Ли Ода – В пепел. Академия (страница 28)

— Пепел, — дернул его Роши, когда тот плюхнулся на лавку. — Спокойнее!

— Да нормально все, не дрейфь, — выдохнул Дари. — Я уже почти помирил две своих половины. Еще пара минут и будет совсем порядок.

— А теперь, курсанты, — лорд Фарнис, успевший встать обратно за кафедру, обвел взглядом аудиторию, — мы обсудим причины поражения государства рессов и победы империи.

И Пепел при этом даже не хмыкнул.

А вот Роши свою часть ректорской мести огреб после занятия — с едкой вежливостью его попросили задержаться в аудитории, чтобы получить тему для доклада к следующей лекции. Братишка тут же здорово позавидовал Пеплу, все-таки тому кара досталась менее трудоемкая.

Дари похихикал над его озадаченной мордой, впрочем, сильно постаравшись чтобы господин ректор этого не заметил, (а то было подозрение, что тем для докладов у него еще много) и поспешил удрать:

— Жду на стрельбище. Там спокойнее. Там всего лишь стреляют.

Увы, но так и не дождался.

Сначала Пепел переживал не сильно — мало ли что могло задержать Красавчика? Та же Фэл, с которой он запросто мог пересечься в коридоре. Потом, когда занятие началось, и пошли минуты опоздания — уже всерьез. Но едва худой и рыжий господин Палег, бессменный хозяин здешних ружей и мишеней, как ни в чем не бывало начал раздавать курсантам патроны и назначать номера винтовок, испугался по-настоящему. Чтобы педантичный наставник по стрельбе равнодушно отнесся к отсутствию на занятиях одного из кадетов? Немыслимо!

— Господин Палег, — не выдержал Пепел. — Могу я спросить?

— О чем? — нахмурился тот. — Номер точки я уже назвал, и с этого момента все остальное вас интересовать не должно.

— Прошу прощения, но интересует. Вы не знаете, почему отсутствует кадет Нокс?

— Равеслаут, — вид у Палега стал еще более хмурым, — Я же сказал — идите и стреляйте. Это все, что вас должно сейчас занимать.

— Руки трясутся, господин наставник.

Тот сморгнул и неожиданно расхохотался:

— Ну что ж, упорство это тоже неплохо… — и тут же посерьезнел: — Мне передали, что кадет Нокс в госпитале.

— А?

— Ничего особо страшного, споткнулся на лестнице и упал. Так что заканчивайте трястись и идите уже на точку.

— Ага, — Пепел все еще не решил, как следует отнестись к услышанному. — Спасибо, господин Палег.

А потом встряхнулся, и сообразил, наконец, что место на огневом рубеже ему сегодня досталось самое дальнее и самое неудобное. На этом номере солнце сейчас било в глаза слева, а поднявшийся ветер еще и песком бросал — край бруствера позицию уже не прикрывал. Но возмущаться, даже мысленно, Дари и не подумал — не до мелочей. Думал он сейчас о Красавчике. И о лестницах. При этом башку мог прозакладывать, что падение Роши никакая не случайность. Очередная подстава, стопроцентно. И обсудить это с ним следовало как можно быстрее.

Дождаться бы теперь конца занятий… Демоны, опять промазал!

Из-за Красавчика уже почти традиционную встречу в библиотеке пришлось перенести в госпиталь, потому как выпускать его оттуда Эрс отказалась категорически. С тем, чтобы найти и предупредить об этом Фэл проблем не возникло — пришла она туда сама и даже раньше Пепла, а вот чтобы разыскать Рин пришлось побегать. А потом еще и удивиться.

— Мог и не искать, — пожала она плечами, когда Дари перехватил ее возле мастерских с пачкой чертежей в руках, — Я и так догадалась, что идти нам сегодня вместо читальни в вивисекторскую. Сразу, как только про Нокса услышала.

— Так ты уже в курсе?

— Эрдари, вся академия уже в курсе. Что Гарлат с компанией спихнули Нокса с лестницы.

— Выходит, не знаю только я? — в задумчивости почесал тот нос.

— Почему? — непритворно удивилась она. — Не знаешь, в смысле?

— Меня к нему пока не пустили. Эрс делает штопку по третьему разу, страшно ругается и грозится соорудить ему пуговицы вместо швов, если такое еще раз повторится.

— Ну, считай, что я тебя просветила, — улыбнулась девушка и Дари понял, что бегал все-таки не зря — оно того стоило. — Ладно, увидимся у постели несчастной жертвы.

