Лианна Семечка – Лушик и лучи радуги: путешествие в страну эмоций (страница 4)

– Лучи Радуги? Ха! Мне до них нет никакого дела! – фыркнула стрекоза. – Меня зовут Искра, и я хранительница Пламенных Маков. И у меня сейчас ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ ДЕНЬ!

С этими словами стрекоза вдруг начала светиться ещё ярче, а температура вокруг заметно повысилась. От неожиданности Лушик отступил ещё на несколько шагов.

– Что-то случилось? – осторожно спросил он.

– Случилось? СЛУЧИЛОСЬ?! – Искра взлетела выше и закружилась над полем маков. – Случилось то, что кто-то ТОПТАЛ мои прекрасные маки! Кто-то СЛОМАЛ мой любимый домик-стебелёк! Кто-то ИСПОРТИЛ мой завтрак, насыпав в него песок!

С каждым словом стрекоза светилась всё ярче, и вокруг неё начали появляться крошечные искорки, которые падали на землю и заставляли маки трепетать.

Лушик заметил, что маки действительно были примяты на одном участке поля, а в центре стоял сломанный высокий стебель, который, видимо, и был домиком Искры.

– Я… я понимаю, почему ты так… э-э-э… горячишься, – сказал Лушик, подбирая слова. – Ты сердишься, потому что кто-то нарушил твои границы и испортил твои вещи.

– Да, я СЕРЖУСЬ! Я ЗЛЮСЬ! Я В ЯРОСТИ! – выкрикнула Искра, и от неё во все стороны разлетелись крошечные огоньки. – И это НОРМАЛЬНО!

Лушик вспомнил, что говорила ему Грустинка о принятии эмоций, и кивнул:

– Конечно, это нормально. Злиться, когда кто-то делает что-то плохое – это естественно.

К его удивлению, Искра вдруг замерла в воздухе и посмотрела на него с изумлением.

– Ты… ты не говоришь мне "успокойся"? Не говоришь, что злиться плохо?

Лушик покачал головой:

– Нет. Грустинка научила меня, что все эмоции важны. И радость, и грусть, и, наверное, злость тоже.

Стрекоза медленно опустилась и села на один из маков рядом с Лушиком. Она всё ещё светилась, но уже не так ярко.

– Ты первый, кто это понимает, – сказала она немного тише. – Все всегда говорят: "Искра, не горячись", "Искра, остынь", "Искра, злиться некрасиво". А я просто… я просто не могу иначе! Когда происходит что-то несправедливое, внутри меня начинает гореть такой огонь, что я готова вспыхнуть!

Лушик сел рядом с маком, на котором устроилась стрекоза, и задумчиво потеребил свои ушки.

– Знаешь, я думаю, что злость – это как огонь. Огонь может быть опасным, если он выходит из-под контроля. Но он же может и согревать, и освещать путь в темноте, и помогать готовить вкусную еду. Наверное, со злостью так же?

Искра задумчиво покачалась на цветке.

– Никогда об этом не думала… Но, пожалуй, ты прав. Когда я злюсь из-за несправедливости, это даёт мне силы защищать то, что мне дорого. Вот только иногда я не могу остановиться и начинаю "поджигать" всё вокруг.

– Может быть, я могу помочь тебе? – предложил Лушик. – А ты поможешь мне понять, как правильно злиться, чтобы это не причиняло вред, а наоборот, помогало. И, может быть, ты знаешь что-нибудь о Лучах Радуги?

Искра взлетела и сделала круг вокруг головы Лушика.

– Ты мне нравишься, ушастик! В тебе есть какой-то внутренний огонёк. Хорошо, я помогу тебе, а ты поможешь мне. Начнём с моего разрушенного домика?

Вместе они принялись за работу. Лушик помогал Искре собирать прочные стебельки и сплетать их в новый домик. Пока они работали, Искра рассказывала о своей эмоции:

– Знаешь, злость – это очень сильная энергия. Когда я злюсь, я чувствую, как она собирается в моём животе, поднимается к груди и потом – бах! – вырывается наружу через всё тело. Особенно через крылья.

– А в какие моменты ты злишься сильнее всего? – спросил Лушик, осторожно придерживая стебелёк, пока Искра закрепляла его нитью паутинки.

– Когда что-то происходит не по-моему. Когда кто-то делает мне больно или обижает моих друзей-маков. Когда меня не слушают или не понимают, – перечислила Искра. – А ещё когда я очень устала или голодна. Тогда я могу разозлиться даже из-за мелочи.

– Интересно! – воскликнул Лушик. – А что ты делаешь, когда сильно злишься?

Искра немного смутилась:

– Обычно я начинаю летать очень быстро, кружиться, создавать вокруг себя огненный вихрь. Иногда я кричу и выпускаю маленькие искорки. Но однажды я так разозлилась, что устроила настоящий пожар на краю поля, и потом мне было очень стыдно.

