был ли коллекционер? Может, ты выдумал это, чтобы поцеловать меня? А? Здорово ведь воспользоваться ситуацией, прежде чем отдать меня дракону…
— Ольга! — невозмутимого Гарорса, наконец, пробило, я даже испытала от этого некоторое удовлетворение. — Если бы я хотел отдать тебя дракону… этому дракону… я бы сделал это сейчас! Ты сама бы к нему побежала!
— Ах вот как⁈ И с чего это вдруг⁈ — рявкнула я в ответ.
А в следующий момент мне стало плохо.
Жар затопил одним махом. Меня затрясло и повело. Перед глазами все начало расплываться, а от внутреннего огня натурально затошнило. Мне показалось, что прямо сейчас я просто сгорю изнутри.
Несколько мгновений я покачивалась, а потом вдруг ощутила, что Гарорс держит меня за плечи — не давая упасть и одновременно как-то немного приводя в чувство.
— Ольга! — услышала я сквозь пелену. — Соберись и ударь меня! Слышишь⁈ Я не могу справиться с этим твоим приступом… Он слишком сильный. Ударь меня, слышишь⁈
Словно во сне я подняла руку и слабо (потому что все силы выедал внутренний жар) размахнулась и…
Моя ладонь как раз летела в сторону его красивой физиономии, когда с нее вдруг сорвался натуральный сноп пламени. Рука же упала вниз бессильной плетью, так и не добравшись до щеки Гарорса.
В следующий миг я ощутила, что меня отпускает. Стало немного получше. По крайней мере перед глазами уже не мутилось.
Гарорс мотнул головой — и огонь погас. Просто растворился в воздухе.