Лидия Андрианова – Целительница из другого мира (страница 38)

– Готова, – расправив плечи, уверенно отвечаю я.

– В таком случае не будем заставлять герцога Нирано ждать, – говорит граф, приглашая меня на выход.

Под руку его беру с нежеланием. Понимаю, что так положено – отец должен привести невесту в храм и передать в руки будущего мужа. Но все равно неприятно.

Что и как будет происходить в храме, Лана мне рассказала. Не подробно, конечно, так как она сама еще замуж не выходила и с точки зрения невесты поделиться опытом не могла. Так, в общих чертах. Чтобы я имела представление.

До храма мы едем в одной карете и всю дорогу храним молчание. Нас сопровождает королевская охрана, и это привлекает внимание людей, оказавшихся на нашем пути. Всего раз выглянув в окошко и заметив толпы любопытствующих, я больше не отодвигаю шторку. Из кареты я выхожу, испытывая легкий мандраж. Поэтому помощь графа принимаю почти с благодарностью.

Наше прибытие в храм не остается незамеченным. Пока мы поднимаемся по крыльцу, люди кричат пожелания счастья, здоровья, семейной радости и плодородия. Я стараюсь держать лицо и вежливо улыбаться, благодаря таким образом за пожелания.

Когда мы заходим в храм, оставив за спиной толпу людей, испытываю облегчение, но долго оно не длится. Граф Белфрад уверенно идет вперед, ведя меня туда, где собрались знатные гости, приглашенные на свадьбу. За нами, чуть отстав, следует Ланара.

Путь до алтаря, возле которого меня ждет Кейнар Нирано, кажется мне вечностью. Всего один взгляд, мельком брошенный на гостей, делает мои ноги ватными. Все смотрят на меня. На ту, что в скором времени станет женой главного стража королевства.

Взгляды, обращенные ко мне, разные. Оценивающие, изучающие, завистливые, любопытные… Есть также восхищенные, неприязненные (особо жалящие), а еще есть липкие и нейтральные.

От волнения начинает крутить живот и подташнивать. В какой-то момент пробегает мысль трусливо повернуть назад, чтобы скрыться от пристального, неприятного внимания незнакомых людей, собравшихся в храме. Но я не поддаюсь секундному порыву. Продолжаю идти вперед и теперь гляжу только на жениха, внимательно следящего за моим приближением.

Несмотря на дикое волнение, отмечаю, как особенно хорош сегодня королевский племянник. Темно-синий костюм в сочетании с белоснежной рубашкой и загадочно мерцающий глубокий синий взор – бесподобное сочетание, не оставляющее равнодушным.

Так, любуясь им, я не замечаю, как мы доходим до алтаря. Остановившись, граф снимает мою руку со своего локтя и передает в протянутую ладонь Кейнара со словами:

– Я, граф Олманд Белфрад, при свидетелях вручаю вам, герцог Кейнар Нирано, судьбу и жизнь своей дочери, Ариеллы Белфрад. Пусть ваш брак будет благословлен богами.

Закончив, граф покидает нас и присоединяется к гостям.

Стоит нашим с Кейнаром рукам соприкоснуться, как меня прошибает легкий разряд тока. Вскидываю взгляд на лицо жениха, чтобы проверить, испытал ли он то же, что и я, но, наткнувшись на его неподдельное восхищение, забываю обо всем. В груди моментально теплеет и становится так легко, что улыбка сама собой появляется на губах. Страх и сомнения, что все еще жили внутри, отступают.

Лана права: только от нас с Кейнаром зависит, каким будет наш брак. Я готова сделать все, что в моих силах, чтобы он был счастливым. Кейнар дарит мне ответную улыбку, и жрец начинает церемонию, привлекая все наше внимание к себе.

Взяв ритуальную чашу, похожую на глиняную, обожженную в огне миску, жрец ставит ее на небольшой квадратный постамент, испещренный какими-то символами.

Крепко сжав мою руку, Кейнар подводит меня к нему.

Жрец заводит мелодичную песнь на неизвестном мне языке. Благодаря рассказу Ланы я знаю, что это брачная песнь. Таким образом жрецы взывают к богам, прося благословить союзы.

Когда песнь достигает пика, отзываясь легкой приятной дрожью внутри меня, Кейнар по сигналу жреца берет чуть загнутый нож и по очереди проводит им по нашим ладоням. Небольшой порез вызывает неприятное жжение, и мне приходится крепко сжать зубы, чтобы не издать болезненного писка.

Последовав примеру жениха, поднимаю порезанную руку над чашей и, сжав в кулак, позволяю нескольким каплям крови упасть. Стоит нашей с Кейнаром крови смешаться, как в чаше начинает происходить что-то необычное. Кровь словно закипает. Начинает пузыриться. Дальше рассмотреть не получается. Кейнар аккуратно берет меня за локоть и отводит от постамента.

Жрец, взяв чашу, несколько секунд внимательно вглядывается в нее.

Не замечаю, как задерживаю дыхание в ожидании его слов. Рядом напряженно замирает Кейнар.

– Боги благословили ваш союз. Отныне вы муж и жена, – радостно оповещает жрец, оторвав наконец взгляд от чаши.