Лушик задумался:

– Значит, злость даёт тебе энергию, но если её слишком много, она может причинить вред. Как же научиться злиться правильно?

Искра оторвалась от работы и села на лепесток мака:

– Я знаю одно волшебное место неподалёку отсюда. Оно называется Кратер Ярости. Там живёт мой дедушка – Старый Вулкан. Он научил меня некоторым способам справляться со своим внутренним огнём. Если хочешь, я могу отвести тебя к нему.

– Конечно хочу! – обрадовался Лушик. – Может быть, твой дедушка знает что-нибудь и о Лучах Радуги?

– Возможно, – ответила Искра. – Он очень старый и мудрый, хотя и немного ворчливый. Только сначала давай закончим мой новый домик.

Когда новый домик для Искры был готов – прочный, красивый, с отдельными "комнатами" для сна и еды – стрекоза выглядела уже гораздо спокойнее. Её свечение стало ровным и тёплым, а не обжигающим.

– Спасибо тебе, Лушик, – сказала она. – Знаешь, когда ты помог мне починить то, что было разрушено, моя злость стала меньше. Теперь я вижу, что можно не только разрушать, когда злишься, но и строить что-то новое.

– Это было приятно! – улыбнулся Лушик. – Когда помогаешь другим, внутри становится теплее.

Искра согласно кивнула:

– Да, это хороший способ использовать энергию злости – направить её на создание чего-то полезного. А теперь пойдём к моему дедушке!

Они отправились через маковое поле к небольшому холму, который возвышался на горизонте. По мере приближения Лушик заметил, что холм на самом деле имеет странную форму – с плоской вершиной и углублением посередине, как будто кто-то вдавил в него гигантский палец.

– Это и есть Кратер Ярости? – спросил Лушик, когда они начали подниматься по склону.

– Да, – подтвердила Искра. – Когда-то давно мой дедушка был настоящим вулканом, извергающим лаву и пепел. Но со временем он научился контролировать свой гнев и теперь использует эту энергию с пользой.

Когда они добрались до вершины холма, Лушик увидел, что внутри кратера находится небольшое озеро с удивительно красной водой, которая слегка пузырилась, словно кипяток. На берегу озера сидел старичок с длинной седой бородой, которая, однако, местами отливала красным, словно в ней застряли угольки. Кожа старичка была смуглой и покрытой множеством морщин, похожих на застывшие потоки лавы.

– Дедушка! – позвала Искра. – У меня гость! Он хочет узнать о силе гнева и о Лучах Радуги!

Старый Вулкан медленно повернул голову, и Лушик увидел его глаза – тёмные, с красными искорками глубоко внутри.

– Подойди ближе, маленький путешественник, – проскрипел старичок голосом, похожим на треск горящих поленьев. – Давно к нам не забредали ищущие ответы.

Лушик осторожно приблизился и вежливо поклонился:

– Здравствуйте, уважаемый Вулкан. Меня зовут Лушик, и я ищу Лучи Радуги, которые украла Тень Грусти. Без них в нашем лесу все забыли, как радоваться.

Старик хмыкнул, и из его ноздрей вырвались две крошечные струйки дыма:

– Тень Грусти… Да, я слышал о ней. Сильная противница, но не сильнее настоящего, контролируемого гнева.

– Контролируемого гнева? – переспросил Лушик.

– Именно, – кивнул Вулкан. – Гнев, злость, ярость – это не плохие эмоции, маленький друг. Это сила. Огромная сила. А любая сила может быть использована как во вред, так и во благо.

– Но как научиться контролировать такую сильную эмоцию? – спросил Лушик, вспоминая, как сверкала и искрилась Искра, когда была разгневана.

Старый Вулкан улыбнулся, и его морщины стали глубже:

– Для этого нужно сначала понять, откуда берётся гнев и где он живёт в твоём теле. Подойди-ка к Озеру Кипения.

Лушик осторожно приблизился к красному озеру, которое продолжало пузыриться и выпускать клубы пара.

– Посмотри в воду, – сказал Вулкан. – Что ты видишь?

Лушик заглянул в озеро и удивлённо отпрянул – в воде отражалось его лицо, но оно было красным, а из ушей, казалось, вырывался дым.

– Это… это я? Но я же не злюсь сейчас!

– Озеро Кипения показывает твою скрытую злость, – объяснил Вулкан. – Ту, которую ты, возможно, даже не осознаёшь. Скажи, бывало ли так, что тебе хотелось топнуть ногой или крикнуть, но ты сдерживался?

Лушик задумался и кивнул:

– Да, иногда… Когда мой друг бельчонок Скок берёт мои вещи без спроса. Или когда ежонок Шуршик не слушает, что я говорю, потому что занят своими делами.

– И где ты чувствуешь эту злость в своём теле? – спросил Вулкан, наклоняясь ближе.