Лидия Мельнечук – Терра Инкогнита: Технохаос (страница 23)

Я даже не думала, как хочу услышать, что пес действительно потерял наш след. Что эта настырная четвероного-лапо-рукая тварь бродит кругами и скулит, не в силах учуять ментальные отблески своих целей. Но увы. Эмоции и мысли – не запах, психическая волна не рассеивается так быстро и тянется на куда большем расстоянии.

Говорят, до Гнева Господня резервы человеческой психики активно изучались. А сегодня о том, что такое инфополе и ноосфера, можно узнать лишь обрывками – из случайно найденных книг, тех, что еще сохранились. Да и они в основном устарели задолго до рокового дня. Канула в Лету Сеть, и с ней – тысячи и тысячи трудов, не продублированных в бумаге, исчезнувших вместе с миллионами гигабайт бесполезного хлама. Те носители, что выкапывают из-под развалин, годятся разве что на разбор – в лучшем случае. Жесткие диски превратились в смятые, сплющенные куски изъеденного коррозией металла. Пленка на кинопроекторных бобинах съежилась и сплавилась в липкие комки. Впрочем, даже будь оно цело, все равно нет тех, кто еще помнил бы, как собрать компьютер или тем более наладить кинопоказ. Исчезла Сеть, и исчезли знания, испарились вместе с мейнфреймами в ядерном аду. А книги – те, что не сгорели, не утонули, не были сожраны тараканами, крысами или мутами, – остались разрозненными листами, на которых бурно пирует плесень. А мы… Мы грызем объедки собственного былого величия.

Мы знаем только то, что помогает нам выжить. То, что уцелело через поколения – от видевших Гнев Господень через свои смарт-проекторы в замкнутых системах. Биомеханика, оружейное дело, альтернативные источники энергии. Все это сохранилось потому, что могло нам помочь. А еще – просто потому, что выжили те, кто об этом знал. Случайность определила наш мир. Если бы они знали о другом, то и мы сейчас были бы иными. Если бы были вообще. И, возможно, писали бы новые книги. Или жрали старые, вместе с мутами. Или так же продолжали эти книги жечь…

Мой фонарь моргнул и погас окончательно. Умирающий подствольник на глоке еще смотрел тусклым бельмом, кладя плоский кружок света на груду смятых бумажек в углу.

Бензиновая зажигалка, щелкнув, бросила желтые отблески на выщербленные стены. Сухой мусор весело занялся, как будто только этого и ждал.

– Здесь есть вентиляция. – Тесла поворошил костерок, и тот разгорелся сильнее. – Запах дыма может привлечь местных обитателей, но придется рискнуть.

Огонь взвился и уже через секунду опал, оставив после себя хрусткое черное тление. Вонь горелой бумаги и пластика наполнила подвал. Алого света едва-едва хватало, чтобы вычерчивать границы костра.

Подствольник бесшумно померк. Затрещала динамо-машинка. Я сунула свой фонарь в карман. Динамо на нем нет, а акумы стоит поберечь.

От костра тянуло едва уловимым, но все же теплом, и я придвинулась ближе. Под курткой зудело и чесалось, но речи о том, чтобы раздеться и привести себя в порядок, не шло. Я спрятала ладони в рукава. Покосилась на стоящую рядом сумку. На тряпичном ремне, перерезанном сюрикеном, от узла расползались нитки. Я мысленно пожелала юному поклоннику метательных орудий быть сожранным мутами. Если бы мысли материализовались, пацан бы уже раз тридцать стал трупом.

Дотянувшись до сумки, я вытащила из внутреннего кармана пакетик: дробленое сухое зерно вперемешку с солью и пряными травами. Тесла отложил фонарь, подал мне бутылку с водой. В ней плескалось на донышке.

– Есть банка консервов. – Он присел рядом, подтащив ближе свой рюкзак. – Половину съедим, остальное зальем водой, смешаем с крупой – получится походная каша.

