Лидия Давыдова – Однажды в Лигурии. Рецепты гедониста (страница 15)
Они подошли к вывеске «Miniman», ресторан был огорожен стеной, увитой зеленой листвой. Ничего не говорило о поздней осени.
– Я очень люблю это место. «Миниман» означает на местном диалекте «может быть». Сюда ходят только жители Кастелетто. Мы здесь чужаки, – шепнул Эдуардо тихо.
К ним подошел мужчина в черной рубашке:
– Ты смотри! Какие люди! Какая честь для нас.
– Саша, это владелец ресторана Антонио, – истинный генуэзец и гордый местный житель квартала Кастелетто, – Эдуардо похлопал Антонио по спине.
Название блюд Эдуардо читал вслух, нарочито подчеркивая какие-то слова, вытягивая их громче остальных.
– Ты не находишь, что итальянский язык невероятно соблазнительный? Вот послушай: uva fragola – это вид винограда такой. Красиво, правда? Вино из этого винограда зовется fragolino.
– Наверное, всё дело в артиклях, – задумчиво произнесла Саша.
Эдуардо щелкнул пальцами:
– Саша, это гениально, а ведь правда.
– Я закончила лингвистический, – улыбнулась Саша.
– А я учился в Liceo Classico. Нас учили древнегреческому и латыни. Точно, артикли. Вот послушай: mi piace il gelato (мне нравится мороженое). Всё слитно и тянется красиво. Попробуй произнести то же самое, но без артикля. Совсем по-другому выйдет.
– La panna cotta, – прочитала Саша название десерта.
– Вижу, этот десерт тебя соблазняет, – Эдуардо посмотрел на нее особенно нежно.
«Тебе показалось», – выглянула Раиса Марковна.
Саша опять уткнулась в меню. Слово «соблазн» Саша не использовала в обычной речи, но именно так она чувствовала себя сейчас. Она хотела быть соблазненной этим мужчиной. Хотела стать мягкой, податливой, как панна котта, хотела, чтобы ее съели… Саша почувствовала то же самое тепло в животе. Оно приятно накатывало внутри мягкими волнами.
На первое принесли тальерини с чернилами каракатицы и моллюсками, цуккини и боттарга сверху.
Саша накручивала на вилку черную пасту.
– Нравится? Как по мне, безупречно, – Эдуардо подлил ей белого вина. – Наше белое лигурийское, из Пятиземелья. Ты была в Cinque Terre?
Саша помотала головой.
– Ничего себе, это большое упущение, тебе надо обязательно туда попасть, я подумаю, как.
Саша сделала несколько глотков, и у нее слегка закружилась голова.
На второе принесли дораду по-лигурийски, запеченную с мелкими коричневыми оливками, каперсами и помидорами.
– Это наши olive taggiasche (таджаска), – объяснил Эдуардо, – такие есть только в Лигурии, нигде больше.
– Я оливки не особо люблю, – поморщилась Саша, ткнув оливку вилкой.
Эдуардо смешно крякнул:
– Как это? Не любишь оливки, ты попробуй!
Вкус таджаска и правда отличался, он был сладковатым и слегка фруктовым.
– Неплохо, – согласилась Саша.
Эдуардо рассказал, что в Лигурии оливковые деревья выращивают еще с доримских времен.
– Эти деревья, таджаска, выше остальных, до десяти метров в высоту, а еще они долгожители, плодоносить могут лет 600. А какое оливковое масло из них выходит, ммм, – Эдуардо закрыл глаза от удовольствия, – очень нежное, вкус миндаля и фруктов. Иде-аль-ное. É la fine del mondo (конец света).
Саша знала итальянский почти в совершенстве, но речь Эдуардо заполняли новые для нее слова и выражения. Он был великолепно образован, говорил на любые темы, от кухни до философии, с одинаковой легкостью. Большую часть своей сознательной жизни Саша была уверена, что мужчина может быть или умен, или красив. Если красив, то не умен, и наоборот. И уж конечно, если он к тому же небеден и образован, то такой мужчина или уже занят, или Саша, конечно же, его не достойна.
Эдуардо Саше нравился. Нравился по-настоящему. Приятная речь, обходительный, эрудированный. С ним было интересно и легко.