— Ты его в глаза так случайно не назови, — хихикнул Пепел. — А то я не уверен, кто станет жертвой после этого и успею ли я тебя отбить.

— Учту, — кивнула она в ответ, продолжая улыбаться. — Хотя уверена, что успеешь. Да, предупреждаю на всякий случай — могу слегка задержаться, непонятно насколько оно у нас там затянется. Но приду обязательно, ждите.

И Пепел унесся обратно в госпиталь — ждать. Тихий уголочек возле окна, где можно было слиться с обстановкой и откуда бы его не турнули, он себе уже присмотрел. А очень скоро компанию ему там составила Фэл, тоже не находившая себе места от беспокойства. Дари, глядя на ее переживания, как ни странно все больше мрачнел, пока, в конце концов, не выдержал:

— Фэл, не говори мне сейчас, что это не мое дело — я и так в курсе, но… не надо так с Ноксом. Поверь, он не заслужил.

— Как — так? — девушка озадачено уставилась на него.

— Не дразни его, Фэл. Не обещай. Ты же знаешь, что это невозможно.

Ресса явно поняла, о чем он, потому что отвела взгляд и задумалась. Но ответила совсем не так, как ждал Пепел:

— Равеслаут, когда он вчера пришел ко мне, то сказал, что ему плевать на последствия. На все плевать, кроме меня. Так вот, мне, пожалуй, на них тоже плевать. Мы с ним сейчас на равных, Равеслаут. И это действительно не твое дело.

— А дальше что, Фэл? — последнюю фразу Пепел предпочел проигнорировать. — Потом? Как думаешь, что он станет делать, когда твои явятся сюда за тобой? Спокойно стоять и смотреть? И ведь ты их уже ждешь. Так, ресса?

Она молча пожала плечами, чем разозлила Дари еще больше:

— Я знаю, кто такие Фаон. Так себе род, надо сказать. Младшие. Зато многочисленные. Поэтому женщины из ваших ценятся — вы хорошо рожаете.

— Именно, — вскинула она подбородок и уставилась на него злыми глазищами. — Полная противоположность Ретенауи. Вы старшие, да. Но десять лет говорили, что вас не осталось — выродились и сдохли.

— А ведь точно, — хмыкнул Дари. — Так и есть. Но дело не в этом, Фэл, а в том, почему ты сейчас здесь, в Шант Эли? Почему тебя не пристроили замуж в четырнадцать за любого, кто даст больше?

— Сволочь, ты Пепел!

— Не суть, Фэл. И не новость. Так как, ответишь мне?

— Отвечу, ты это знаешь — я ведь клялась тебе.

Но вопреки сказанному, говорить она не спешила. С минуту, не меньше, кусала губы и хмурила брови, а потом все же решилась:

— Это Эрс. Она сказала отцу, что хочет попробовать вернуть мне дар. И он согласился.

— Потому, что за ловца мог взять дороже?

— Наверное. Мне, сам понимаешь, не отчитывались, — зло выплюнула она.

— А почему вернуть? Он же у тебя был?

— Считалось, что нету. Что выгорел. Еще в детстве. А я не спорила. — Она вскинула на него потемневшие от гнева глаза. — Думаешь, это так радостно — быть вещью на продажу?

— Не думаю. А теперь, Фэл? Что произошло? Почему твой отец тянет тебя обратно?

— Меня сговорили, Равеслаут, видимо решили что ждать дольше уже нет смысла. Вот. Пришло вчера.

И она передала ему листок письма.

— Адовы демоны! — не сдержался Пепел, едва прочитав несколько строк. — Твои там совсем охренели? Он же старик!

— Полагаешь, это кого-то волнует?

Пепел понял, что девушка вот-вот расплачется. Но все равно спросил:

— Ты поэтому Нокса вчера к себе пустила?

— Это. Не твое. Дело!

— Фэл, ответь.

— Да, Равеслаут! Да! Я хотела чтобы мне было о чем помнить. Я о нем потом хотела помнить! Отцепишься от меня теперь? — злые слезы все-таки брызнули у нее из глаз.

— Все, Фэл, все… Успокойся. И можешь считать, что теперь волнует. Меня.

Пепел вытащил из кармана мешочек с рунами, вытряхнул их на ладонь и из тайника у самого дна вытащил тонкое кольцо, украшенное лишь простенькой насечкой. Покрутил его в пальцах, словно погладив, и протянул девушке:

— Это лагарна, Фэл. Пока носишь, она закрывает твой дар, зато отсекает почти все связи с родом. Но это не подарок, поэтому потеряешь — убью.

— Так вот как пряталась твоя мать. Это ведь ее?