Лидия Лидова – Бывшие. Второй шанс для бати (страница 2)

Женщина тоже хохочет со мной.

Только малышня недовольно фыркает.

Протягиваю руку мадам в норковом полушубке с рыжим лисьим воротником, на который падают рыжие пряди прямых волос.

– Добрыня.

– … Никитич?

– Почему? Максимович Максимов, гендир медиахолдинга.

– Надежда Волкова, подруга матери этих негодниц и по совместительству – начальница Майи Истоминой.

– Бухгалтерия, верно?

– Нет, аудиторские услуги.

– Вот как, а мне в компании давно хотелось провести аудит. Так сказать, кое– что проверить.

– Визитку? – женщина протягивает мне визитку, и я тут же прячу ее в карман.

Расспрашивать ее сейчас об Истоминой нет смысла, испугается.

К тому же я сам пока не знаю, чего хочу.

Мы слишком плохо расстались с Майей, чтобы начинать что–то снова мутить.

– Запиши мой номер домашний, – требует Вася.

– Что за новости?

– Я хочу папа!

– На следующее восьмое марта купидон обязательно подарит тебе его! – врет беспощадно Надя.

– А не Амур? – переспрашиваю я, про себя же думаю «Надеюсь, не Артур».

– Я этого хочу! – девчонки упираются ногами в пол, поднимается визг. Пока Надя удерживает маленьких мустангов, я быстро ретируюсь.

Залетаю в первый попавшийся бутик – покупаю какие–то браслеты, на усмотрение консультанта. И сильно удивляюсь, когда мои «запасные» женщины остаются довольны.

Уже поздно вечером я лежу перед плазмой, прикрыв глаза и думаю о том, стоит ли возвращать в свою жизнь Майю?

Для начала надо узнать, чем она живет.

Может, дочери ее ищут отца, а у матери давным–давно кто–то есть, только она в дом его не приводит.

Глава 2

Майя

9 Марта

Самый сложный день в году – это день после великого праздника. Будь то Новый год или 8 Марта, или день рождения дочерей. Но на следующий день мне всегда приходится работать.

Так уж вышло, что работаю я как конь. Нет, не в поле, а в аудиторской компании Надежды Волковой. По образованию я бухгалтер–аудитор, работу свою люблю. К сожалению, жизнь –паршивка распорядилась так, что я вынуждена считать чужие большие деньги и докапываться до каждой копейки, которую потратили не туда.

Вот и сегодня я снарядила дочек и отправила их в торговый центр с их любимой тетей Надей. У нее денег много, а мои любят и ловят таких «клиентов».

Сама же остаюсь дома, сижу стучу – то по клавишам клавиатуры, то себе по голове – пультом от кондиционера.

Меня сегодня то в жар бросает, то в холод – есть с чего. Баланс ни черта не сходится. А компания на МСФО. Будут большие проблемы как у них, так и у нас, потому что именно «Надежда вашего бизнеса» – ведет этот жирного кота… фу! Клиента.

И новенькая сотрудница напортачила так сильно, что мне с трудом удается выудить с первого взгляда все ошибки.

Моя любовь с отчетами обоюдная, обычно, всё происходит с первого взгляда.

Но не сегодня.

Мои мысли растекаются, как и я сама.

Вчера допоздна отмечали с девчонками–коллегами восьмое марта, и так вышло, что на поверку оказалось, что мы все одиночки!

Разведенка (начальница).

Холостячка (я).

Любовница.

Вдова.

Неопределенное семейное положение (муж вроде есть, но он–арбуз).

Так вышло, что мы дарили друг другу подарки, говорили хорошие слова, делали вид, что все в порядке.

Но это было только вначале банкета, чуть позже, когда начались песни под Караоке, Надя призналась, что не отказалась бы получить в подарок… нет не дед мороза, и даже не парня из стрип–бара, а самого что ни на есть настоящего мужчину.

Мы долго хохотали.

– Надюш, такие мужики не любят умных и красивых как ты. У тебя нет шанса.

– А у меня есть, мамочка? – внезапно у стола возникла хрупкая фигурка Василисы. Вечно растрепанная и задумчивая, в розовой футболке, перепачканной синими красками, она хлопала на меня огромными серыми глазищами, которые достались ей в наследство от ее отца.

Впрочем, это всё, что ей от него досталось…

– Что у тебя есть? – я осторожно приобняла дочурку, чтобы не перепачкаться в краске.

– Шанс найти хорошего… папу? Я же не красивая как Ася и не умная как ты. Значит, у меня есть шанс на хорошего мужика – папу!

– Котенок! – из глаз Нади моментально выкатываются слезы. Она хватает мою малышку и крепко прижимает к своему дорогущему белому платью. – Как ты можешь быть некрасивой? Ты же – близняшка Аси. Вы обе красавицы. Ваши глаза еще будут снимать в рекламе.

– Надя, не начинай. В шоубизнес мои дети никогда не пойдут!

– Ну да, ну да, пускай станут как мы – офисным планктоном, живут от зарплаты до зарплаты.

– Прекрати!

– Мамуль, – дочка вырывается от любимой тети, которая ее задаривает день и ночь подарками, потому что у самой – сын, и тот вырос, и обниматься давно не дает, и целовать в щеку не позволяет. А Надя любит тискать детей. Вот они и сошлись – Вася, Ася и Надя.

– Дочка, всё не так просто с папами… – начинаю я.

Кто–то из подруг громко фыркает:

– Ну да, кобелюки эти… им же сыновей подавай.

– И ты прекрати!

Коллега осекается. Другая качает головой, делая ей замечание.

– Мама, я могу понравиться папе? Если я справлюсь с волосиками, – дочь хлопает себя по светлой головке ладошкой, гладит.

– Твою ж! – вскрикиваю, только заметив, что ладошки тоже были в синей краске, и теперь «наши» светлые растрепанные волосы еще и в синюю крапинку.

Слезы набухают в глазах, и я сама ловлю дочь. Забывая о платье, прижимаю ее к себе, чуть отстраняюсь, заглядываю в глаза, говорю вкрадчиво:

– Милая, если Амур запустит стрелу в мое сердечко снова, я не откажусь от любви. У тебя будет папа, обещаю.

В дверь звонят, бегу открывать. На пороге, как и ожидалось начальница, дочки и гора пакетов.