Лидия Гортинская – Ведьмачка: дорога к себе (страница 6)

Я кивнула и пошла в свою комнату: моя дежурная сумка всегда стояла у дверей, а меч ждал рядом.

Выйдя из ворот замка, я решила положиться на свое чутье и пойти в сторону Полога. Шмель летел рядом и непрерывно болтал:

– Моя королева, я побеждю всех ваших врагов, потому что я – ваш первый рыцарь! Когда вы будете на троне, я буду участвовать в рыцарских турнирах, получу награду из ваших рук и буду самым счастливым фэйри на свете! Вы же дадите мне кубок? Большой кубок. Самый большой кубок, я в нем буду купаться по праздникам. Хотя по будним дням я буду купаться в нем тоже. Вот предста…

– Прекрати болтать! Ты мешаешь мне сосредоточиться! Еще одно слово от тебя – отправлю обратно в Цитадель. Будешь сидеть там и ждать.

Сэр Шмель испуганно закивал головой, достал из кармана маленький пузырек и выпил его.

– Что это ты выпил? – спросила я его.

Малыш показал на губы и сделал перечеркивающий знак рукой.

– Зелье безмолвия?

Шмель закивал и продолжил тихо летать вокруг меня.

Дорога превратилась в тропинку, а затем просто исчезла в траве. Я тихо шагала и прислушивалась к окружающему миру. Деревья скрипели под напором ветра, где‐то свистели птицы, в остальном было тихо и спокойно.

Внезапно я учуяла запах дыма. Это было странно, в этой части леса никогда не было домов. Деревня стояла в другой стороне. А сейчас пахло именно дровами, которые горели в печи.

Шмель озадаченно принюхался и устроился у меня на плече.

Я осторожно выглянула из-за дерева и увидела симпатичный домик, стоявший на полянке. Его красная крыша даже не была покрыта слоем иголок, как должно было быть с домом посреди леса. Белые стены казались слишком яркими, а синие ставни открывали окна для солнечного света. Я подошла и постучала в дверь. Перед ней лежал веселого цвета ковер с цветочными узорами. Сзади дома кто‐то колол дрова, я слышала размеренные удары топора по дереву.

– Заходите, открыто, – раздался голос.

Я распахнула дверь и зашла в дом. Комната блестела свежей краской – полы, стены, потолок были идеальными. Посредине стоял большой стол, покрытый белоснежной скатертью, за которым сидела молодая девушка.

Мое подсознание кричало мне не входить, казалось, меч за спиной недовольно ворчал, но я пренебрегла этими знаками. Шмель сидел у меня на плече и не собирался никуда взлетать.

– Добрый день, хозяйка, – поприветствовала я девушку, – патрульная служба Цитадели, ведьмачка Тейя. Попрошу представиться и дать объяснение, как ваш дом оказался здесь.

– Свободная художница Алрина, – заявила девушка, – мой домик путешествует по разным местам земли, на данный момент я нахожусь здесь. Хотите чай, наверное, устали с дороги?

Я кивнула. Шмель взлетел и направился изучать комнату, как вдруг Алрина закричала:

– Ой, пожалуйста, давайте без летающих человечков, я очень боюсь насекомых.

– Это фэйри, они не насекомые, – ответила я.

Шмель начал строить жуткие рожицы и махать руками.

– Ну пусть фэйри посидит у вас на плече, не подлетает ко мне!

– Шмель, – я показала ему она свое плечо, куда он с грустным видом опустился.

Пока девушка заваривала чай, я рассматривала комнату. На полках стояли разноцветные книги, парочку из них я точно читала, некоторые очень бы хотела почитать. Я встала и прошла, чтобы посмотреть издания поближе.

Алрина напряглась и попросила:

– Пожалуйста, не трогайте книги, очень этого не люблю. Вот и чай готов.

Я пожала плечами, вернулась за стол и взяла кружку в руки. Из нее пахло болиголовом – об этом заявило мне мое острое ведьмачье чутьё. Свободная художница решила меня отравить, ладно, но она же не знает, что я могу спокойно пить такой чай – со мной ничего не приключится, меня не сможет отравить даже мать Олли. Однажды я была твердо уверена, что она это сделает.

Я закрыла глаза и выпила чай. Наступила тишина, я открыла глаза, вокруг меня было небо, облачка, я сидела на зеленом холме и за моей спиной кто‐то сказал:

– Хи-хи.

Я резко обернулась – передо мной на огромном пне развалился дед-тролль, раскуривая вонючую трубку и выпуская клубы дыма в форме колечек.

– И что я тут делаю? – зло спросила я у него.

– Человечка, – хихикнул дедуля, – глупая человечка выпила отвар нецвети-травы. Глупая человечка думала, что выживет.

– Стоп-стоп, какая нецвети-трава? В чашке был обычный болиголов!