– Ты знаешь, что Генуя на кельтском – «Zena», что означает «Donna», женщина. Для меня Генуя именно женщина, – Эдуардо улыбнулся, и на щеках появились ямочки, как у Паолы, – но не просто женщина, а женщина самодостаточная. Она смелая и не стыдится быть разной. Иногда неопрятной, иногда нарядной, когда-то дерзкой, а когда-то возвышенной, но одно остается неизменным – она всегда себя любит.
В Сашиной голове пронеслась мысль, пролетела быстро, слегка коснувшись крылом ее сознания. Мысль о том, что Саша хочет именно такого мужчину. Что все прежние ее идеи про то, что «нельзя иметь и красивого, и умного, и доброго, и любимого, и статусного», устарели, и это всего лишь отговорки, как любила повторять подруга, «ограничивающие убеждения».
Эдуардо отпил вино и продолжил:
– В любом случае для того, чтобы понять Геную, нужен проводник. Здесь есть такие места, о которых и не подозреваешь. Например, секретные клубы, секретные рестораны, бары. Мой любимый – «Малкович».
– Там показывают кино?
Эдуардо рассмеялся.
– От кино там только название. Хотя… нет, не только. Например, попасть туда можно исключительно по секретному паролю. Мы захаживаем туда с друзьями.
Еще одна мысль окончательно Сашу всполошила. Она хочет именно такого спутника. Такого мужа. На слове «муж» Саша покраснела.
Раиса Марковна тотчас выглянула и заявила академическим тоном: «Александра, ты пребываешь в полнейшей иллюзии».
Домой возвращались на такси. Они сидели близко друг к другу, и в этот раз Саша не пыталась отодвинуться. Своим бедром она чувствовала тепло его ноги, их руки соприкасались. Раиса Марковна продолжала твердить, что он не для нее, но что-то внутри хотело обнять его, дотронуться, поцеловать. Тепло в животе превратилось в обжигающую лаву, плавно опускающуюся ниже…
Рецепт дорады по-лигурийски с лигурийскими оливками,
1. Хорошо очистите дораду. Промойте и удалите чешую и внутренности. Лучше, если это сделают в рыбном магазине.
2. Картофель очистите, промойте и нарежьте ломтиками.
3. Совет: если у вас есть овощерезка «мандолина», рекомендую использовать ее, чтобы ломтики были тонкими и готовились равномерно.
Налейте оливковое масло первого холодного отжима в форму для запекания, нарежьте зубчик чеснока дольками и положите несколько ломтиков на дно.
4. Выложите картофельный слой. Сбрызните маслом, посолите и поперчите.
5. Запекайте картофель 10 минут.
6. Выньте форму из духовки и положите на картофель рыбу, добавив оливки и кедровые орехи. Снова сбрызните маслом.
7. Запекайте при 200 °C 20–25 минут. В середине приготовления сбрызните рыбу белым вином.
8. Готовую рыбу очистите от кожицы и костей, подайте с картофелем, оливками и кедровыми орешками.
Глава 11
Стоял прекрасный октябрьский день, солнечный и сухой. Каждый день небо радовало яркой лазурью, до того ослепительной, что когда Саша думала о скором возвращении в зимний Петербург, ее пробирал холод.
– Прииииивет, – раздался веселый голос Оли в телефоне, – какие планы?
– Так, никаких особо…
– А чего такая кислая?
– Да вот думала, как у вас здесь тепло и как мне будет холодно дома. Через месяц у нас зима-зима, там уже снег выпал.
– Вот, кстати, пока ты не уехала, хочу показать тебе культовое генуэзское место. Секретный бар. Пойдем вечером? Поужинаем где-нибудь, а потом оторвемся?
– Я не пью особо, – промямлила Саша.
– Это неважно, ты чай пей. Сашааа, – заныла Оля, – не порть мне свободный вечер, дети у бабушки, муж идет играть в покер, у меня в последний раз такие вечера в универе были.
В 22.00 Саша, в черных джинсах, черной майке и черном плаще, стояла рядом с дверью культового места, а Оля пыталась найти куда-то запропастившийся пароль.
– Черт, и телефон, как назло, разрядился, посмотри ты, Саш.
– У меня не ловит.