Лидия Денворт – О дружбе. Эволюция, биология и суперсила главных в жизни связей (страница 22)
Разнообразие, как оказалось, действительно защищает. Те, у кого много социальных связей разных типов, меньше подвержены простуде и успешно сопротивляются некоторым вирусам. Те, кто регулярно вовлечен в отношения только одного – трех типов, заболевают в четыре раза чаще, чем те, чьи социальные сети охватывают представителей шести или более разных типов отношений[155]. Этот результат не изменился и после того, как Коэн и его коллеги постарались выявить все возможные скрытые переменные, способные повлиять на исход эксперимента. Полученный результат было невозможно полностью отнести на счет таких особенностей поведения, как курение, употребление алкоголя, отношение к физическим нагрузкам, и его было невозможно полностью объяснить личностными характеристиками.
Другие ученые предположили, что главное – это ощущение контроля. Так, влиятельный британский эпидемиолог и врач сэр Майкл Мармот в своем исследовании «Уайтхолл» показал, что социальный статус тесно коррелирует с состоянием здоровья. Это не означает, что, как думает большинство и гласит известный афоризм, лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным. Нет. Мармот обнаружил весьма интригующий феномен: оказалось, что каждый человек здоровее тех, кто на иерархической лестнице находится на одну ступень ниже, и менее здоров, чем те, кто стоит на ступень выше. «Здоровье следует за социальным градиентом», – утверждал Мармот. Он доказал это, изучая британских госслужащих, работающих в одном из районов Лондона – в Уайтхолле. В своей работе Мармот показал, что доступом к медицинской помощи и ресурсами на ее оплату невозможно объяснить разницу в здоровье; имело значение что-то еще. «Автономия – то есть насколько независимо можете вы управлять собственной жизнью – и возможности, которыми вы располагаете для полного вовлечения в социальную жизнь, являются важнейшими условиями сохранения здоровья, благополучия и долголетия», – писал он в своей вышедшей в 2004 году книге «Синдром статуса» (
И наконец, есть еще вопрос качества. Не все отношения являются позитивными. Некоторые люди нас критикуют. Другие нас подводят. Некоторые не оказываются рядом, когда они нужны, или, наоборот, отказываются уйти, когда их об этом просят. Как только ученые начали более внимательно присматриваться к эффектам отношений, то – и это совершенно логично – они задумались о качестве наших уз и об их значимости. Социальный психолог Берт Учино был аспирантом в лаборатории Качоппо в Университете штата Огайо, где под руководством Дженис Кикольт-Глейзер изучал людей, ухаживавших за пациентами с болезнью Альцгеймера, а затем посвятил свою дальнейшую карьеру исследованию вопроса о качестве отношений.
Полностью позитивные узы – такие, которые позволяют нам ощущать безусловную поддержку, – составляют приблизительно половину наших социальных контактов, и, как оказалось, их очень легко интерпретировать. Исследования показывают, что эти счастливые отношения обеспечивают ощущение целесообразности и смысла бытия, они расширяют наш кругозор и побуждают нас к лучшему, более здоровому поведению. «Все эти вещи, как нам известно, сопутствуют более благоприятному биологическому старению», – отмечает Учино, работающий теперь в Университете Юты[157]. В своей работе он проследил динамику таких показателей физиологического состояния, как выраженность воспалительных реакций, степень клеточного старения, степень кальцификации коронарных артерий и данные амбулаторных измерений артериального давления. Например: люди, пользующиеся в жизни надежной социальной поддержкой, меньше страдают от возрастных изменений сердечно-сосудистой системы, чем люди, такой поддержки лишенные, причем разница эта весьма и весьма значительна. «У таких счастливцев артериальное давление такое же, как у людей, которые на 30–40 лет моложе их», – свидетельствует Учино. Приблизительно к таким же выводам он пришел, изучая динамику старения клеток. Каждый раз, когда клетка делится, защитные «колпачки» на концах длинных молекул ДНК, называемые теломерами, становятся чуть-чуть короче. В конце концов теломеры укорачиваются настолько, что уже не могут выполнять свои функции. По длине теломер, как по часам, можно определить, насколько биологический возраст соответствует или не соответствует хронологическому. У людей, имеющих хорошие отношения, теломеры оказались длиннее. «Уже невозможно отрицать связь между биологией и отношениями», – отмечает Учино. Мы пока не можем наверняка утверждать, что именно отношения вызывают все эти благотворные процессы, но Учино считает это вполне вероятным. «Противоположное объяснение может заключаться в том, что по мере биологического старения люди теряют способность к полноценным отношениям, – говорит он. – Но думаю, что такое объяснение, хотя оно и правдоподобно, все же маловероятно».