– Ее бы еще неплохо сварить, – заметила я. – Наше подобие костра для этого слабо подходит.

Тесла хмыкнул. Его пальцы механически вращали зажигалку – указательный, средний, безымянный. Вперед-назад, вперед-назад. Мелькала черная изолента.

Не переставая исполнять этот гипнотический фокус, другой рукой он пошарил в своем рюкзаке. Что-то сухо и плотно шлепнулось на пол.

– Вот это его точно взбодрит.

Зажигалка остановилась, зажатая пальцем в серой глове. Огонек заплясал над толстой пачкой купюр, перетянутых широкой белой лентой. Я присвистнула. Вытянула одну.

Старые доллары. И не просто старые – старинные, древние. Доисторические, можно сказать. Большие, бело-зеленые, с портретом какого-то старика на одной стороне и размытой толпой – на другой. Возле портрета проставлена дата печати: 1917 год. А по углам – гордые цифры: единица и четыре нуля.

– Ничего себе запас! – Я потерла купюру. Грубая бумага скрипела под пальцами. – Не думала, что их еще находят. Да тут на пару ужинов хватит!

Тесла ничего не ответил. Молча взял из пачки банкноту, с хрустом смял, поднес к зажигалке. Занявшееся пламя осветило его лицо – плотно сжатые бледные губы, вертикальную морщину между бровей. Хаотичные тени заплясали на скулах. Уголок рта чуть приподнялся в подобии кривой улыбки. Я вопросительно посмотрела на него:

– Думаешь, нет?

И тут Тесла рассмеялся. Держа скомканный десятитысячник в руке, он хохотал, и отзвук его смеха вспуганно метался среди бетонных стен. Танцующее пламя блестело на слоновой кости ровных зубов.

Смех угас вместе с погасшим огоньком. Тесла швырнул горелый обрывок в костер, туда же полетела треть пачки.

– Ты абсолютно права, – сообщил он, поджигая купюры, – сейчас этого хватит на целых два ужина.

Глава 13

На ту сторону

Каша получилась так себе. Огонь вяло жевал плотные купюры, бумага тлела, почти не давая жара. Тесла, ловко орудуя ножом, вскрыл плоскую жестянку с выбитой на крышке бычьей головой. Многообещающая эмблема, однако, подвела: внутри оказались несимпатичные на вид шматы, ноздреватые и совершенно не похожие на мясо. Пахло, впрочем, приятно.

– Соя. – Тесла наколол кусок содержимого на острие ножа. С куска стекал жидкий сок.

– Свинство, – отозвалась я.

Желудок урчал, требуя мяса. Слегка мутило – от голода и вони горелой бумаги. Вентиляция справлялась со своими обязанностями кое-как, и комнатку медленно заволакивало дымом.

Какое-то время мы молчали, жуя сою и на всякий случай глянцуя ее абсентом. Когда банка опустела наполовину, я влила в остатки эрзац-тушенки воду и сыпанула крупы. Тесла тем временем надрезал хлипкую консервную крышку с трех сторон, отогнул узкие полосы наподобие треноги и аккуратно установил шаткую конструкцию у края костра. Жестянка с соево-крупяным месивом устроилась сверху.

В комнатке теплело. Костерок, хоть и хилый, постепенно согревал воздух, абсент горячил изнутри. Тесла сбросил плащ, расстелил его и уселся спиной к стене. Я разложила на полу объемистую штормовку, кинула поверх куртку. Будущий ужин в банке начинал шкворчать. Я нашарила в кармане последнюю сигарету, подкурила от костра.

– Как думаешь, что там? – спросила я, указывая на заблокированную дверь.

Тесла пожал плечами, едва заметно поморщился. Тоже закурил – в воздухе поплыл горьковатый густой аромат.

– Вряд ли это технический тоннель. – Мой спутник постучал пальцем по гермозатвору. – Шлюзовые двери такой ширины и толщины – не для служебных ходов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.