Лиа Лун – Его ирония (страница 2)
Незнакомец помедлил всего мгновение перед тем, как сконфузиться и озадаченно произнести:
— Правда? Но я ведь…
— Я Морена. Не Анна. Вы обознались, — повторилась девушка, перебив навязанного собеседника, и как ни в чём не бывало продолжила свой путь.
— Что ж… — прозвучал парень с намёком на продолжение и выдержал паузу ровно настолько, чтобы они оказались друг у друга за спинами. — Тогда… С днём рождения, Мара.
Глаза Девушки расширились от изумления, сомнения развеялись в один миг — это уж точно не могло быть обычным совпадением. Особенно учитывая странное чувство: несмотря на то, что она уже не видела лица собеседника, отчётливо чувствовала, как улыбаются чужие губы.
Резко развернувшись, чтобы задать мучающий её вопрос, Мара опешила ещё больше, ведь там, где, по её расчётам, должен сейчас стоять незнакомец, никого не было. И даже более. По периметру всей раскинувшейся перед Марой
Вопрос всё же сорвался с подрагивающих против воли губ, пусть и в немного другом диапазоне:
— Кто же ты, дьявол тебя дери, такой?
Было ясно наверняка лишь одно: этот парень не простой человек. И, скорее всего, он тоже обладает магией.
Подумав об этом, Мара уловила отголосок чего-то иного, зародившегося в ней вместе с тревогой о разоблачении. Это чувство подозрительным образом напоминало возбуждение от азарта.
Сегодня в отеле было тихо, несмотря на тонкие стены, размер и близость располагающихся друг к другу номеров.
Мара лежала на кровати и немигающим взглядом буравила потолок. Спать не хотелось от слова совсем, и едва ли это была заслуга кофе.
Девушке не давал покоя вопрос, кем мог быть этот знающий не только о её дне рождении, но и о настоящем имени человек, ведь, сколько бы она ни пыталась вспомнить кого-то с похожими чертами лица из прошлого — не удавалось.
За этими мыслями Мара не заметила, как потянулась к магии, принявшись рассеянно и неторопливо раскручивать лопасти старенького вентилятора на потолке.
На самом деле, она догадывалась о причине.
Мара никогда не хотела никому вредить всерьёз, а после потери последнего из близких и вовсе решила подойти к делу со всей ответственностью: груз вины за случившееся был неподъёмен. Девушка возненавидела свою натуру всей душой. Её воротило от одного осознания того, что источником всех несчастий, являлась она сама. Это и стало причиной желания научиться контролировать силу.
Но Мара просчиталась: магия непостижимо влекла её.
Потерявшая смысл и желание жить вместе с дорогими людьми, она нашла утешение в изучении и практике магии. Мара погрузилась в это настолько, что последнее время и сама стала замечать свою нездоровую зависимость.
Приняв сидячее положение одним резким рывком, девушка посмотрела на свои пальцы. Где-то там, под тонким слоем кожи, перетекала подобно току крови сила, невидимая невооружённым взглядом.
Несмотря на то что Мара не видела этого своим обычным зрением, отчётливо ощущала потоки на каком-то астральном уровне.
Продолжая внимательно рассматривать узоры на своей ладони, девушка пошевелила пальцами, призывая магию уже осознанно. Вентилятор снова пришёл в движение.
Мара упала на кровать и принялась неотрывно следить за его неспешными вращениями.
Через какое-то время веки девушки начали тяжелеть и медленно опускаться…
Громкий и настойчивый стук в дверь заставил её вздрогнуть, резко вырвав Мару из мимолётной дрёмы. Кончики пальцев тут же закололо от прилившей к ним магии.
Осознав, где находится, девушка сделала глубокий вдох, за которым последовала выдержка из дыхательной техники для успокоения готовой ринуться в бой силы, однако в дверь затарабанили ещё сильнее и будто ногами.
Не соизволив позаботиться о своём внешнем виде и даже взглянуть на себя в зеркало, Мара направилась к нетерпеливому гостю.
Открыв, девушке пришлось отступить в сторону, чтобы не получить по лбу кулаком разъярённого посетителя, которым оказался незнакомый пожилой мужчина сварливого вида.
Он даже не потрудился извиниться за то, что чуть не ударил девушку, но сразу перешёл к оскорблениям:
— Наконец-то! Вот и виновница хаоса. Чем ты там занималась, что так долго дверь не могла открыть?
Несмотря на поведение незнакомца, Мара собиралась начать разговор вежливо, однако текущий тон собеседника и слова пришлись ей не по душе, и девушка ограничилась скупым ответом.
