Либерли – Клыки тьмы. Ренессанс (страница 8)
Сайлас: алая, яростная и страстная, пылающая как костёр. Но всё же, что-то было не так и она, казалось, медленно угасает. Выглядела как четырёхгранная звезда с четырьмя дополнительными небольшими осколками, не прицеплённых к ней, как это должно быть у чистокровных. Скорее всего, эти четыре грани как раз скоро и исчезнут.
Кристофер: ядовито зелёная – глубокая, живая и умиротворяющая, как старый лес. В ней пульсировала нежность и безмерная, всеобъемлющая любовь. Она была чистейшей восьмигранной звездой.
Райан: острая, кинжально-алая душа, похожая на раскалённую докрасна сталь. Но её сжимали тяжёлые, холодные цепи сдержанности, едва сковывающие бушующую внутри бурю ярости и боли. Совсем как у Юджина. Так же восьмигранная, как и должна быть у чистокровного.
Роберт: бледно-жёлтая, самая чистая и невинная, сияющая мягким, тёплым светом. Она была полна любви и сострадания, и лишь лёгкая, едва уловимая рябь страха пробегала по её поверхности, словно ветерок по воде. Четырёхгранная обычная душа полукровки.
И тут, словно гром среди ясного неба, раздался резкий, хриплый голос, прорезавший радостную атмосферу. Сэмюэл вскочил с места, грубо расталкивая окружающих и пробивая себе дорогу вперёд. Его лицо исказила гримаса – смесь ошеломлённого узнавания и язвительного, насмешливого изумления.
– Чёрт! – воскликнул он, уставившись на Кристофера горящим взглядом. – Да это же ты! Тебя я видел тогда!
Крис, всё ещё не отпуская Роберта из объятий, медленно, почти неохотно повернулся к нему. Сначала в его карих глазах читалось лишь чистое недоумение, но затем взгляд стал острее, сканируя черты лица незнакомца. Он искал что-то, всматривался глубже, за физическую оболочку, изучая саму энергию его души, ту самую «полуночную» сущность, что пульсировала внутри. Его рыжие брови медленно поползли вверх, выражая безмолвное потрясение.
– Погоди… – тихо, почти про себя, выдохнул рыжий мужчина, и в его голосе прозвучала тревожная нота.
– Спустя столько лет ты почти не постарел! – Сэм поднял руки в театральном жесте, его тон был вызывающим, на грани оскорбления. Он сделал уверенный шаг вперёд, изучая взрослого Магнесса с наглым, бесцеремонным любопытством. – Да, седина имеется, – он пренебрежительно махнул рукой, – но не так, чтобы сильно. – Его губы растянулись в язвительной ухмылке. – Где твой брат, тот, что упал на ёжика? Целый ещё?
– Ну… – Кристофер растерялся, застигнутый врасплох этим потоком слов. Боль от недавней потери брата была ещё слишком свежей.
Брюс знал, что брат Криса, Генри, умер всего несколько недель назад. Вряд ли этот мужчина был готов к таким циничным шуткам на эту тему. Даже, несмотря на то, что именно его брат убил его же жену и угрожал жизни его сына. Видимо, несмотря на всю ту ненависть, братская привязанность всё ещё витала в его ядовито зелёной душе.
– Я даже успел умереть один раз! – сероглазый развёл руками, словно демонстрируя себя на выставке. – А ты всё ещё жив! Неплохо для старичка.
– Ты вообще как тут оказался? – попытался перехватить инициативу «старичок. Он узнал Майкла, узнал эту холодную, необузданную энергию, но его разум отказывался принять сам факт того, как и почему Радоу оказался в теле другого человека?
– Не важно! Я живучий. – Дайлли махнул рукой, отмахиваясь от вопроса, как от назойливой мухи. Затем его взгляд стал пристальным, почти пронзительным, готовым вскрыть старые швы. – Ты знал, что мог быть моим папашей? Ты же был парнем моей мамы, да?
Наступила тягостная, гробовая пауза. Весь воздух, только что наполненный светом и радостью, будто вымер, выкачанный этим неуместным вопросом. Кристофер смотрел на Сэма, и в его глазах мелькнула тень старой, давней боли, словно кто-то тронул незажившую, глубоко запрятанную рану.
– Ага, – сухо, без единой эмоции, словно выдохнул пепел, ответил Крис и тут же отвёл взгляд, всем видом показывая, что не желает продолжать этот разговор.
Юджин молча, со спокойствием человека, видевшего все выходки Майкла, наблюдал за разворачивающейся драмой и не вмешивался. Он не удивлялся этой эксцентричной сцене. Он к этому привык. Это был просто ещё один день в компании его безумного брата.
Глава 6
Машина Агнии плавно скользила по асфальту. В салоне царила тягостная тишина, нарушаемая лишь ровным гулом мотора. Они ехали по вызову Скотта – он разослал одно и то же скупое, но настоятельное сообщение: явиться на «очень важный личный разговор». Одних.
