Либера Карлье – Проклятие могилы викинга. Керри в дни войны. Тайна «Альтамаре» (страница 48)

Харпер. Могу я видеть мисс Луизу Эванс?

Мистер Эванс был на заседании муниципального совета, а тетя Лу отправилась в приходскую церковь сделать там уборку перед воскресным днем.

– Сейчас дома только мы с Ником, – ответила Кэрри.

Майор Харпер улыбнулся, и в уголках глаз у него набежали морщинки. «Он довольно старый», – решила Кэрри, глядя на складки на его пухлых розовых щеках и на залысины по бокам головы.

– Можно мне подождать мисс Луизу? – спросил он.

В доме Эвансов ни разу не было гостей. У тети Лу были в городе приятельницы, которые иногда приглашали ее на чай, но она никогда не осмеливалась позвать их к себе.

«Один раз пригласишь, потом не выгонишь, – утверждал мистер Эванс. – Будут ходить взад и вперед, туда и сюда, вверх и вниз, днем и ночью…»

У Кэрри схватило живот, когда она подумала о том, что скажет мистер Эванс, если по возвращении домой с заседания муниципального совета увидит у себя в гостиной американского солдата.

– Нет, нельзя, – наконец решилась Кэрри. – Извините, пожалуйста, но дело в том, что мистер Эванс может вернуться домой первым.

Майор Харпер слегка удивился.

– Брат мисс Луизы? Что ж, буду очень рад с ним познакомиться.

– Я не уверена, будет ли он рад, – совсем растерялась

Кэрри. – Он… Он не любит американских солдат. Не вас лично, вы… Вы хороший. Дело в том…

Она боялась, что майор Харпер рассердится, но он только улыбнулся, поблескивая голубыми глазами.

– Я и вправду неплохой, – заявил он.

Он и вправду хороший, подумала Кэрри. Страшно даже подумать, что будет, если мистер Эванс придет и начнет на него кричать. Мистер Харпер расстроится, расстроится и тетя Лу, а главное, мистер Эванс ни за что не позволит ей снова встретиться с майором.

– Ждать нет смысла, право, нет, – принялась она убеждать его. – Ничего хорошего из этого не выйдет. Даже если вы дождетесь ее, мистер Эванс никуда не разрешит ей пойти с вами: ни на танцы, ни в кино. Он говорит, что танцевальные залы и кинотеатры – это пристанище дьявола и что легкомысленная женщина – это оскорбление взора божьего.

Майор Харпер перестал улыбаться. Его пухлое, розовощекое лицо стало серьезным, равно как и голос:

– Мисс Луиза – славная, благородная женщина, и мне не хотелось бы нарушать ее покой.

– Боюсь, что нарушите, – сказала Кэрри. – Он доведет ее до слез. Он всегда доводит ее до слез.

– Понятно, – наконец уразумел майор Кэс Харпер. –

Весьма признателен за разъяснение ситуации. Может, вы передадите… – Он помолчал, словно сомневаясь, сумеет ли

Кэрри передать тете Лу. – Скажите ей, что я заходил. И все.

И еще, что очень сожалею, что ее не застал.

Кэрри смотрела ему вслед, пока он шел по горбатой главной улице городка. Армейская машина стояла возле

«Собаки с уткой» и он, не оглядываясь вошел в кабачок.

Кэрри затворила дверь лавки.

– Гадкая, противная девчонка! – налетел на нее Ник.

Оказывается, он стоял позади нее, лицо его было пунцовым. – Ее знакомый пришел к ней с визитом, а ты его выгнала!

– Не могла же я позвать его в дом. Вдруг придет мистер

Эванс?

– Мистер Эванс, мистер Эванс! Ты только и думаешь про мистера Эванса! А как быть бедной тете Лу?

– Начался бы скандал, она опять бы плакала, – сказала

Кэрри. – Я не могу видеть ее слез.

– Не можешь? А ей какое до этого дело? Может, она предпочла бы встретиться со своим знакомым, даже если потом ей суждено плакать, – предположил Ник. – Я пойду и скажу ей.

Оттолкнув ее, он открыл дверь и помчался по улице в сторону бульвара Павших воинов, к приходской церкви.

Секунду помедлив, Кэрри бросилась вслед за ним.

– Подожди меня, Ник, – крикнула она.

Он оглянулся, и на лице его появилась ухмылка.

В церкви было холодно, как в подвале. Тетя Лу, стоя на коленях, скребла пол в проходе между рядами. Когда они подбежали к ней, она села на корточки, тыльной стороной ладони откинув упавшую на лицо прядь волос.

– Приходил ваш знакомый, – крикнула Кэрри. – Майор

Кэс Харпер.

– Вот как? – отозвалась тетя Лу. Она сидела, не сводя с них глаз.

– Он пошел в «Собаку с уткой». Скорей, а то он уедет.

Тетя Лу поднялась на ноги, снова поправила волосы.

Руки ее дрожали, как красные осенние листья, а светлые глаза сияли.

– Оставьте ваши волосы в покое, они в порядке, – сказал Ник. – Снимите только фартук.

Она сняла фартук, сложила его и посмотрела на себя.

– Боже мой, – простонала она. – На мне старая юбка!

– Он такой хороший, что не обратит на это внимания, –

сказала Кэрри.

Тетя Лу заломила свои красные руки.

– Я не могу… Не могу я войти в «Собаку с уткой».

Мистер Эванс…

– Не узнает, если вы сами ему не скажете, – рассердилась Кэрри. – Никто не скажет, я уверена.

Хорошо бы, если бы так и получилось. В этом городке трудно что-нибудь утаить. Найдутся люди, которым доставит удовольствие доложить члену муниципального совета Эвансу, что его сестру видели в «Собаке с уткой», да еще в сопровождении американского солдата. Не для того чтобы причинить неприятность тете Лу – ее все любили, – а чтобы досадить ему…

– А пол? – вдруг вспомнила тетя Лу. – Я не домыла пол.

– Мы домоем! – решил Ник. И добавил, недурно подражая голосу мистера Эванса: – Ну-ка, девочка, если решила идти, иди. Давай-ка побыстрей!

Они доскребли половицы, убрали ведро и тряпки в комнатку при кафедре, где хранились цветочные горшки и одежда священника и медленно двинулись назад к дому.

Возле «Собаки с уткой» уже не было никаких следов армейской машины, но и тетя Лу домой не приходила. Только мистер Эванс сидел за своей бухгалтерией в конторе.

– Не видели тетю? – спросил он.

– Сейчас так хорошо на улице, – ответила Кэрри. – Она пошла погулять. Я обещала приготовить ужин.

Она накрыла стол в кухне, нарезала хлеб, положила в миску жаркое, сварила какао. На улице смеркалось.

– Как ты думаешь, она вернется? – прошептал Ник.

Кэрри отнесла какао мистеру Эвансу в контору. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и тер глаза. Глаза покраснели и слезились, а уголки губ у него были опущены вниз.