— Одевалась.
— Что?! — воскликнул старик недовольно. — Так долго? Не морочь мне…
Он только сейчас заметил, что стоящая перед ним девушка была лишь в спортивном топе и тонких пижамных брюках.
От увиденного мужчина опешил, а потом резко отпрянул побагровев.
— Ах ты бесстыдница! Так ты не только вредительством занимаешься, но и ходишь непонятно в чём!
Терпение девушки лопнуло.
— Слушай, старик, — сказала она, начав устрашающе надвигаться на собеседника. — Вначале ты выламываешь двери, а теперь осуждаешь, в чём я хожу в своём номере. Это ты считаешь адекватным?
— Невоспитанная! — воскликнул мужчина, рвано жестикулируя. — Как ты смеешь тыкать
— А сам-то, — парировала девушка. — Когда я открывала, ещё была готова к конструктивному диалогу, но ты даже не соизволил объяснить, в чём дело.
— Ты меня затопила, чертовка!
Мара начала понимать, к чему всё идёт, но остановиться уже не могла.
— Да? И когда это было?
— Да вот, до того, как я поднялся сюда!
— Как странно, ведь до того, как ты поднялся сюда, я пыталась поспать, а это значит, что физически не могла стать причиной твоего затопления.
— Ну, значит, до этого! — настаивал брюзга. — Либо ты брешешь. И вообще, уже утро, сколько можно дрыхнуть? Ночью нужно этим заниматься, а не не пойми чем!
— Ты будешь указывать мне, как распоряжаться своим временем? — риторически спросила Мара, начиная раздражаться всерьёз.
— Ах ты паршивка! Я сейчас полицию вызову, если продолжишь так со мной разговаривать!
— Да когда же до тебя дойдёт, что я ничего не делала? — устало выдохнула Мара, принявшись массировать начинающие заболевать виски. — Я не принимала сегодня душ, вообще в ванной не была. Как только пришла с работы, сразу спать завалилась.
— ВРАКИ! — заорал старик и затрясся как в приступе, отчего волосы на его голове всклокочились, а круговая мышца глаза сократилась. — Ты мне за всё ответишь!
На девичью ладонь опустилась первая снежинка.
Мара перевела на холодное кружево безучастный взгляд и проследила за тем, как тонкий узор превращается в воду, оставляя на коже свою влагу.
Она сидела на лавочке в парке, на который набрела совершенно случайно, бесцельно прогуливаясь после разборок из-за протечки.
Старик закатил такую истерику, что консьержка попросила девушку на некоторое время покинуть свой номер для выявления причины затопления. Мара решила покинуть эту шарагу. На некоторое время, естественно.
Когда снегопад шёл вовсю, на лавочку рядом с девушкой запрыгнула кошка.
Она была самой обычной, дворовой, с распространённым полосатым окрасом.
— Не знаю, чего ты ждёшь, — обратилась Мара к незнакомке, наблюдая, как крупные снежинки опускаются на кошачью морду, — но, как видишь, еды у меня с собой нет.
Внимательно слушая говорящую, кошка неотрывно смотрела человеку в глаза немигающим взглядом своих собственных, золотисто-янтарных, и, казалось, улыбалась.
Некоторое время животное сидело недвижно, не реагируя на осыпающий его снег, а потом вдруг поддалось вперёд и, нагло забравшись к девушке на бёдра, попыталось залезть под распахнутую куртку.
— Эй! — предупреждающе воскликнула Мара и, откинув в сторону край верхней одежды, приподняла нахалку за холку, заставляя снова посмотреть в свои глаза. — Я видела всякое, но не такое. Как посмотрю, наглости тебе не занимать.
Девушка ожидала чего угодно: агрессии, недовольства, испуга, однако то, что сделало в итоге животное, удивило не меньше хамоватого поведения.
Приложив побольше усилий, чтобы высвободиться из хватки при помощи своего веса, кошка снова юркнула под куртку Мары. Делала полосатая всё это с завидным спокойствием, не издав ни единого звука.
— Ну ты и хамка! — констатировала Мара и хотела было снова вытащить кошку, но замершая всего в нескольких сантиметрах рука нерешительно опустилась обратно: от животного исходило приятное тепло, и девушка решила позволить ему и самому немного погреться. — Ай, ладно, сиди. И не боишься же получить. Бессмертная.
Из-под куртки послышалось приглушённое мурчание, и, наращивая децибелы, кошка завела одну из своих мягких песен.