София, глядя в боковое стекло на проплывающие мимо дома, чувствовала, как их с Агнией объединяет не просто служебный долг, а нечто более трагическое. Они были сестрами по несчастью, двумя женщинами, которых судьба свела на пепелище их личного счастья. Агни потеряла Маркуса Майли, своего горячо любимого мужа. Она – Эндрю, своего парня. Жизни этих потрясающих и добрых мужчин перечеркнул один и тот же человек – Сэм Дайлли. И теперь их печальные, полные скорби души пылали одним и тем же холодным огнём мести – поймать и наказать по всей строгости закона этого монстра!
Но мысль о Сэме вызывала не только ярость, но и недоумение. Она вспоминала его таким, каким он был в самом начале, когда только начали расследовать дело о похищениях 1985 года. Молодой, нелюдимый детектив со смущённым, почти милым взглядом. Он был тих, работал в одиночку, не как общительный Гарри. А потом неожиданно погиб Эндрю. И в глазах миловидного детектива что-то надломилось. Появился странный, пугающий блеск.
«Если бы я тогда обратила внимание, – терзала себя София, – если бы задумалась… Может, все были бы живы».
Никто не мог предположить, что такой, как Сэмми, способен так резко перемениться, словно в него вселился другой человек. Он убил Эндрю, его брата и отца. Затем зарезал Саманту. Перерезал горло Гарри, который его разоблачил, – прямо на её глазах. А потом с холодным расчётом устранил шефа Николаса, сломав ему шею. После, застрелил Маркуса, Фиону и Аллу. Но, среди этой бойни, почему-то, этот психопат пощадил её и Уэйна. А Питеру просто хватило ума вовремя сбежать.
А итог всего этого безумия? После того, как Дайлли надругался над ней, она уже не могла смотреть на мужчин без содрогания и отвращения. А месть за Эндрю стала её навязчивой идеей, которая, со временем, перестала выглядеть как что-то правильное. Она снова и снова спрашивала себя, зачем ввязалась в это расследование под началом Скотта. Ведь сначала ей казалось, что работа станет спасением, и поначалу так и было. Но так часто вспоминать Сэма, своего любимого и остальных убитых – заставляло её погружаться во всё большее отчаяние.
Но всё изменилось, когда они случайно накопали материал на «Адресанта». Тема про спятившего детектива отступила, затмённая тенью новой, куда более масштабной и зловещей фигуры. Благодаря Уэйну и Питеру дело, годами, стоявшее на одном месте, рвануло с мёртвой точки. Появился свидетель – Сайлас Ниа, брат Пита. И словно по мановению чьей-то незримой руки, четыре расследования – «Убийства 1985», «Похищение детей в 1997», «Адресант» и «Сэм Дайлли» – сплелись в единую, чудовищную паутину, которую они с пугающей скоростью начали распутывать.
И это было лишь началом. Паутина оказалась бездонной. Всплыло старое, покрытое пылью дело об убийстве Ванессы Дайлли в «Теневом кролике». Совсем недавний взрыв гостиницы «Полночь». Сайлас, оказавшийся вором, бандитом и гениальным робототехником – Скотт мгновенно связал его со смертью Оливера Митчелла. А Питер непостижимым образом стал и свидетелем, и подозреваемым.
Этого было слишком много!
– Ты думаешь об этих расследованиях? – тихо спросила Агния, словно подслушав её непрекращающиеся мысли.
София тяжело вздохнула, выходя из омута воспоминаний.
– Понимаю тебя, – продолжала собеседница, не дожидаясь ответа. – Сама в шоке, как всё закрутилось. Я не была с вами в команде с самого начала, поэтому не до конца понимаю, как вы шли по делам 85-го и 97-го.
– Мы шли в неправильном направлении, – её ответ прозвучал устало и горько.
Они, как слепые котята, хватались за улики, которые им подбросил Майкл Радоу. Все дороги вели к Льюису, а он оказался такой же жертвой, как и все остальные. Глупо. Особенно, когда понимаешь, что этим делом занимались такие умные и квалифицированные детективы отобранные с каждого уголка страны.
– Да? – Майли бросила на неё быстрый взгляд.
– Мы подозревали отца Сэма – Льюиса Дайлли. Но это всё была бессмысленная трата времени.
– Но вдруг Сайлас наврал?
– Вряд ли. А даже если и так, его версия куда логичнее и правдоподобнее. Он знал Майкла Радоу. Мы – нет.
Агни печально вздохнула, сворачивая на узкую, безлюдную улочку.
– Ванесса Дайлли умерла в Развлекательном центре Майкла Радоу, после чего заведение прикрыли, – продолжила София, её взгляд был устремлен в на маленькие дома. – Кто мог убить невинную девочку? Всё-таки Майкл?
– По показаниям, Льюис был в тот момент с женой. Он точно не убийца, – твёрдо констатировала Агния, внимательно глядя на узкую дорогу.
– А Радоу был на сцене, – добавила Тёрн, всё ещё цепляясь за официальную версию, но в её голосе уже звучали сомнения.
– Там был человек в костюме кролика, – парировала собеседница, её тёмные глаза сузились. – Не факт, что это был Майкл Радоу. Очевидцы говорили, что кролик двигался неестественно. Не так, как он. – Она сделала паузу, обдумывая каждую мысль. – Я изучала план здания: из того места, где убили девочку, два выхода. Один через коридор, другой – через дверь напротив двери «Закулисья».