– Хи-хи, я же говорю, глупая человечка, хоть и с древним мечом. Имея меч, головы можно только сечь, а мозгами не разживешься.

– Так, дедуля, давай по порядку. Сначала расскажи мне про траву.

– Нецвети-трава растет за завесой, которую вы называете Пологом. Собирать ее надо на перекрестке трех дорог, запустив сначала черную кошку с белым хвостом.

– Да-да, там прямо полно таких кошек, и трава не растет на перекрестках дорог, ее вытаптывают! – саркастически заметила я.

– Я бы на твоем месте слушал тех, кто старше тебя на пять сотен лет, – обиженно заметил дедуля, выпуская прямо мне в лицо кольцо дыма.

– И умер ты от курения, да? Пять сотен лет курил и всё? – дед решительно меня доставал, я решила пойти в атаку.

– Я решил просто уйти сюда, духи сказали, я тут нужнее. Особенно болтать с не очень умной человечкой. Слушай меня внимательно, я тебе это скажу только один раз – трава растет за Пологом, та, что дала тебе ее, – оттуда. Но она не знала одного: кто раз умер, тот выживет после этого отвара.

Я кивнула, записав себе мысленную заметку о том, чтобы найти информацию о такой травке.

– Покажи меч! – вдруг рявкнул дед.

Я достала меч из-за спины и протянула ему.

– Глупая человечка! Никогда и никому не предлагай меч Некроманта. Он выбрал тебя, только твой. Научись им пользоваться, с ним ты обретешь великую силу. И великую слабость, – тут он неприлично хихикнул. – И не слушай его песни, они могут повести тебя по кривой дорожке.

Он погрозил моему мечу пальцем и сказал:

– Нет-нет, не соблазняй даже таким могуществом!

Я подумала, что дед точно спятил, раз говорит с железкой.

– А теперь, человечка, хочешь посмотреть, что происходит в доме ведьмы-путешественницы?

Я кивнула.

Дед-тролль достал бубен, аккуратно подышал на кожу, протер ее запястьем руки, поднял над головой и застучал. Налетел ветер, который подхватил меня и перенес под потолок домика ведьмы. Я сидела на паутине и смотрела вниз глазами паука.

Сэр Шмель сидел в маленькой клетке и пытался разогнуть железные прутья. Ему это не удавалось, он продолжал биться как маленькая птичка. Голос к нему так и не вернулся, он жестикулировал, показывал совершенно неприличные знаки, проводил ладонью по горлу и сжимал кулаки.

Мое тело лежало на скамейке, ведьма рылась в моей сумке, доставая оттуда зелья, золото, меч валялся на полу. Казалось, что он излучал злобу и желал просто уничтожить обидчицу.

Вдруг в дом вошел Олли с охапкой дров. Шмель еще больше забился в клетке, а мужчина положил дрова и застыл, восторженно глядя на Алрину.

– Наколол? – спросила она.

Олли кивнул и продолжал стоять. Я не понимала, мой Олли служит какой‐то? Какой‐то? Я даже слово не могла подобрать. Как там дедуля ее назвал? Ведьма-путешественница. Так, мне надо срочно вниз, в тело, я ей покажу, как охмурять чужих мужчин.

Едва я это подумала, как я оказалась в своем теле. Глаза открывать я пока не стала, просто прислушивалась. Вдруг к сэру Шмелю вернулся голос:

– Да ты, ты, выпусти меня, мерзкая ведьма! Чем ты опоила мою королеву? Я уничтожу тебя, покромсаю на кусочки и каждый кусочек раскидаю по разным полянам. Тебя никто не соберет! Все забудут, как тебя зовут, мерзкая ведьма.

Далее я услышала, как упала клетка, а далее громкий вопль Шмеля и визг Алрины.

– Сюрприз, – сказала я, вставая со скамейки и приставляя меч к ее шее.

– Ты-ы-ы-ы! – закричала та. – Как ты выжила? После нецвети-травы не выживает никто! Я знала, что в сердце Олафа любовь к тебе, он сопротивлялся моим зельям, пришлось давать тройную дозу.

– У меня есть свои секреты, быстро расколдовывай его! – мой меч сильнее прижался к ее горлу, я слышала внутри головы его шепот и требование забрать жизнь ведьмы в счет нанесенной ею обиды. Шепот был все настойчивее и требовательнее. Я чувствовала, что еще чуть-чуть, и я сделаю это.

Шмель полетел к кухонным ящикам и начал их исследовать.

– Моя королева, пусть громила выпьет это, точно говорю, что это поможет, – он показал на маленькую бутылочку.

Олли стоял неподвижно и влюбленно смотрел на мерзкую девушку. Я ненавидела ее всем сердцем, такой ненависти я никогда не чувствовала.