Чисто негативные отношения встречаются редко, они, очевидно, нездоровы. Учино называет их «отталкивающими», как нечто, чего мы стремимся избегать, как, например, скисшего молока. Проще говоря, эти отношения заставляют нас плохо себя чувствовать – ментально и физически. Они сочетаются с более выраженной реакцией на стресс, ухудшением течения депрессии, повышением артериального давления и подавлением иммунитета.
Пока все понятно: позитивные отношения – это хорошо, негативные – плохо. Но Учино ступил на неизведанную территорию, когда взялся за изучение амбивалентности (двойственности) и отношений с родственниками, друзьями и коллегами, которые вызывают у нас смешанные эмоции. Позитивные и негативные чувства не всегда сопрягаются друг с другом. Первые не всегда усиливаются, когда ослабевают вторые; эти чувства и эмоции могут существовать независимо друг от друга, как это случается, например, в продолжающихся десятки лет отношениях с другом, которые вы находите истощающими. Эти амбивалентные узы составляют существенную часть наших социальных контактов – приблизительно половину. В одном из своих исследований Учино даже нашел, что почти 80 % людей двойственно относятся к своим супругам, хотя считается, что такие отношения характерны для половины пар.
В случаях супругов и родственников, конечно, имеют место институциональные отношения, которые для нас часто более весомы, чем отношения дружеские. Такие узы нелегко разорвать, да и не всегда есть желание это делать. Комик Джордж Бернс коснулся этой проблемы в одной своей знаменитой шутке: «Счастье – это иметь большую, любящую, крепко спаянную семью в другом городе». Избавиться от дружеских отношений легче, но это не значит, что мы всегда это делаем или хотим сделать. Когда людей спрашивают, почему они предпочитают сохранять двойственные отношения, они обычно отвечают, что в этих узах больше хорошего, нежели плохого. Иногда ссылаются на длительное общее прошлое, которое играет роль якоря, удерживающего отношения от разрыва.
Все это представляется очевидным, однако работы Учино на многое открыли нам глаза. С 2001 года, когда он опубликовал свою первую статью на эту тему, ученый все время изучал, как амбивалентные отношения влияют на здоровье вовлеченных в них людей. Вначале он думал, что такие отношения могут влиять на здоровье двояко. Хорошее может перевесить плохое. Но возможно также, что непредсказуемость амбивалентных отношений обернется преобладанием негатива. Однако теперь ученый считает, что результат однозначен. Амбивалентные (двойственные) отношения плохи. «Нам не удалось обнаружить ни одного случая, когда амбивалентные отношения оказали бы благоприятное воздействие на биологические параметры их участников», – говорит Учино. Среди проанализированных параметров – выраженность воспалительных реакций, скорость клеточного старения, результаты амбулаторного измерения артериального давления. Значения этих показателей свидетельствуют о том, что положительная сторона двойственных отношений не помогает сохранению здоровья, бал правит негативная сторона. Это справедливо как для интимных отношений (между супругами и близкими друзьями), так и для более поверхностных, например с коллегами, соседями и дальними родственниками. Другой нюанс заключается в том, что ощущение моральной поддержки помогает больше, чем реальная материальная и физическая поддержка, которая может привести к появлению чувства стыда, обиды или другой сложной эмоции.
Одна оговорка: очень немногие ученые изучают этот вопрос в такой же манере. Учино признает, что расчеты амбивалентности, проведенные в его лаборатории, могут преувеличить число отношений, порождающих смешанные эмоции. Испытуемого просят подумать о следующих вещах: готов ли другой человек оказать ему помощь, когда такая помощь нужна, или насколько сильно он расстраивается, когда обманывается, ожидая понимания от другого человека. Оценка ответов осуществляется по пятибалльной шкале от 1 («совсем нет») до 5 («в высшей степени»). Всякий, кто получает 2 и больше баллов в шкалах оценки как позитивных, так и негативных показателей, другими словами, все те, кто в каждом случае выбирает нечто большее, чем «совсем нет», считаются состоящими в амбивалентных отношениях[158]. Ничего удивительного, что при таком подходе почти половина социальных отношений всех испытуемых попадает в категорию амбивалентных! Учино же опасается поднимать планку, так как подозревает, что люди будут очень неохотно признавать наличие негатива в своих отношениях, а они и без того не до конца раскрывают в опросах свои истинные чувства.