Облегченно выдыхаю. И слышу, как рядом так же выдыхает Кейнар. Гости, собравшиеся в храме, начинают радостно галдеть, но я совершенно не обращаю на них внимания.

Интересно, бывали случаи, когда боги не давали благословления на браки связанных-отмеченных магией? Представляю, какой бы для всех был сюрприз, если бы жрец сказал, что боги не дают благословления и брак невозможен…

Почувствовав на себе взгляд Кейнара, смотрю на него в ответ, и по телу тут же бегут мурашки. Он смотрит так… так… словно с трудом сдерживается, чтобы не накинуться на меня. В его глазах такой голод, что я пугаюсь.

Не теряя времени, он обхватывает меня за талию, притягивает к себе и целует.

В первый момент я напрягаюсь от напора мужчины, только что ставшего моим мужем. Даже руки вскидываю, собираясь оттолкнуть его. Но стоит ладоням коснуться его груди, а умелым настойчивым губам углубить поцелуй, как я сдаюсь.

К черту все! Кейнар теперь мой муж, и я имею право с ним целоваться! Тем более он первый начал…

Не терзаясь больше сомнениями в правильности происходящего, отвечаю на поцелуй. И тут же чувствую, как объятия становятся крепче. Кейнар вжимает мое тело в себя так сильно, что между нами даже воздух не проскользнет.

Он целует умело. Так, что я забываю, где мы находимся. Как и то, что на нас глазеет не меньше пятидесяти десятков пар глаз.

– Кхм… – раздается покашливание рядом с нами. Оно и приводит нас в себя. Кейнар, прервав поцелуй, отпускает меня и смотрит на жреца.

– Ваши гости отправляются на празднование во дворец. Сейчас самое время провести ритуал, – отвечает на незаданный вопрос служитель храма.

– Хорошо. Мы готовы, – кивнув, произносит мой… муж.

Получив ответ, жрец предлагает нам следовать за ним. Что мы, собственно, и делаем.

Пока мы идем непонятно куда, решаюсь спросить у Кейнара про ритуал. Он как-то упоминал про него, но, признаться, я так толком ничего и не поняла.

– Как будет проходить ритуал? – тихо спрашиваю у мужа, держащего мою ладонь в своей теплой руке.

– Не переживай. Все пройдет быстро. Наши магии сольются на мгновение, соединяя наши души. После этого мы отправимся во дворец. Праздновать, – негромко отвечает Кейнар.

Не то чтобы мне стало понятнее после такого ответа, но новых вопросов я не задаю. К чему? Сейчас сама все узнаю.

Приведя нас в мрачную небольшую комнату, жрец просит встать в круг, вырезанный прямо в каменном полу. По периметру круга снова изображены какие-то символы. Их значение мне непонятно, и, если бы мне предстояло встать в круг одной, я бы далеко не сразу решилась это сделать. Но, проследив за тем, как Кейнар без страха входит в круг, я глубоко вдыхаю и следую за ним. Скорее бы все закончилось…

Мы встаем лицом друг к другу, беремся за руки, и жрец снова заводит песнь. На этот раз издаваемые им звуки отзываются тревогой. Я чувствую, как моя магия пробуждается. Она начинает расползаться от центра груди по всему телу. Испуганно смотрю на Кейнара и замечаю, как на его коже проступают черные вены. Хочу отдернуть руки, но он не позволяет это сделать.

– Все хорошо, Ариелла. Так и должно быть, – успокаивающе говорит Кейнар. – Постарайся расслабиться. Впусти в себя мою магию. Не бойся, она не навредит тебе. Ты должна принять ее.

На секунду прикрываю глаза, чтобы совладать с паникой. Делаю глубокие вдохи-выдохи. Помогает. Начинаю расслабляться. В какой-то момент из меня вырывается искрящийся яркий переливающийся свет и устремляется вверх, где смешивается с вырвавшейся из Кейнара тьмой.

Наши магии, словно искристый день и накрывающая все на своем пути ночь, сначала соревнуются друг с другом, не желая сливаться. Они кружат, присматриваются, словно животные перед нападением, а затем стремительно летят навстречу друг другу и… смешиваются. В момент их смешения в груди резко начинает печь. В глазах мутнеет, и я не могу вдохнуть. Проходит это быстро, но не успеваю я прийти в себя, как тьма – магия Кейнара – отделившись от моей магии, оплетает меня с ног до головы. Делаю испуганный вдох и чувствую, как с воздухом легкие заполняет тяжелая давящая сила моего мужа. Пытаюсь ей сопротивляться, потому что ощущения довольно неприятные. Не болезненные, именно неприятные. Словно в меня проникает что-то инородное.

– Прими мою магию, Ариелла. Не противься ей, – словно издалека слышу голос Кейнара и, преодолевая себя, пытаюсь расслабиться.

Получается не сразу, но все же, закрыв глаза, я заставляю себя не противиться заполняющей меня тьме. И как только я это делаю, магия мужа начинает восприниматься по-другому. Она больше не давит. Она ласково оплетает меня, проникает в мою кровь, чтобы, когда придет время, я смогла зачать и выносить нового сильного стража.